Не планировала становиться Жемчужиной Рокарда. Не желала делать «то, что подскажет сердце». Не желала вообще здесь находиться. Рассматривала свое присутствие в зале судьбы, как формальность. Как горькую пилюлю, которую нужно съесть, чтобы Рокард отпустил Ролара.

Но ноги сами понесли меня к дракону. Против моей воли. А бездонный драконий разум начал окутывать, погружать в себя.

Я словно плыла, а не шла. Притронуться к дракону, прижаться, застыть, погрузиться в единство с ним — это было не желанием, это было потребностью, рвущейся из души, выплывающей из самых потаенных ее закоулков.

Я коснулась огромной драконьей морды — под глазами, выше ноздрей, с наслаждением ощутила горячую, твердую, эластичную чешую, потонула в янтарном океане его глаза. И замерла, забыв обо всем. Словно всю жизнь я шла к этому моменту. Словно я была рождена для него, просто не знала об этом и потому отказывалась.

Бархатный бездонный разум дракона накрыл меня. Была только я — искорка внутри бесконечного темного купола. И я гладила руками, ласкала этот купол, становилась единой с ним. Бродила по закоулкам драконьего разума, прикасалась то здесь, то там. От рождения знала, где прикоснуться… Мой разум, а может быть, даже больше — моя душа — точно знали дорогу в лабиринте драконьей души. Лучше него самого.

Знакомый до бесконечности, близкий… черный океан.

«Я не хочу! — собрав остатки ясного сознания, крохи воли, что еще тлели внутри меня, крикнула я мысленно. — Рокард! Я не стану твоей Жемчужиной!».

«Все так, как должно быть, Аленор. Все в порядке!» — услышала я в ответ. Этот ментальный голос был родным, каким-то другим. Глубоким и знакомым.

«О Господи!» — пронеслось во мне невозможное радостное осознание. Всей душой я рванула глубже в душу дракона, словно хотела обнять ее, обхватить своей. И в этот момент дракон взревел от острого, всепоглощающего наслаждения, волной прошедшего по его разуму. А в следующий миг я ощутила, как эта волна подхватывает меня, и я падаю, падаю, извиваясь от невозможного блаженства. Как будто две наших души, два наших разума проникли друг в друга, и от этого единства в сладком блаженстве рождался, распускался, как цветок, новый мир.

С последней сладкой волной меня накрыла тьма. Я успела ощутить, что ноги подкашиваются, я падаю, а краем глаза заметила рядом с собой черный вихрь. Секунда, и меня подхватили крепкие родные руки.

«Жемчужинка моя…» — услышала я и ощутила, что дракон целует меня в волосы.

И потеряла сознание.

***

Когда я очнулась, Ролар сидел на полу в «зале судьбы», склонившись надо мной. Моя голова лежала у него на коленях, и он нежно, бережно гладил мое лицо. Смотрел и не мог насмотреться.

— Все хорошо, — сказал он мне мысленно. — Мне удалось выманить его. И занять его место на последнем испытании…

Я счастливо рассмеялась. Сейчас не думала о том, что Рокард наверняка где-то поблизости, что за дверью стоит Геард и ждет, когда выйдет счастливая Жемчужина Рокарда, что вообще-то мы на вражеской территории. Встреча и наше единение заставляли забыть обо всем.

— Почему ты не сказал мне сразу, когда я вошла в зал?! — спросила я, приподнялась, обвила руками его шею и почувствовала на губах легкое прикосновение его губ.

Ролар улыбнулся, так и не оторвавшись от моих губ. С полминуты мы целовались, потом наконец отстранились друг от друга.

— Вот поэтому, — улыбнулся он снова. — Меня самого захватил процесс… Словно потоком. К тому же был уверен, что в какой-то момент ты меня узнаешь…

— И что? Теперь я твоя Жемчужина?! — я добавила в голос нотки игривого возмущения. — Помнится, мы планировали другое…

— Жемчужина — не до конца. Формально с этого момента ты можешь быть объявлена Жемчужиной. Но чтобы свойства окончательно проявились, это должно… быть подтверждено в человеческой ипостаси дракона. Не здесь и не сейчас, конечно. Да и не к роли Жемчужины мы с тобой стремимся, ты права… Просто так ты уже не станешь Жемчужиной Рокарда, мы должны были застраховаться от этого… Аленор, у нас мало времени. Сейчас мы должны действовать сообща и быстро, — мой избранник резко посерьезнел. Поднялся на ноги и помог подняться мне. — Ты готова какое-то время изображать Жемчужину Рокарда, пока я буду изображать своего брата?

— Да, конечно! — ответила я. — В любом случае, как я понимаю, подробности о том, как ты здесь оказался, я смогу узнать лишь позже!

— Конечно. Сейчас скажу лишь, что твой герцог пригодился… И играет важную роль в моей партии.

— Что?! — изумилась я. — Тебе помогает Виньялли? Как вы с ним встретились?

— Похоже на то — помогает. Он вытащил меня из лабиринта. Не без своей выгоды, конечно, — усмехнулся Ролар. — Сейчас он с моим военачальником на границе Рокардовых земель. И требует освободить меня, заодно отдать Повелительницу драконов Аленор Грейзо. В противном случае герцог активирует один милый артефакт. Полезная штука — мешает вражеским драконам принимать драконью ипостась… А без драконьей ипостаси драконы еще не выигрывали войн.

— Ничего себе! Это ты здорово придумал…

— Тише, Аленор! — Ролар обнял меня крепче и прижал палец к моим губам. — Этот старый дракон Геард неподалеку, идет сюда. Давай-ка выбираться… Наша задача — выйти из дворца. Потом я смогу принять вторую ипостась, и мы улетим на место нынешних переговоров у границы. Наше появление многое расставит по местам. Готова? Идешь за мной, как счастливая смиренная Жемчужина. Ты обрела себя сегодня, помни об этом! Я буду насколько возможно подделывать ментальный образ Рокарда. Внешне нас все равно не отличить.

Я выдохнула:

— Пойдем. Рокард в ближайшее время не вернется? — спросила я. Задача всего-то выйти из дворца. И не одной — вдвоем с любимым. Но сердце сжималось от тревожного предчувствия. Все не может закончится так просто. Не верю, что у Рокарда нет туза в рукаве. Я отвыкла верить в простые побеги, в успех с первого раза.

— Не знаю! — озабоченно ответил Ролар. — В том-то и дело, что не знаю. Но пока что его нет во дворце. Я бы ощутил. Уходим, Аленор. Время для разговоров еще придет.

Он открыл передо мной дверь, и я снова вошла в чертог преддверия.

***

Как ни странно, Геарда мы не встретили. Сквозь «чертог» вышли в коридор, и Ролар уверенно повел меня куда-то вглубь дворца по коридорам, которыми я еще не ходила.

За ближайшим поворотом мы встретили двух стражников. Я шла на полшага позади, как положено «Жемчужине» при господине, и, видимо, не вызывала подозрений. Непроницаемое лицо Ролара было неотличимо от лица Рокарда. Стражники поклонились ему, он величественно кивнул, и мы свернули опять. Таких постов мы прошли несколько.

Возле каждого из них я ожидала, что сейчас нас разоблачат. Сердце начинало биться сильнее, и я надеялась, что Ролар достаточно хорошо закрывает мой разум от того, чтобы эти драконы прочитали тревожные мысли.

За очередным поворотом потолки вдруг стали ниже, а стены не столь изысканно украшенными. Ролар схватил меня за руку, и вдруг побежал:

— Мой брат вернулся во дворец! — сказал он мне ментально. — Не уверен, что смогу защитить тебя, если прямо сейчас придется с ним драться. Слишком много вокруг «его» драконов…

И мы побежали. Проклятое голубое платье мешало, я тосковала по своему брючному костюму, но почти не отставала.

— Скоро выход во внутренний двор, — сказал Ролар, и мы повернули.

Может Ролар не заметил ментального сигнала двух стражником, а может у них была хорошая защита, но мы чуть не столкнулись с двумя драконами, вооруженными мечами.

Пару мгновений мы четверо изумленно смотрели друг на друга. Было бы даже смешно, если б не так опасно… Потом лица стражников вытянулись от удивления. Притворяться, что это их повелитель бежит бегом из собственного дворца, держа за руку девушку в костюме Жемчужины, мы не могли. Глупо, не поверят.

Ролар выбросил вперед одну руку, с нее сорвалась голубая молния, ударила в грудь более высокого стражника, он отлетел к стене. В то же мгновение Ролар рванул меч из рук второго, и вонзил его чуть пониже плеча. Надеюсь, не убил, подумалось мне. Не хотелось бы невинны жертв.

Я же сделала шаг к стражнику, лежащему без чувств у стены и взяла его меч. Тяжеловат для меня, да и не обучена я толком сражению на мечах. Но лучше, чем ничего. Ролар улыбнулся и тоже поудобнее перехватил меч.

— Возьмем с собой, раз уж на то пошло! — свободной ладонью снова взял меня за мою свободную руку, и спустя минуту отчаянной гонки по длинному прямому коридору мы оказались у арки выхода в сад.

Ролар остановился, выглянул наружу, чтобы проверить, не ждет ли нас засада в саду.

— Неужели, ты думал, тебе сойдет с рук эта выходка? Неужели, думал, сможешь обмануть меня? — раздался вдруг спокойный насмешливый голос.

Из темной ниши чуть левее меня вышел дракон. Только такой же, как мой Ролар. И встал чуть позади нас, сложив руки на груди.

Ролар резко развернулся к брату, сделал шаг вперед и властным движением отодвинул меня за спину.

— Обмануть? — спокойно ответил он. Но я прижималась боком к его спине и ощущала, что его сердце гулко, тревожно бьется. — Я всего лишь повторил твой прием — прикинулся своим братом-близнецом. Кстати, я не заставлял никого думать, что я — это ты. Все сами по себе принимали меня за тебя в этом дворце.

— Забавно… — каким-то странным тоном, сквозь зубы произнес Рокард. А я, уже неплохо знавшая его эмоции, ощутила, что за этим спокойствием прячется не просто ярость. За ним стояли отчаянье и злость, способные уничтожить всякого, кто встанет на пути. Или самого себя, вдруг подумалось мне. Уничтожить самого себя, если уничтожить врага окажется невозможным.

… Но не злость была главным его чувством. Отчаянье.

Рокард доведен до отчаянья. Уверена, дракон в таком состоянии способен на что угодно. А ведь по слухам, ментально он сильнее Ролара. Да и Ролара, наверняка не до конца еще восстановился после долгих дней в лабиринте.

— Забавно, — повторил Рокард. — Тебе всегда нравилось повторять мои приемы. Своих ты не мог придумать. Что же… брат, — на этом Рокард усмехнулся. — Я действительно хотел отпустить тебя после того, как Аленор станет моей Жемчужиной. Но вы оба выбрали другой путь. Придется убить тебя. Тогда девушка сможет второй раз пройти испытание. С правильным драконом, а я не с самозванцем.

И тут Ролар рассмеялся. Так же как смеялся порой Рокард. А мне подумалось, что братья похожи еще больше, чем казалось. Ролар — тоже игрок. Просто какой-то более…прямолинейный, что ли. И честнее. Хоть его нынешняя комбинация с артефактом и подменой на испытании была весьма тонкой.

— Ты не убьешь меня снова! Ты сам это знаешь! Ты ведь был на границе? Видел, что мы не блефуем, артефакт готов к использованию. Убьешь меня — и они активируют его как только из мира исчезнет мой ментальный сигнал. Я не пришел бы в твой дворец без этого оружия.

— Разумно, — ответил вдруг Рокард почти миролюбиво. — Но кроме смерти есть и другие варианты… Останешься в заложниках, покуда твои люди не отдадут артефакт мне. Ты прекрасно понимаешь, то Вайрен, — я догадалась, что речь идет о военачальнике Ролара, — откажется активировать артефакт как только твоей жизни будет грозить настоящая опасность. Ради твоей жизни он пойдет на все.

— Вайрен — да, — усмехнулся Ролар. — Но не Виньялли. Артефакт у герцога, и ему не так дорога моя жизнь. Более того… ему выгодно, если кто-то из драконов погибнет. У герцога хватит сил активировать артефакт.

— Виньялли человек, его легко контролировать ментально.

— Мои драконы хорошо прикрывают его разум, — парировал Ролар. — Герцогу достаточно встать на вашу территорию, просто перейти границу. Он активирует артефакт, и пол твоей страны потеряет способность оборачиваться. А дальше мы просто возьмем власть по праву крылатых. Этого ты хочешь, Рокард? Сейчас я могу захватить твою страну. Но я не сделаю этого, если ты дашь нам уйти. Мы улетим, и я отдам приказ отменить операцию. Каждый из нас останется при своем государстве. Только моя королева уйдет со мной. Это разумный вариант. Я даже не буду мстить за то, что ты вырвал мое сердце… Хоть это было бы мне выгодно.

Лицо Рокарда перекосило. Я видела, что ему больно. Рокард — игрок. И проиграть для него, пожалуй, самое страшное. Мне вспомнилось, как герцог Виньялли с достоинством принял свой проигрыш. Сможет ли Рокард?

Несколько мгновений он молчал. А я понимала, что ему хочется протянуть руку и прямо так, в человеческой ипостаси, вновь вырвать сердце брата. Боролся с собой

— целая буря чувств крутилась в нем сейчас. Но Рокард был хорошим правителем и игроком тоже.

— Оставь девушку и уходи, улетай, правь своей страной. Я больше не буду претендовать на нее. И на артефакт тоже, — вдруг быстро сказал Рокард. — Оставь Аленор и уходи.