– Вы не задумывались о том, сколько бед могут натворить эти мерзавцы, имея семьдесят пять миллионов долларов? – спросил Стивен.

– На самом деле восемьдесят пять, – ответил Митч. – Задумывался, и не раз. Они запугают и убьют больше людей, купят и взорвут больше бомб, сожгут больше зданий. Ничего хорошего эти деньги не принесут. Вместо того чтобы потратить их на еду и лекарства, они пустят их на пули.

– Вас это гнетет?

– Если думать в таком контексте, то да. Но я не заморачиваюсь, потому что выбора у нас не было – на кону стояла жизнь.

– Я бы тоже не беспокоился. Пока злодеи убивают друг друга, кого это волнует?

Они сидели на тенистой веранде кафе-бара с видом на Поросячий залив. Один огромный круизный лайнер стоял у причала, другой маячил на горизонте. Оба юриста нервничали и смотрели на телефон Митча, лежащий в центре стола.

Наконец тот зажужжал. С расстояния в четыре с половиной тысячи миль Эбби сообщила:

– Джоанна у нас, и мы едем в аэропорт!

Митч улыбнулся и показал Стивену большой палец.

– Отлично! С ней все в порядке?

– Да. Она позвонила Луке и мечтает поскорее вернуться домой.

– Сообщу Роберто, – сказал Митч дрогнувшим голосом и добавил: – Отличная работа, Эбби! Я тобой горжусь.

– На самом деле у меня не было выбора.

– Ладно, позже поговорим.

– Ты даже не представляешь, что случилось! Джованна исчезла, стоило нам перевести деньги. Я все тебе расскажу!

– Увидимся в Риме. Я тебя люблю!

Митч нажал кнопку отбоя и посмотрел на Стивена.

– Они едут в аэропорт и вылетают домой. Мы справились!

Стивен пожал плечами.

– Ну да, и все в один день.

– Верно. Я сообщу Роберто и Джеку. Ты позвони Райли в Лондон.

– Сделаю. Куда мне лететь отсюда?

– Тебе – в Нью-Йорк, мне – в Рим.

– Кому достанется самолет?

– Не тебе.

– Ясно.

– Можешь лететь бизнес-классом. Считай это повышением.

– Хорошо! Спасибо.

* * *

В самолете медсестра бегло осмотрела Джованну и не обнаружила ничего страшного. Пульс и давление были в пределах нормы. От успокоительного Джованна отказалась и попросила для успокоения нервов бокал ледяного шампанского, выпила половину в ожидании взлета, затем растянулась на диване и сомкнула усталые веки. Эбби осторожно накрыла ее одеялом и плотно подоткнула его вокруг ног. Джованна тихонько заплакала.

Когда они оторвались от земли, Эбби улыбнулась Кори, который показал ей большой палец. Они в воздухе! Через двадцать минут самолет набрал высоту сорок тысяч футов, Джованна села и накинула на плечи одеяло. Эбби отстегнула ремень, села с ней рядом и сказала:

– Сзади есть небольшой душ, если нужно.

– Ни к чему. Вечером меня перевезли в отель и впервые за сорок дней разрешили искупаться. Попробуй как-нибудь! Мои волосы слиплись от жира и свалялись в колтуны, зубы покрылись мерзкой пленкой. Я была грязной с головы до пят! Просидела в ванной несколько часов…

Эбби потрогала рукав рубашки.

– Выглядит чистой.

– Мне не разрешали носить эти вещи. Смотрела видео?

– Да, некоторые.

– Вырядили меня как монахиню, хиджаб и всякие накидки. Вчера вернули мою одежду, чистую и выглаженную. Заботливые ребята.

– Ты вроде голодна?

– Да, а что у вас в меню?

– Морской окунь или стейк.

– Возьму рыбу. И еще шампанского!

* * *

Митч отставал от них на шесть часов. В аэропорту Рима Роберто организовал для него машину, а Лука велел ехать прямо на виллу, где проходила небольшая вечеринка. Митч прибыл вскоре после полуночи и сразу бросился к жене. После того как они наконец разомкнули объятия, он подошел к Джованне. Та принялась его благодарить, Митч принялся извиняться. Он обнял Луку и подумал, что старик помолодел лет на десять.

Вместе с Роберто и его женой, Дарианом, Кори и Беллой на веранде собралось около дюжины друзей семьи. Все чувствовали огромное облегчение и даже эйфорию: они долго боялись худшего и теперь вовсю праздновали чудесное избавление. Им хотелось, чтобы ночь не заканчивалась.

Друг, владеющий ресторанчиком за углом, принес еще еды. Соседей, которые жаловались на шум, пригласили примкнуть к веселью. «Джованна вернулась!» – крикнул кто-то, и молва разнеслась по округе.

* * *

Митч с Эбби спали на узкой кровати в комнате для гостей, и оба проснулись с легким похмельем, с которым вполне справились минеральная вода и крепкий кофе.

При одном взгляде на телефон Митчу захотелось швырнуть его куда подальше. Десятки пропущенных звонков, голосовых сообщений, электронных писем, эсэмэс – всем не терпелось узнать про освобождение заложницы. Митч и Роберто быстро разработали стратегию для СМИ. Написали пресс-релиз, в котором сообщили о самом важном факте – освобождении и благополучном возвращении Джованны – и опустили все подробности. Отправили его в Нью-Йорк и Лондон; итальянские газеты оставили на Роберто. И решили, что им всем надо держаться подальше от телекамер.

В середине утра появился Лука и сел с ними на веранде. Он сообщил, что Джованна приняла совет врача и проведет пару дней в больнице для обследования и наблюдения. Она похудела килограммов на двадцать и сильно обезвожена. Через полчаса они с Роберто ее отвезут.

Лука еще раз поблагодарил Митча с Эбби и крепко их обнял. В его глазах стояли слезы. Митч сомневался, что им суждено увидеться вновь.

Впрочем, почему же нет? Как только дома все уладится, они с Эбби вернутся в Рим и пообщаются с Лукой и Джованной. Он решил взять отпуск.

В полдень «Гольфстрим» вылетел из Рима в Нью-Йорк, чтобы высадить Кори с Дарианом, заправиться и взять курс на Мэн, где семья Макдир воссоединится и проведет длинные, ленивые выходные.

В понедельник мальчишкам придется туго – они отстали от школьной программы на две недели.