После того как Итан проводил Пенни, он занялся очень важным делом – поиском новой жертвы… в смысле няни, для их маленькой хулиганки. Главная сложность этого дела состояла в том, что слухи в Сент-Ривере распространялись быстро, поэтому сейчас, едва заслышав его фамилию, женщины поспешно отказывались от работы.

Итан совершил уже более двадцати звонков и устало потёр виски. Его красавица дочка сидела в манеже и сосредоточенно дёргала куклу за волосы. Он тяжело вздохнул. Расследование ему предстояло не самое лёгкое, поэтому вариант брать Оливию с собой в разъезды отпадал.

За окном снова начали гавкать собаки. Итан ощутил раздражение от лишнего шума в его и без того не самом тихом доме, а потом вдруг резко встал на ноги. Его посетило озарение. Пока он не успел передумать, Итан проверил, чтобы Лив не смогла выбраться сама и что рядом с ней не лежит ничего опасного, а затем выскочил на улицу в одной тонкой футболке и домашних штанах. Холодный ветер вмиг проник под одежду, заставив поёжиться. Он постарался не обращать на это никакого внимания и устремился к соседнему дому.

Два громких щенка корги выбежали к воротам. Итан вздохнул и нажал на звонок. В добротном кирпичном доме зазвучала настойчивая трель. Итан засунул руки в карманы и стал нетерпеливо ждать. Ничего не происходило. Он нажал на звонок во второй раз. Дверь дома с грохотом открылась.

– Я что, похожа на глухую? Чего трезвонишь в такую рань? – недовольно рявкнула Вероника Никсон вместо приветствия.

Женщина плотнее закуталась в розовый махровый халат. Она не спешила подойти ближе к воротам, предпочитая кричать издалека.

– Доброе утро. У меня есть к вам предложение, – сказал Итан, не став ходить вокруг да около.

Вероника подняла одну бровь на лице с толстым слоем макияжа. Итан вообще не мог вспомнить, видел ли он её хоть раз без него. Интересно, она хоть иногда умывается?

– Можно мне войти? – продолжил он любезную беседу, перекрикивая собак.

– Розенбуш, Штирлиц, к ноге, – спокойно скомандовала Вероника, и собаки мгновенно послушались.

«Генеральская дрессировка», – с долей восхищения подумал Итан.

Женщина медленно подошла к воротам. На них налетел очередной порыв ветра, чуть не распахнув её халат. Что удивительно – залакированная причёска Вероники даже не шелохнулась.

– Хейзел, у тебя три минуты. Излагай своё предложение, – со скукой в голосе произнесла она.

Итан ухмыльнулся про себя. Несмотря на небрежные слова Вероники, он видел, как загорелись любопытством её тёмные глаза.

– Я хотел попросить вас присмотреть за моей дочкой. За деньги, естественно, – произнёс он.

Вероника фыркнула и плотнее закуталась в халат.

– С чего мне этим заниматься? – недовольно спросила она.

– С того, что вы настоящий профессионал в присмотре и обучении, – Итан кивнул в сторону собак и подавил порыв поёжиться.

Его милая маленькая дочь ничем не походила на псов Вероники, но факт того, что эта женщина могла справиться с любой шумной ситуацией быстро и точно, оставался неизменным.

Вероника задумалась. По едва изменившемуся выражению её лица Итан понял, что его комплимент ей польстил.

– Прошу вас. Мне больше не к кому обратиться. Все няни оказались слишком слабохарактерными, – надавил он на её самолюбие.

Женщина довольно фыркнула:

– Так уж и быть. Дай мне полчаса на марафет, оплату я возьму вперёд.

Итан, понадеявшись, что не прогадал, передал ей деньги и вернулся к дому. Там он застал обтирающего порог Саймона. Выглядел друг каким-то совсем уж растрёпанным. Он был небрит, а под глазами залегли чёрные синяки.

– Привет, – сказал Итан.

Саймон вздрогнул от неожиданности.

– Привет, – пробормотал он.

Со стороны тёмно-свинцового неба опять громыхнуло. Итан с недовольством глянул вверх.

– Пойдём в дом, пока не промокли, – произнёс он.

Саймон возражать не стал и послушно поплёлся следом. Итан заглянул в гостиную. Лив переключилась с куклы на кубики, но сидела всё ещё спокойно. Не сдержавшись, он улыбнулся. В такие моменты малышка выглядела совершенно очаровательно.

Саймон откашлялся. Итан перевёл на него взгляд. Друг неловко смотрел под ноги, что сразу напрягло Итана. Саймон никогда не производил впечатления пробивного мужчины, но сейчас больше походил на выжатую тряпку.

– Садись на диван. Я принесу кофе и бутерброды, – попытался проявить гостеприимство Итан, после чего скрылся на кухне.

Спустя десять минут он вернулся в гостиную, где застал ещё более нервного Саймона.

Он всучил ему чашку, которую Саймон обхватил двумя руками. Опустилась тишина.

– Что случилось? – в итоге спросил Итан, когда понял, что друг не станет нарушать молчание первым.

– Я не уверен, что тебе об этом стоит знать, но… я не справляюсь. Совсем не знаю, что делать, – прошептал Саймон.

– Делать с чем? – Итан отпил горячий крепкий кофе из кружки.

Внешне Итан выглядел совершенно спокойным, но внутри был насторожён и сосредоточен.

Саймон скривился, будто съел дольку лимона, и замолчал.

– Я не собираюсь вытягивать из тебя слова, как на допросе. Если тебе нечего сказать, то иди. У меня дел сегодня по горло, – безразлично проворчал Итан.

Саймон глубоко вдохнул, готовясь к чему-то страшному, поднял затравленный взгляд синих глаз и выпалил:

– Мне и моей семье угрожают.