Увлечённый созерцанием чудесных садов, я попросил своего спутника позволить мне передохнуть несколько минут на ближайшей скамье. Лизиас охотно согласился.

Приятное чувство мира услаждало мой дух. Причудливые разноцветные фонтаны извивались, выписывая в воздухе немыслимые пируэты и создавая волшебные фигуры.

— Взглянув на этот огромный улей, посвящённый праведному служению, невольно задаёшься множеством вопросов. Как, например, обстоят дела со снабжением? Я не слышал о Министерстве Экономики.

— В старину, — начал объяснять мой терпеливый собеседник, — службы такого рода имели большее значение, но нынешний Губернатор принял решение свести к минимуму всё, что напоминало бы исключительно о материальной жизни. Деятельность по снабжению питанием была упрощена до службы распределения под прямым контролем Правления. И эта мера оказалась одной из самых полезных. Летописи говорят, что более века продолжалась борьба с огромными трудностями, связанными с приучением обитателей к законам Божественной простоты. Многие вновь прибывшие удваивали свои требования. Они желали обильных трапез и крепких напитков, воскрешая старые земные пороки. Лишь Министерство Божественного Союза в силу своей возвышенной природы оставалось свободным от таких злоупотреблений; остальные же были обременены подобными проблемами. Но нынешний Губернатор не жалел сил. Едва приняв на себя административные обязанности, он издал справедливые распоряжения. Старые миссионеры рассказывали мне о знаменательных событиях. Говорят, что по просьбе Губернатора прибыли двести наставников из высшей сферы, чтобы преподать новые знания о науке дыхания и усвоении жизненных начал из атмосферы. Было проведено множество собраний. Некоторые технические сотрудники Нашего Дома открыто выступали против, доказывая, что город является переходным и несправедливо, да и невозможно, дезориентировать развоплощённых этими нововведениями без серьёзной угрозы для их духовных организмов. Тем не менее, Губернатор не унывал. На протяжении тридцати лет проводились собрания, и меры постепенно воплощались. Некоторые выдающиеся существа являлись с публичными протестами и претензиями. Более десяти раз Министерство Помощи было переполнено больными, признанными жертвами новой системы «недостаточного питания». В эти периоды противники нововведений умножали свои обвинения. Однако Губернатор никого не наказывал. Он собирал оппонентов в резиденции Правления и по-отечески разъяснял им свои замыслы и цели, говорил о превосходстве методов одухотворения, предоставляя самым ярым противникам образовательные путешествия в планы, более высокие, чем наш, приобретая таким образом всё больше сторонников.

После паузы я настойчиво попросил собеседника:

— Продолжайте, пожалуйста, дорогой Лизиас. Чем же закончилась эта назидательная борьба?

— Спустя двадцать один год постоянных и упорных усилий со стороны Правления к нему присоединилось Министерство Возвышения, согласившееся поставлять лишь самое необходимое. Однако Министерство Просвещения сопротивлялось; ему потребовалось много времени, чтобы принять эти обязательства из-за множества духов, работающих там и посвятивших себя математическим наукам. Они были самыми упрямыми противниками. Они не могли отступить от старых земных представлений о белковых и углеводных процессах, необходимых физическому телу. Еженедельно они направляли Губернатору пространные наблюдения и предупреждения, переполненные анализом и расчётами, порой доходя до абсурда. Но старый правитель никогда не действовал в одиночку. Он попросил помощи благородных наставников, которые направляют нас через Министерство Божественного Союза и не оставляют без тщательного рассмотрения даже самое смиренное прошение. Пока учёные и Правление препирались, в старом Департаменте Возрождения (ныне преобразованном в Министерство) произошли опасные волнения. Воодушевлённые непокорностью сотрудников Министерства Просвещения, менее развитые духи, нашедшие там пристанище, предались массовым выступлениям. Всё это спровоцировало раскол в коллективных органах Нашего Дома, открыв возможность для опасных нападений тёмных полчищ из Преддверия, пытавшихся вторгнуться и захватить город, используя бреши в службах Возрождения, где многие сотрудники поддерживали подпольный обмен, вызванный пороками в питании. Однако беспорядки не смогли смутить Губернатора. Над всеми нависли ужасные угрозы. Он запросил аудиенцию у Министерства Божественного Союза и, выслушав наш Высший Совет, распорядился временно закрыть Министерство Связей, постановил задействовать все камеры Министерства Возрождения для изоляции строптивых. Он предостерег Министерство Просвещения, чью дерзость и бесцеремонность терпел тридцать лет, и временно запретил оказание помощи низшим сферам. Более того, впервые за всё время своего правления он приказал включить электрические батареи стен города для выпуска магнитных стрел с целью защиты Нашего Дома. Не было ни сражения, ни наступления на колонию — лишь краткое сопротивление. Менее чем за шесть месяцев службы питания в Нашем Доме были сведены к вдыханию жизненных начал из атмосферы и потреблению воды, смешанной с солнечными, электрическими и магнитными элементами. Тогда колония узнала, чем заканчивается негодование спокойного и справедливого Духа. В конце самого тяжёлого периода Правление наконец ждал успех. Сам Министр Просвещения признал ошибку и содействовал исправительным работам. В эти дни царило всеобщее ликование, и говорят, что посреди этой радости Губернатор, растроганный, плакал, говоря, что всеобщее понимание — истинная награда для его сердца. Город вернулся к нормальной жизни. Древний Департамент Возрождения был преобразован в Министерство. С тех пор снабжение питательными веществами, напоминающими о материальной жизни на Земле, существует лишь в Министерствах Возрождения и Помощи, где всегда много нуждающихся. В остальных же — только самое необходимое, и вся служба питания подчинена строжайшей умеренности. Ныне все признают, что смелый поступок Губернатора стал прекрасным средством нашего духовного освобождения. Физические проявления сократились, а духовность чудесным образом возросла.

Лизиас умолк, а я погрузился в глубокие размышления над этим великим уроком.