Фавны жили в небольших круглых домиках, прячущихся в кронах деревьев. Дома были растянуты на прочных верёвках, которые крепились к толстым ветвям. Илайя гордо обвёл рукой несколько хижин.

– Наше поселение!

В одном из окон разом показались две мохнатые головы – похоже, что детские. Они о чём-то перешёптывались и хихикали, глядя на Санни и Ики.

Санни ещё раз оглянулась на ущелье. Фавнов с той стороны было едва видно.

– Что вы с ними не поделили? – она кивнула в сторону мелких рогатых фигурок на другом берегу.

Илайя тут же сморщился, будто само упоминание фавнов с той стороны было ему неприятно.

– Это всё их проделки, их фокусы! Они разрушили мост! – заявил он уверенно.

– Зачем? – не поняла Санни.

– Потому что они дурни козлорогие! – громко крикнул Илайя, сложив руки рупором. С той стороны послышался ответный крик; Санни не разобрала, что именно кричали. Громко фыркнув, фавн снова обратился к девочке: – Не хотят больше деревом делиться, как пить дать. Они всегда жадные были, и глазки у них такие противные, вороватые! В лицо улыбаются, а за глаза нас баранами зовут!

– Это неприятно, – согласилась Санни. – А как это случилось, расскажите.

Девочке сразу показалось, что что-то нечисто в этой истории. Похоже, придётся разобраться, если она хочет попасть на ту сторону. Она даже думать не хотела о том, чтобы использовать посох; он явно был себе на уме, и даже попробовать с ним договориться казалось глупой и опасной затеей.

– Как-как, – проворчал Илайя, снова поправляя кудрявую шёрстку на голове. Они медленно пошли вдоль деревьев, из крон которых то и дело выглядывали фавны, свешиваясь головой вниз. – Мост тут издревле был, с тех пор как два наших народа встретились у ущелья. Мы плели верёвки, они умели столярничать, – он снова фыркнул, на этот раз особенно пренебрежительно. – Тоже мне наука… Да каждый…

– И что произошло? – мягко прервала Санни.

– Что-что! – он взрыл землю копытцем и упёр руки в боки. – Мы сыграли на свирелях, они на своих стучалках этих. Наши предки объединили магию, чтобы построить мост. И какой это был мост! – Илайя снова повернулся лицом к ущелью. – Пока однажды мы не проснулись и не видели, что от моста остались рожки да ножки! И эти орут с той стороны, грязью нас поливают!

– Мост просто исчез? – спросила Санни задумчиво.

– Просто исчез! – кивнул Илайя. – Их проделки, говорю же! Они нас всегда недолюбливали. Это, кстати, взаимно! – снова прокричал он.

Ики захихикал, подлетая к Санни и шепча ей на ухо:

– Спорим, это проказы фей? Они обожают такие шутки! Небось, сидят сейчас рядом невидимые и со смеху умирают!

– Илайя, – сказала Санни мягко. – А вам не приходило в голову, что они могут думать точно так же? Что это вы разрушили мост…

– Мы?! – возмутился фавн. – Зачем нам разрушать мост?!!

– Я не это имела в виду! – Санни примирительно подняла руки в воздух. – Конечно, вы его не разрушали. Но вдруг и они тоже этого не делали?

Илайя помотал головой, тряся ушами.

– А чего они тогда орут и потешаются, а? Нет уж, юная леди, вы их не знаете, а я знаю! Это их копыт дело, потому что они жадные подлецы и трусы!

С соседней лианы головой вниз свесился ещё один фавн. Лицо было усеяно белыми пятнышками, похожими на веснушки. Она уставилась прямо на Санни большими глазами.

– Ух ты! – фавн ловко спрыгнула с лианы и приземлилась на копыта. – Человек и дракон? Что за день! Где ты их нашёл, Илайя?

Фавн приблизилась к Санни и понюхала её волосы, после чего чихнула и рассмеялась.

– Не слушайте этого ворчуна, он с утра не ел, вот и бухтит! – она немного задиристо щёлкнула Илайю по лбу. – Я Корра. Пошли накормлю вас!

Санни с трудом вскарабкалась вверх по лиане вслед за ловкими фавнами и очутилась сразу в доме, где вместо двери была большая дырка в полу. Большую часть дома занимали растения, буйно цветущие и пахнущие. Стояли два стула и небольшой стол, на нём – котелок, из которого густо валил пар. Илайя попытался сесть на стул, но Корра выбила его из-под фавна в последний момент. Тот грузно осел на пол.

– Куда! – сказала она задиристо. – Пусть гости сядут!

Ики захихикал, Санни тоже не удержалась от улыбки.

– Грубиянка! – проворчал Илайя, вставая и потирая ушибленную поясницу.

Корра протянула Санни деревянную миску, полную густого супа. Девочка, успевшая соскучиться по горячей еде, сглотнула слюну. Ики тоже не отказал себе в удовольствии и зарылся мордочкой в миску, причмокивая и чавкая.

Корра водила в воздухе рукой, и за её ладонью летали маленькие зелёные искорки.

Девочка доела и благодарно кивнула.

– Спасибо. Прекрасный суп.

– Какой разговор, – подмигнула ей Корра. – Что вас к нам привело, странные мои?

– Им нужна переправа! – облизнулся Илайя.

– Не повезло, – кивнула Корра. – Что вам успел наплести мой братец? Небось, обвинил во всём фавнов с той стороны?

Ики забулькал супом, смеясь в тарелку. Илайя посмотрел на сестру обиженно, но промолчал.

– Он им не доверяет, – пояснила Корра. – Глупость, как по мне. Они без моста страдают так же, как и мы.

Она легонько топнула копытцем по полу, и одна из досок жалобно треснула. Фавн вернулась в прежнюю позу.

– У нас нет их дерева, у них – наших верёвок. И договориться не можем, потому что такие вот дураки, как мой братец, каждый день орут друг на друга через ущелье.

– Корра! – Илайя попытался прозвучать грозно, но лишь получил ещё один щелбан.

– Тихо ты. Ешь молча.

– И ничего нельзя сделать? – спросила Санни обречённо.

– А что тут сделаешь? – пожала плечами Корра. – Никто друг друга слышать не хочет. Магии едва хватает коренья растить, и у них, держу пари, те же самые проблемы.

Санни крепко задумалась.

– Ики умеет летать, – она подняла глаза на Корру. – Он может передать сообщение. Сказать, что вы хотите попробовать восстановить мост.

Корра задумчиво посмотрела на дракончика. Тот красноречиво икнул.

– Я королевская особа, а не посыльный! Нашли дракона на побегушках…

Санни посмотрела на него исподлобья:

– Ты хочешь, чтобы я попала на ту сторону, или нет?

– У тебя посох, вот его и используй! – фыркнул дракончик, тяжело спрыгивая на пол. Его раздувшийся после супа живот почти касался земли. – Я тут вообще ни при чём!

– Ты, я смотрю, везде ни при чём! Тебе лишь бы спать да есть целыми днями, тоже мне, королевская особа! – Санни стукнула рукой по столу и наставила палец на Ики: – Ты безответственная, вредная ящерица, а не наследник престола! Ну иди, раз ты ни при чём! Возвращайся в своё дупло и спи там до конца времён! Буду я тебя ещё уговаривать!

Санни встала, взяла в руки посох и решительно посмотрела на Корру:

– Я попробую перенестись на ту сторону и поговорить с фавнами. Пожалуйста, отведите меня к ущелью.

– Хорошо, – кивнула Корра. – Ты уверена? Если вдруг промахнёшься, мы не сможем тебе помочь.

Санни кивнула. Когда они спустились вниз, Ики уже нигде не было.

Ладони Санни взмокли, как только она встала на краю ущелья и посмотрела на другую сторону. Корра, Илайя и ещё несколько фавнов из деревни стояли за спиной девочки, поддерживая её. С той стороны тоже проявили интерес: Санни видела фигурки собравшихся на другом берегу.

– Не смотри вниз, – одними губами прошептала девочка сама себе, но была не в силах оторвать глаз от бурлящей реки, которая взбивалась в пену от ударов о камни. Санни покрепче перехватила посох и сделала длинный выдох. – Ну давай же…

Крепко зажмурившись, девочка попыталась представить себя на той стороне ущелья. Она попробовала указать посохом в том направлении, но это тоже не дало никаких результатов. Может, нужно что-то сказать?..

Как Санни ни напрягалась, ничего не выходило. От чувства собственной беспомощности у неё на глазах выступили слезы: палка вертит ею как хочет и, похоже, просто издевается.

– Не знаю, как работает людская магия, – услышала она тихий голос Корры сзади себя. – Но злиться никогда не помогает, это я тебе точно говорю. Если артефакт тебя выбрал, значит, почуял родственную душу.

Санни шмыгнула носом и резко утёрла слёзы. Она вспомнила лица Рюшек, как часто злилась на них за проказы. Как из раза в раз поучала, как строга была к ним. Как сердилась, когда они поступали по-своему. И как они слушали её, стоило ей проявить хоть немного искренности и терпения.

«Извини меня, – сказала Санни про себя, обращаясь то ли к посоху, то ли к самой себе. – Я часто злюсь и не знаю, чего хочу. Мне часто бывает стыдно. Но ты ни в чём не виноват. Иногда… иногда никто не виноват. Вещи просто случаются сами по себе».

Она сглотнула слёзы.

– Пожалуйста. Я просто хочу помочь. И… попасть домой.

Санни закрыла глаза, чувствуя, как вокруг поднимается ветер. Корра что-то сказала, но девочка не услышала конец фразы: она стояла на другой стороне ущелья, и на неё с удивлением смотрело несколько фавнов с козлиными рожками и гладкой шерстью.

– Вот те на! – рассмеялся один из них. – Что за магия?

Ноги девочки подломились, и она осела на траву. Фавны сгрудились вокруг неё, с беспокойством рассматривая.

– Ты как, девчуш? – чуть блея, спросил фавн с белой шерстью. – Живая?

Санни закивала, приходя в себя и поднимаясь на ноги. От пережитого напряжения ей хотелось плакать, но вместо этого она решительно взглянула на белого фавна.

– Кто у вас главный? – спросила она. Он улыбнулся в ответ:

– Я. Если можно так сказать, конечно.

– Можно-можно! – подтвердил кто-то. – Это Ули, наш староста.

– Тогда вам нужно выслушать, что я скажу, Ули, – Санни выпрямилась, сжимая в руке посох. – Это очень важно.