Полдень, зараза, выдался на славу, словно издевался над моим мрачным настроением, вызванным очередной диверсией. Вместо каждодневного пекла сегодня было просто жарко. Кажется, даже собаки более приветливо брехали, а птички весело пели.

— И почему именно сегодня? — вздохнул я, сунув руки в карманы.

Сейчас бы найти где-нибудь место, чтоб гамак повесить да позагорать с прохладным коктейлем в руке.

— Эх, — мой вздох прокатился по улочке, где проворные черти укладывали из гранитных плит отличную новую мостовую.

Они встретили меня приветственным похрюкиванием, а я кивнул и продолжил путь.

Прошёл ещё пару улиц и оказался в восточной части города, где издалека увидел массивное приземистое здание из жёлтых потрескавшихся блоков. Наверняка прежде в нём располагалась либо больница, либо госпиталь. А нынче перед широко раскрытыми дверьми стоял целый десяток зверолюдов — элита Гар-Ног-Тона.

— Опять из-за тебя город пострадал! — брызжа слюной, выдал Инварр, сложив мускулистые руки на выпирающей груди, покрытой простой рубахой.

— Я не могу за всем уследить, — яростно процедил минотавр. Его лицо уже едва не лопалось от гнева и прилившей крови.

— Успокойтесь, успокойтесь, — мягко произнесла Бурая, вскинув лапу. — Сейчас не время выяснять, кто прав, а кто виноват.

— А когда будет время⁈ — резко повернул к ней голову чёрт и оскалил крупные жёлтые зубы. — Когда весь город превратится в труху⁈

— Так возьми и сам найди этого грёбаного урода, портящего всё вокруг! — горячо выпалил минотавр, сжав пальцы в кулаки. — А ты только языком балаболить и горазд!

— Это я-то языком балаболить горазд⁈ — вскинулся чёрт и с характерным щелчком хлестнул воздух хвостом, будто кнутом. — Это ты, кажется, только и делаешь, что балаболишь! А не пора ли нам всем задуматься о другом лидере города⁈

— Ты уже перегибаешь палку, — гневно сощурился Сломанный Рог, тряся козлиной бородкой.

— Да все уже давно думают об этом, а я просто высказал общие мысли вслух!

Минотавр резко бросился на чёрта, целясь кулаком ему в подбородок. Но тот ловко уклонился от удара, обхватил Сломанного Рога за талию и попытался бросить его на землю. Однако тот успел схватиться за его рубаху, и хоть она лишь треснула, обнажив мускулистую грудь чёрта, Инварр всё равно повалился в пыль.

Они принялись мутузить друг друга, рыча и сквернословя, как два бешеных дворовых пса. Ну, ежели собаки умели бы материться.

— Прекратите! — заорала жрица Бурая, часто-часто дыша.

— Хватит вам! — вторил ей Апофис, не пойми каким образом оказавшийся здесь.

— А ну-ка! — взревел Крушитель и, тяжело топая, подскочил к зверолюдам.

Он принялся разнимать их. А те катались и дрались с такой лютой яростью и ловкостью, что трёхметровый здоровяк даже за ногу не мог ухватить хоть кого-то из них.

— А ну, мать вашу, разошлись по углам, идиоты! — повысил я голос, но шаг не ускорил. Вот ещё!

Впрочем, мой крик сумел пробиться в их объятые взаимной ненавистью мозги. И оба зверолюда сообразили, что если не подчинятся, то последует наказание, так что они откатились друг от друга и вскочили на ноги.

— С таким лидером наш город превратится в зловонную яму! — выхаркнул чёрт, смахнув кровь с рассечённого лба.

Его грудь ходила ходуном, а глаза сверкали как разъярённые угли.

— Ты что-то слишком часто говоришь о том, чтобы сменить лидера. Уж не ты ли им хочешь стать, пришлый⁈ — в свою очередь выпалил Сломанный Рог, двигая расквашенными в кровавый блин губами. — И уж не ты ли, хрен хвостатый, всё это подстраиваешь со складами, дабы скинуть меня и встать на моё место, а⁈

— Вот ещё! Ты и так слетишь с него быстрее, чем высохнет дерьмо на солнце!

— Хм, — хмыкнул я и резко остановился.

Осознание внезапно раскрыло мне глаза и плюнуло в них горьким ядом.

А что, если нет никакого саботажника, работающего на другого бога или какого-то моего врага? Может, дело в том, что среди моих слуг и подчинённых идёт битва за лидерство? И они всё так же искренне верят в меня, потому-то ничего и не дала проверка на «верность» в храме.

А если тот же Инварр действительно пытается скинуть минотавра, чтобы взять власть в свои руки? И ведь у него есть все шансы! Его черти трудятся днями и ночами, и никто из тех, кто следит за ними, ни разу не доложил мне, что черти что-то замышляют или совершили какое-нибудь деяние во вред городу.

— Локки, повелитель! Уймите вы их! — с мольбой бросила мне жрица, косясь на красного как рак Сломанного Рога, чьи пальцы судорожно сжимались, словно душили Инварра.

Чёрт что-то хотел мне сказать, но подавился словами после моего жеста, призывающего всех заткнуться.

Я молча подошёл к дверям склада, столкнул брови над переносицей и обрушил тяжёлый взгляд на всех зверолюдов, даже Апофиса не забыл. И каждый опустил голову или отвёл взор.

— Ссора Инварра и Сломанного Рога пока подождёт. Сейчас важнее выяснить, кто из вас это сделал, — указал я на склад. — Последний шанс признаться. Молчите? Что ж, видимо преступник, сука, скромный.

Зверолюды переглянулись, не понимая, почему я считаю, что саботажник кто-то из них. Хотя Сломанный Рог с затаённой надеждой покосился на гордо вскинувшего голову Инварра. Минотавр точно мечтал, что я сейчас укажу на чёрта и скажу, что именно он-то и есть тот гад, который всё и устроил.

И глаза Сломанного Рога вспыхнули заметно сильнее, когда я поманил Инварра указательным пальцем.

— Иди-ка сюда.

Тот дёрнул головой, но всё же подошёл, глядя на меня исподлобья. А остальные затаили дыхание, не отводя от нас взволнованных взглядов. Минотавр аж губу прикусил. Крушитель же покрепче обхватил рукоять чудовищного молота, с которым никогда не расставался.

— Вы что-то хотите мне сказать, повелитель? — холодно изрёк чёрт, до хруста расправив широченные плечи.

От него пахло звериной мощью, шерстью и ядрёным потом, но ни страха, ни тревоги я не уловил. Ну оно и понятно, если Инварр действительно организовал все эти проблемы со складами, то он вряд ли верит, что его прямо сейчас раскроют. Ведь мы с ним уже столько прошли…

Однако у меня имелось великолепное средство, дабы разговорить любого. Я даже мысленно слегка пожурил себя, что раньше им не воспользовался, потому что как-то не придавал большого значения поискам саботажника. Спихнул всё на Сломанного Рога и Бурую, давая им шанс проявить себя. Но они не справились.

— Инварр, посмотри мне в глаза, — приказал я, хмуря брови.

Тот вскинул голову и прямо посмотрел на меня, не смея даже смахнуть кровь, стекающую со лба в левую глазницу.

Я накинул на него «очарование» и спросил:

— Ты хочешь занять место Сломанного Рога?

— Да, — ответил тот, вызвав удивлённые вздохи зверолюдов, поражённых такой откровенностью. Мало же кто знал о моём «очаровании».

— Почему?

— Я считаю его тупым и недальновидным. Он не в состоянии принимать правильные решения и вечно советуется со жрицей. А та больше сведуща в храмах и вере, чем в организации горожан.

Бурая недовольно засопела, а минотавр громко сглотнул, бросив рефлекторный взгляд на жрицу, словно искал у неё совета. Но та даже не посмотрела в его сторону, а мягко проговорила, глядя на меня:

— Повелитель, Инварр заблуждается…

— Молчи, и до тебя очередь дойдёт! — холодно бросил я ей и задал черту самый важный вопрос: — Ты устроил поджог прошлого склада и перепортил продовольствие на этом?

— Нет! — выдохнул тот, обдав меня вонью нечищенных зубов с изъеденными кромками.

И в его глазах не было ни намёка на ложь.

— Этот чист, — пробормотал я и взмахом руки показал ему, что он может быть свободен.

Чёрт переступил копытами и отошёл к Апофису, внимательно наблюдающего за происходящим.

— Теперь ты, — приказал я жрице.

В теории и Бурая может стоять за всем этим. Зачем ей это? Ну, к примеру, она пыталась таким способом подставить Инварра, чтобы избавить своего возлюбленного минотавра от конкурента.

— Как прикажете, повелитель, — покорно изрекла жрица и встала передо мной, вытянувшись во весь рост.

Остальные зверолюды замерли и переключили всё внимание на неё. И никто из них не ждал от Бурой таких откровений, какие выдал Инварр.

Однако, ко всеобщему изумлению, Бурая тоже без утайки начала отвечать на мои вопросы, когда я накинул на неё «очарование». Но я ей не задавал ничего такого, что могло бы подорвать веру в меня. Жрица ответила лишь на несколько пробных вопросов и на самый главный — причастна ли она к произошедшему на складах? Бурая ответила отрицательно, вызвав облегчённый вздох минотавра, словно тот допускал мысль, что она могла приложить к этому лапу.

Сам же Сломанный Рог подошёл ко мне после жрицы и тоже оказался чист как слеза младенца.

После моего откровенного диалога с минотавром зверолюды смекнули, что все трое не просто так столь честно отвечали на мои вопросы. Они поняли, что в деле была задействована магия.

— Итак, кто следующий? — пробормотал я себе под нос и окинул взглядом смертных.

Крушитель почему-то стоял чуть в стороне и мучительно посматривал в сторону улицы.

— Ты что там увидел? — спросил я у него подозрительно.

— Да что-то приспичило, живот прихватило, — прогрохотал тот и, не дожидаясь моего позволения, торопливо пошёл прочь.

— Стой! — крикнул я ему, но тот будто не слышал и прибавил шагу. — Стой!

Здоровяк упорно шёл прочь, скрежеща доспехами и не обращая внимания на взгляды зверолюдов и Апофиса, приклеившихся к нему.

— Если ты сейчас же не остановишься, Крушитель, я вынужден буду сам остановить тебя! — грозно выдал я, но не добился результата.

Пришлось телепортироваться к нему и попытаться взглянуть в глаза, но он резко отвернулся и ринулся в другую сторону, стремясь убежать.

— Ах ты гад! — выхаркнул я, смекнув, что дело нечисто. — Ловите его! Валите на землю, но не убивайте!

Зверолюды всей толпой ринулись на Крушителя. А тот не был силен в беге, так что они быстро нагнали его.

— Не подходите! Убью! — завопил он, принявшись крутить чудовищным молотом.

Тот вспарывал вонючий тёплый воздух, как лопасть вертолётного винта, не давая зверолюдам подступиться к нему. Здоровяк напоминал медведя, окружённого волками, скалящими зубы. И уже все понимали, что Крушитель ринулся прочь не просто так. Благо тот был туповат, так что в какой-то момент рефлекторно посмотрел на меня, чем я и воспользовался — накинул на него «очарование».

Крушитель тут же опустил молот, и зверолюды набросились на него, повалив в пыль. По улице прокатился грохот доспехов, а руки и ноги Крушителя мигом оказались в лапах зверолюдов, не дающих ему встать.

Я телепортировался к нему, наступил ногой на грудь и процедил:

— Почему ты это сделал?

— Я хотел всё изменить, — прохрипел Крушитель, пуская слюни на изувеченные шрамами и язвами толстые губы. Они с таким трудом двигались, словно каждое слово причиняло ему нестерпимые страдания, как осколки стекла, выходящие наружу через горло.

— Что ты хотел изменить, идиот⁈

— Раньше город жил по-настоящему, — процедил здоровяк, глядя на меня маленькими глазами, ностальгически заблестевшими из-под массивных надбровных дуг, похожих на скальные уступы. — Мы сражались, воевали, ходили в набеги! И ни одна подлая тварь не могла приблизиться к границе нашего города. А теперь мы боимся выйти за его пределы, чтобы уничтожить пару-тройку трусливых мразей! Ведём себя как крысы! Настоящим воинам плевать на эти керосиновые фонари, новые мостовые и отремонтированные дома. Настоящим воинам нужны битвы, хлещущая кровь и ярость!

Лицо Крушителя раскраснелось от эмоций, и даже несколько нарывов на лбу лопнули, обдав рябую кожу сукровицей, а усмешка стала напоминать оскал хищного зверя, которого посадили на цепь. Но вот интеллект… Он так и не появился в его глазах. Значит, Крушитель не умнее, чем кажется. Да ещё его глупая, наивная попытка сбежать под совершенно детским предлогом. Живот, сука, прихватило! Нет, за ним точно кто-то стоит.

— Какой ублюдок надоумил тебя так поступить? — требовательно произнёс я и махнул рукой, показывая зверолюдам, чтобы те отпустили великана.

Они отошли, продолжая осторожно и удивлённо смотреть на Крушителя. Сам я тоже убрал ногу с его груди. А он со скрежетом доспехов встал.

— Мой помощник Кривой Клык посчитал, что я смогу встать во главе города, если повелитель Локки будет недоволен Сломанным Рогом. Инварр пришлый, ему бы вы власть не доверили. Бурая и вовсе баба, куда ей власть-то. А Апофис дракон, и этим всё сказано. Потому-то Клык и решил, что у меня есть шансы стать самым главным, — прошептал Крушитель, проведя пальцами по шишкообразной башке с бугрящимися нарывами.

— Кто такой этот Кривой Клык? — быстро спросил я, обведя взглядом зверолюдов.

— Я знаю его. Он частенько мельтешил во Дворце Совета, даже пытался что-то мне советовать! — горячо ответил Сломанный Рог, отойдя подальше от Крушителя, словно показывая, что его с ним больше ничего не связывает.

— Да, я тоже видел его. Скользкий хрен с бегающими глазками, — вставил Инварр и презрительно посмотрел на минотавра. — Как ты мог просмотреть, что твой туповатый помощник плёл против тебя интриги, идиот⁈

— Мы думали, что это ты! — встряла Бурая, пытаясь выгородить краснеющего от стыда Сломанного Рога, проглядевшего саботажника, оказавшегося у него прямо перед носом.

— И где же живёт Кривой Клык? — быстро спросил я, решив отложить все разбирательства на неопределённое время.

— Я могу вас отвести к нему! Он как раз должен быть дома! — вызвался Крушитель, по-прежнему находясь под воздействием магии.

Он сейчас был готов как угодно услужить мне, а в его искренности нельзя было сомневаться. Но как только «очарование» перестанет работать, вот тут возможны варианты: от слов раскаяния до попытки сбежать.

— Веди, — коротко сказал я, не желая тратить время. — Но пойдут не все. Сломанный Рог, беги к воинам и прикажи им на всякий случай перекрыть все выходы из города.

— Будет сделано! — выпалил минотавр и поскакал прочь, взбивая копытами облачка пыли.

Великан же после моего кивка бросился со всей скоростью по улице. А мы устремились за ним.

По дороге Инварр успел вкратце описать мне этого ублюдка Кривого Клыка. Я вспомнил, что тоже видел его раньше — он пару раз выполнял для меня какие-то мелкие распоряжения.

Но на кого работает этот гад? На какого-то бога? Или просто на моего врага из числа смертных?

В моей голове пронеслись десятки предположений, теорий и имён. Вариантов оказалось много. Но правду я смогу узнать, только схватив этого скользкого урода.

— Вон его дом! — выплюнул Крушитель, тыча рукой в сторону хлипкого домишки с закрытыми ставнями.

— Окружайте халупу, — приказал я, чувствуя возбуждение ищейки, оказавшейся у норы кролика, — и не дайте ему уйти.

Зверолюды быстро обошли дом, а потом по моему кивку шустро ворвались внутрь: кто выломал дверь, а кто разломал ставни и заскочил в разбитые окна.

Повезло, что дом оказался небольшой, так что мы буквально за несколько секунд осмотрели его от подпола до чердака. Но к моему дичайшему разочарованию, нашли лишь крысиное дерьмо, кое-какие вещи, оружие да обед.

Я взял кружку со стола и заглянул внутрь. Там плескался ещё тёплый травяной настой, а над чугунком с крупными кусками мяса и картофеля поднимался почти прозрачный пар.

— Он был тут совсем недавно. Но кажется, мы упустили его! — разгневанно прошипела Бурая и довольно профессионально врезала кулаком в бревенчатую стену. Та аж содрогнулась, а с потолка посыпалась труха и пыль.

— Возможно. А может, и нет… — пробормотал я.