Полет стал размеренным. Эрмиор взмахивал крыльями, и потоки воздуха, создаваемые им, обдували меня вместе со встречным ветром. Но этот ветер не был ни слишком сильным, ни холодным. Я ощущала лишь радость и горячее тепло его тела.

Это тепло даже… возбуждало. Теперь, когда мы летели целенаправленно и спокойно, я вновь почувствовала, что меня тянет к нему. Хотя, говорят, такие ощущения бывали и у девушек при езде на лошади. Не стоит концентрироваться на этом, а то, не дай бог, увлекусь, а он заметит. Вот позор-то! Тогда дракон точно победит в нашей игре!

Я стала смотреть вниз, насколько это возможно, ведь нужно было изгибаться, в противном случае передо мной была лишь его шея и мощный драконий затылок с тремя темными, на вид зловещими гребнями. А Эрмиор, видимо, ощутив мои усилия, совершенно неожиданно начал рассказывать мне тех местах, где мы пролетали.

Граница Андориса – условная, ведь фактически страна была центром континента, откуда сферы влияния Эрмиора распространялись очень и очень далеко. Справа – Малита с ее маленькими городками, а вот там, впереди – Сомаур, одно из вассальных государств. Еще чуть дальше – берег моря. Именно туда мы и держали путь.

Под его спокойный размеренный рассказ я даже начала засыпать. Но трясла головой, заставляя себя прислушиваться к голосу Эрмиора и видеть как можно больше. Я не упущу ни одного мгновения этого полета. Ведь кто знает, повторится ли это еще когда-нибудь?

А потом потянулось море. Темное, но с яркой лунной дорожкой. Если присмотреться, видно, как в этом ровном свете бегут волны, играют с ним.

Не знаю, сколько мы летели, для меня все превратилось в сказочную вечность. А в конце вечности Эрмиор стал планировать к черному берегу, едва различимому ночью.

Вот он, далекий драконий континент, подумалось мне.

Вот уж не знаю, где здесь драконы, пока все выглядело безжизненным.

– Слезай, – сказал Эрмиор, когда мы приземлились.

Попу я, конечно, отсидела. И мышцы бедер свело очень сильно, хоть весь полет не ощущала этого. Охая про себя, я аккуратно полезла вниз по лапе дракона. Спустилась и, чтобы устоять с непривычки, схватилась за мощную драконью шею.

Мне не хотелось отходить от него. Словно прилипла. Хотелось быть рядом, ощущать жар его тела. Словно осиротела, когда потребовалось слезть с него.

– Отойди-ка, – усмехнулся Эрмиор, словно прочитав мои мысли. Впрочем, кто сказал, что если он не может их читать, то не может ощутить и эмоции. Ой… видимо, может. Наверное, драконья ипостась увеличивает его чувствительность. – Дай мне обратиться.

Я неохотно отошла к камням, едва видимым в темноте. Черный вихрь был почти не виден – спустя миг передо мной опять стоял Эрмиор-человек.

И усмехался. Привычно так, но без превосходства и жесткости.

И все же, когда он вновь стал человеком и королем, я ощутила, словно стена встала между нами. Этой стены не было всю дорогу. В драконьей ипостаси он был как-то понятнее и ближе мне. Сейчас же, будучи человеком, он, во-первых, больше не обращался ко мне мысленно, а во-вторых, выглядел более неприступным и холодным. Но…

Он сделал несколько шагов ко мне и заглянул в лицо.

А мне вдруг стало не по себе. Боялась, что он может унести меня неизвестно куда, на край света. Он и унес. А я согласилась… И теперь может делать со мной что угодно. Вообще что угодно.

В своей вотчине, на драконьем континенте, где живут твари, подвластные ему, а не мне.

Эх… ну шпионка. И нужно же было так опростоволоситься.

Здесь был другой часовой пояс и уже светало. Солнце заливало горизонт тонкой розовой полоской, подсвечивая редкие облака. И в утреннем сумраке я четко видела жесткое, красивое лицо Эрмиора, который молча смотрел на меня.

– Ну что, понравилось? – неожиданно очень доброжелательно спросил он.

– Да, ваше величество, благодарю, – чтобы как-то сгладить молчаливое напряжение, повисшее между нами, я сделала книксен.

– Ха! Кхм… – он рассмеялся. – Хорошо. А то я уж думал в тебе совсем нет романтической жилки…

– Что-о?! – возмутилась я. – Почему вы так решили?

Эрмиор улыбнулся:

– Ты всегда думаешь о деле, держишься, подходишь ко всему на свете как к задаче, которую нужно решить. И тебя можно понять – после того как ты сбежала от назойливого кровосмесителя, сложно ожидать другого. Но… Скажи, ведь сегодня ты впервые за долгое время ощутила свободу?

Он встал еще ближе, и янтарные глаза загорелись ярче в утреннем свете. Поднял руку и мягко, но уверенно приложил ее к моей щеке, чуть развернул мое лицо, чтобы лучше видеть.

Мне должно было стать не по себе от этого бережного, но какого-то овладевающего касания, но я ощутила другое… примерно то же, что чувствовала, касаясь его драконьей брони. Близость, тепло, даже жар. И тугие жгуты, скручивающиеся в теле от близости этого мужчины.

– Скажи, я ведь прав? – произнес Эрмиор, а его рука чуть напряглась – то ли ощутил мое странное состояние, то ли сам чувствовал нечто подобное.

– Да, ваше величество, я вынуждена выживать. Но ничто романтическое мне не чуждо, – ответила я. И вдруг новая волна бесшабашности ударила мне в голову. – Что еще вы обо мне думаете, скажите?! Вы ведь думаете еще что-то… – хотелось «алаверды», спросить, что он думает обо мне, как он недавно спросил меня о себе.

Эрмиор не убрал руку. Только погладил меня по щеке большим пальцем, и тонкие, похожие на иголочки мурашки разбежались по телу. Я ощутила, что вот вот подогнутся ноги, и выдохнула, чтобы взять себя в руки. Ах ты ж, дракон, смущаешь меня, будишь во мне женское, потаенное…

Мгновение – и рука на моем лице стала более хищной.

– Что я думаю о тебе, малышка? – усмехнулся он и облизал губы, как когда-то, когда пугал меня в спальне. – Много что, ты права. Например… что у нас есть нечто общее.

– И что же это? – растерянно спросила я, заглядывая в хищный огонь его глаз.

– Ты какая-то… необузданная, как и я. Так гласит предсказание – необузданный король. И теперь ты понимаешь почему? Драконы – это полет, необузданная стихия… И в тебе есть нечто подобное. Кхм… Ты не такая, как все они. Ты… боишься и не боишься меня. Ты хочешь выиграть отбор – и в то же время сомневаешься… во мне. Ты хочешь, чтобы…

Он замолчал. И вдруг резко убрал руку.

Я инстинктивно почему-то схватилась за щеку, словно хотела удержать горячее тепло, что только что ее согревало. Эрмиор усмехнулся, заметив мой жест, и я отдернула ладонь и спросила:

– Чего я хочу, ваше величество?

– Не хочешь, чтобы я выбирал. Хочешь выбирать сама, – вдруг сказал он. И отвернулся.

Все больше светало, и я ясно разглядела его четкий, строгий профиль и кудрявые пряди, спадающие на лоб – на фоне розовеющего неба и серо-черных камней неведомого континента. И чуть досадливо сложенные губы.

– Это правильно, когда выбирает женщина… – очень тихо сказала я, опасаясь разгневать его. Но промолчать не могла. Я все же дитя двадцать первого века другого мира.

– А если мужчина – король? И ему просто нужно выбрать – ради страны и ради всего мира?! И выбрать правильно! – резко бросил Эрмиор, развернувшись ко мне. – Что на это скажешь?

– Скажу, что это опять издержки профессии, – так же тихо ответила я. Поправила волосы, растрепавшиеся от ветра, провела рукой по шее – пусть полюбуется. – Это необходимость, о которой я бы тоже хотела знать больше, чтобы лучше вас понимать. Пока… я считаю, что лучший выбор – тот, что диктует сердце. И в любом случае вам следует давать выбор и девушкам…

– Я и дал. Все прибыли на отбор добровольно, – неожиданно спокойно ответил Эрмиор, задумчиво посмотрев на море. – Ты тоже сама прискакала, – уголок его рта изогнулся в усмешке. И тут он словно одернул себя: – Я обещал тебе диких драконов, смотри! – поднял вверх руку, устремив взгляд куда-то за темные скалы в отдалении.

И вдруг… Некоторые скалы зашевелились, а другие … за другими словно раскрылись темные плащи. Буквально пара мгновений – и в воздух начали подниматься драконы. Черные, бурые, серые… Меньше, чем Эрмиор во второй ипостаси, но тоже очень большие и красивые. Хищные, резкие!

Я насчитала почти двадцать теней, поднявшихся со скалистого берега. Эрмиор рассмеялся – и они закружились над нами в лучах рассвета.

– И это тоже мой мир! – сказал Эрмиор. – Видишь?! Я люблю этих тварей… Глупых животных, но во многом подобных нам… Знаешь, – он опустил руку, а голос его сделался доверительным. – Я не могу читать мысли людей. Но вижу их разум до самого дна! Ощущаю их желания – хищные и животные, но понятные! Могу приказывать им…

– Они прекрасны! – Я не могла оторвать взгляд от хоровода огромных темных тварей, кружащихся над головой. – Скажите, они живут только здесь? Почему?

– Когда-то дикие драконы жили рядом с нами, настоящими драконами, – пояснил Эрмиор. – Были нашими слугами и помощниками, во всем покорными нашей воле. Но это было… неудобно для людей вокруг. Слишком опасное животное! И несколько сотен лет назад мы переселили их сюда, на пустынный континент и острова вокруг… Но я в любой момент могу призвать их.

– Настоящие драконы так заботились о людях?

– Куда больше, чем ты думаешь. Они были… хранителями мира больше, чем властителями, маленькая баронесса.

«Хранителями, кхм…» – подумала я. Все же нужно то ли как-то аккуратно расспросить короля, то ли все же найти другой источник информации. Слишком много вопросов с драконами остается.

И все же, глядя на огромных прекрасных тварей, я могла думать лишь о них. Вот бы рассмотреть их поближе. Попросить Эрмиора, чтобы велел одному приземлиться тут, рядом? Страшновато, кто знает, насколько они действительно подчиняются ему, не сочтет ли дракон меня пищей… Но очень интересно!

Я улыбнулась, глядя вверх, и ни о чем не стала просить.

И вдруг одна из темных теней вылетела из круга и медленно спланировала на скалу, где мы стояли.

Спустя мгновение темно-коричневый дракон стоял в пятнадцати шагах от нас и искоса смотрел на меня большим янтарным глазом со зрачком в форме песочных часов. Заинтересованно и без всякой агрессии.

– Спасибо, – прошептала я Эрмиору. – Спасибо, что дали посмотреть поближе…

Эрмиор вдруг резко взял меня за плечо и развернул к себе:

– Я не вызывал его, – сказал он резко, а в глазах виделось удивление. – Я его не призывал. Что еще ты скрываешь, болотная девочка?

«Да что он опять! – с досадой подумала я. – Что сейчас-то не так?»

– Я ничего не скрываю! – горячо сказала я, с возмущением глядя на него. – Я вообще не понимаю, в чем дело, ваше величество! И вы знаете, что это правда, – ведь отличаете ее ото лжи!

Пару мгновений Эрмиор вглядывался в мое возмущенное лицо. Потом резко отпустил мое плечо, и… счастливо, радостно рассмеялся, запрокинув голову!

– Да, ты действительно не понимаешь, о чем речь, это правда! И понятия не имеешь о своем истинном происхождении… Ну давай, Мариа, подумай сама, если не я вызывал дракона, то кто это сделал?

Мне показалось, что в моем кипящем возмущением разуме закрутились шестеренки. Ага… дракон спланировал вниз, когда я подумала, что хочу разглядеть его поближе. А Эрмиор думает, что это я отдала дракону приказ приземлиться.

– Может быть, и никто, ваше величество, – спокойно ответила я. – Дракон просто захотел приземлиться сам по себе…

– Хм… Мариа, и поэтому он до сих пор не сожрал тебя? Вместо этого смотрит на тебя влюбленным глазом… – Эрмиор лукаво поглядывал на меня. Сквозь обычную насмешливость пробивалось искреннее веселье.

– Не сожрал меня, потому что вы рядом и не позволяете ему, – рассудительно ответила я. – Либо… дракон ощутил мое желание увидеть его поближе и прилетел. И в такой их особой чувствительности я не виновата…

– А вот и нет! – открыто расхохотался Эрмиор. – Это твои мысли, моя дорогая малышка, я прочитать не могу. Хм… в смысле не могу в должной мере, а когда ты врешь, то сразу понятно… А его мысли – сколько угодно! Дракон не просто услышал твое желание, на желания людей им плевать. Он услышал именно твою потребность, он узнал в тебе… хм… узнал тебя, да… и прилетел. Хотя это был даже не приказ, а просто твое желание. Понимаешь, Мариа. – Он снова взял меня за плечи и решительно развернул к себе. – Они подчиняются не только нашим приказам, а даже просто желаниям…

– Но почему тогда другие драконы… не среагировали? – удивленно спросила я, словно именно это было самым важным сейчас. Просто еще боялась до конца узнать правду.

Я еще как-то способна принять, что у меня, попаданки, магический дар «открывать двери»! Но то, что я могу приказывать драконам?! Что я, девушка из другого мира, несу в себе нечто от настоящих драконов – это казалось слишком невероятным.

Нет, это вообще переворачивало все с ног на голову!

У меня закружилась голова, и я схватилась за руки Эрмиора, так и державшего меня за плечи.

Другие драконы – видимо, Эрмиор «отпустил» их – постепенно садились за скалы, некоторые полетели в море охотиться, краем глаза я заметила, как черный дракончик вынырнул с огромной рыбиной в зубах…

– Они же не дураки, – усмехнулся Эрмиор, отвечая на мой вопрос. – Они поняли, что тебе не нужно было много драконов, нужен был один. Никогда, слышишь, малышка, никогда нельзя недооценивать драконов. Любых. Запомни это, – он улыбнулся.

Одним движением притянул меня к себе, обнял, словно оберегая от всего мира, как будто я внезапно стала его единственным сокровищем. Прижал рукой мою голову к своей груди, безжалостно испортил прическу, выдирая из нее все заколки и отбрасывая их на скалы.

Чего мне ждать?! Что все это значит?! Увидел во мне вот это, необычное, и собирается… хм… овладеть мной прямо на скалах далекого континента? Нет, так не пойдет, ваше величество!

Сейчас мне нужны ответы на вопросы, а не объятия! Это ему все очевидно, а не мне!

Закопался рукой в мои волосы. Без страстного желания. С другим чувством.

Зря боялась. В его объятиях было другое желание – желание защитить, приблизить, сохранить. Словно отец обнял единственную дочку. Словно мужчина старше на много десятков лет обнимает молоденькую жену, данную ему небом, чтобы сберечь, а не испортить.

Очень надежно… Слишком надежно, слишком тепло. Я хлюпнула носом. Дурацкие слезы потекли по щекам – так бывает, когда тебя вдруг резко отпускает напряжение, когда неожиданно можно расслабиться.

Значит, может быть и таким. Не ожидала… Надеялась, но не видела этого прежде. Даже когда наслаждалась полетом у него на шее. Волшебный, новый, надежный Эрмиор…

– Все теперь будет хорошо, драконья девочка, – тихонько сказал Эрмиор, поглаживая меня по волосам. – Вот уж не знаю, где там у тебя затесалась драконица, вроде мои сестры… никогда не жаловали болота… – Добродушная усмешка. – Но ты сохранила в себе эту кровь, маленькая… дракошка с болот… Нет, Мариа, это невероятно! – Он рассмеялся, отстранился и заглянул мне в лицо, словно хотел убедиться, что я осознаю, насколько это невероятно. Попутно стер большим пальцем мои слезы.

Я осознавала… насколько невероятно. Я просто не могла поверить. Это фантастика какая-то!

– То, что у тебя выявился дар… еще ладно, в принципе, у любого может оказаться такой дар – открывать или закрывать… или что там еще делать с дверьми, – лукаво улыбнулся Эрмиор. – Но это… это не оставляет никаких сомнений! Дикие драконы узнали тебя раньше, чем настоящий. Инстинкты. – И еще одна лукавая улыбка.

– Я… я скоро начну обращаться? – растерянно спросила я. Только этого мне и не хватало. Как-то привыкла считать себя человеком.

– Нет, конечно! – расхохотался Эрмиор. – Но ты можешь управлять дикими, и ты… можешь родить того, кто будет обращаться. Настоящего дракона. Еще более настоящего, чем я…

– Объясните! – я с мольбой посмотрела на Эрмиора. Воевать с ним, отстаивать свое право знать правду просто не могла. Могла только искренне попросить.

– Хорошо, – пожал плечами Эрмиор. – Присядем. И послушай… Ну почеши ты ему уже за ухом – ему же так хочется! – Он со смехом указал на коричневого дракона, что лежал на камнях и умным янтарным глазом смотрел на нас.