Кроме того, необходимо обладать (assa) совершенной прямотой (честностью) (ujū ca) и предельной искренностью (suhujū ca). Хотя монах может быть честен на начальном этапе медитативной практики благодаря силе веры и убежденности, но если на следующем этапе, когда силы веры (saddhā) и усердия (viriya) ослабевают, он ослабляет поддержание нравственности и допускает ее нарушения, и тогда качество предельной искренности ухудшается. Лишь благодаря безупречной практике в течение всей жизни, предельная искренность будет оставаться неповрежденной. С другой стороны, если не допускается лицемерие (sāṭheyya), когда человек претендует на достижения, которыми не обладает, это является прямотой (ujū). Если практикующий свободен от притворства, то может считаться предельно искренним. Иными словами, если практикующий не обременен хитростью и коварством в действиях тела и речи, то может считаться прямым и честным (искренним). Предельно искренни в том случае, если не хитрят. И последний метод состоит в том, что если практикующий воздерживается от приписывания себе тех положительных качеств, которыми на самом деле не обладает, тогда это является прямотой. Если он не принимает подношений, которые делаются вследствие ложных представлений относительно достоинств, которыми на самом деле практикующий не обладает, то он может считаться предельно искренним и совершенно прямым.

Для медитативной практики качества прямоты (честности) и искренности являются основополагающими. Когда кто-то ложно утверждает, что обладает особым знанием, хотя на самом деле таковым не обладают, это является примером нечестности. Тот, кто делает ложные утверждения, не может развиваться в медитативной практике. Для духовного наставника также будет трудно вернуть его на правильный путь. Если практикующий не признает своих ошибок и не думает об ответственности говорить только правду, то не обладает предельной искренностью. Если ум блуждает и витает в облаках, необходимо открыто признать это и сказать о том, что действительно происходит во время медитации. Иначе это не будет предельной искренностью. Только если практикующий говорит правду относительно всего, что происходит, а также признается в ошибках, чтобы действительно достичь особого знания, тогда это может быть осуществлением качеств искренности и честности. Лишь когда практикующий честен и искренен, духовный наставник сможет указать правильный путь. Если он занимается медитацией, серьезно и уважительно относясь к руководству своего учителя, тогда очень скоро будет развито глубокое знание. Если же это освоено, тогда любая неправда будет удалена, а искренность и прямота восстановлены. В частности, это становится очевидным, когда практикующий достигает стадии знания возникновения и исчезновения (udayabbaya-ñāṇa), безмятежной устойчивости (passaddhi), легкости (lahutā), гибкости (mudutā), приспосабливаемости (kammaññatā), мастерства (pāguññatā) и праведности (ujukatā)[22].

Рассказывается, что однажды, когда некая практикующая женщина достигла этой стадии в ходе развития знания прозрения, она призналась перед своим наставником: «В прошлом я плохо обходилась со своим мужем. Но теперь я больше никогда не допущу этого и не буду его обижать». Это очень важно, чтобы человек, который развивает любящую доброту, был действительно честен и искренен. Некоторые, конечно же, с ложной гордостью преувеличивают свое развитие любящей доброты. Подобное поведение, мысли и слова являются ярким свидетельством нечестности такого индивидуума и отражают его характер. Таким образом есть над чем подумать в связи с тем, что некоторые люди могут производить ложное впечатление того, что они благородны и возвышенны, надменно пуская пыль в глаза.