Эрика спала лучше, чем ожидала; морской воздух, казалось, развеял ее дурные мысли и страхи. Она проверила свой телефон в четыре утра, когда встала, чтобы сходить в туалет, и еще раз, когда окончательно проснулась, но ни электронной почты, ни текстовых сообщений от Мосс или Питерсона не было.

Обеденный зал отеля выглядел намного симпатичнее при солнечном свете, струившемся сквозь эркерные окна. После плотного завтрака Эрика и Игорь поехали в Кларач-Бей и прибыли туда незадолго до девяти, чтобы успеть выпить кофе и сориентироваться на месте перед встречей, назначенной на десять.

Они припарковались рядом с рестораном в глубине кемпинга, близ пляжа.

Внутри ресторан напоминал заводскую столовую с рядами белых столов и стульев на голом деревянном полу. Великанша лет под пятьдесят выгружала посуду из посудомоечной машины за стойкой бара, а невысокий угрюмый лысый мужчина сидел с ноутбуком за одним из пустых столиков.

– К вам можно за кофе? – спросил Игорь у женщины.

– Думаю, да, – сказала она, вытирая руки о белый фартук.

– Капучино готовите?

– Конечно готовим, – ответила она слегка обиженно.

– Два, пожалуйста.

Эрика заняла столик у окна, откуда открывался вид на пустынный пляж. Солнечный свет радовал недолго, из-за горизонта надвигалась низкая гряда темных облаков, придавая небу стальной оттенок. Когда Игорь подошел с двумя чашками капучино, в ресторан вошла женщина в длинном дождевике и прозрачном пластиковом капюшоне, туго завязанном под пухлым подбородком. Эрика узнала в ней Шэрон, хозяйку кемпинга, чью фотографию видела на ее странице в Facebook[30]. Именно с Шэрон они собирались встретиться чуть позже.

– Доброе утро, Анвен, – бодро поздоровалась она. – Кофе с молоком, когда будет минутка.

Анвен, казалось, не поддалась веселому настроению Шэрон и лишь кивнула, громыхая посудой. Эрика заметила, что мужчина в углу наблюдает за ними.

Эрика указала Игорю на Шэрон.

– Здравствуйте. Вы Шэрон? – спросил он. – Мы договаривались с вами о встрече этим утром по поводу фургона, выставленного на продажу.

У Эрики упало сердце. Она надеялась, что у них будет больше времени и они обсудят, что говорить и как действовать. Шэрон отчаянно пыталась развязать капюшон и, когда наконец удалось снять его, торжествующе улыбнулась.

– Игорь, да? Приятно познакомиться.

Она подошла к их столику. Эрика поняла, зачем ей понадобился капюшон – под ним пряталась роскошная копна идеально уложенных белокурых локонов. На вид Шэрон было за шестьдесят, но, может, она была и моложе.

– Не возражаете, если я присоединюсь к вам? Мы могли бы обсудить кое-что в тепле.

– Да, конечно, – сказала Эрика, стараясь не выдать своего недовольства. Она чувствовала себя в невыгодном положении.

Когда все устроились с кофе, Шэрон достала из сумочки прозрачную пластиковую папку. Первые несколько минут Игорь рассказывал об их мифических путешествиях по Словакии в доме на колесах и о том, как они оба любят море.

– Здесь очень красиво. Летом бывает чересчур оживленно, но, когда светит солнце, думаю, мы вполне можем соперничать с Коста-дель-Соль, – сказала Шэрон.

– А страховка дорогая? – спросила Эрика, бросая на Игоря взгляд, который, как надеялась, он воспримет как призыв: «Позволь мне взять инициативу в свои руки».

– Нет. Я могу связать вас с нашим страховым агентом. Думаю, здесь у меня найдется кое-какая информация, – сказала Шэрон, открывая пластиковую папку.

– На территории есть круглосуточная охрана?

– Мы зашли в интернет и проверили местную статистику преступлений, – выпалил Игорь.

Шэрон резко подняла голову, оторвавшись от сортировки бумаг в папке.

– В Абере, конечно, немало проблем. И, уверяю вас, все это из-за студентов. Здесь, в Клараче, очень тихо. Люди милые. Никто не хочет неприятностей.

– Нас просто интересует наличие камер видеонаблюдения, – сказала Эрика, свирепо зыркнув на Игоря.

– У нас нет системы видеонаблюдения, охватывающей весь парк, но камеры имеются на въезде и выезде, – объяснила Шэрон. Она явно начинала беспокоиться, что они не захотят посмотреть фургон, а погода угрожающе портилась.

– Поразительно, сколько всего можно найти в интернете, даже статистику преступности в каждом регионе, – снова встрял Игорь. – Мы живем в Лондоне, и, боже, если посмотреть на наш район, просто страшно выходить из дома.

Он рассмеялся, и Шэрон вместе с ним. Эрика улыбнулась и уже собиралась вернуться к разговору о кемпинге, когда Игорь продолжил:

– Мы читали о той автокатастрофе, случившейся несколько лет назад. Летом 2016 года какой-то парень вылетел на машине с дороги и разбился насмерть.

Эрика почувствовала, как у нее скрутило живот. В устах Игоря это звучало так очевидно. Улыбка Шэрон погасла, и она нервно затеребила свое ожерелье.

– Правда? Кажется, я что-то слышала об этом…

Эрика видела, что мужчина за компьютером незаметно прислушивается, а Анвен даже приглушила радио в перерыве между песнями, но, когда оба заметили, что это не ускользнуло от внимания Эрики, снова занялись своими делами.

– Думаю, нам следует… – начала было Эрика.

– Молодой был? Тот парень, что погиб в автокатастрофе? – спросил Игорь.

– Давно это было. Может, ему было за тридцать… я действительно мало что помню. Столько лет прошло.

– Но такие происшествия запоминаются, особенно в местах, где тихо и спокойно и редко что-либо случается.

Шэрон посмотрела на них и кивнула.

– Он был местным? – спросила Эрика, решив, что разговор определенно сместился в другую плоскость и надо попытаться спасти положение.

– Понятия не имею.

– Не знаете, были у него дети? – продолжила она.

– Я действительно не знаю. Послушайте. Вы хотите посмотреть фургон или нет? Я скоро должна вернуться в город, – сказала Шэрон. На ее лице появилась натянутая улыбка.

Эрика негодовала, считая, что Игорь все испортил. Их вопросы создали нервозную атмосферу, и она сомневалась, что они смогут добиться от Шэрон большего. Внезапно Игорь извинился, сказав, что ему нужно отлучиться, встал и отправился на поиски уборной.

Мужской туалет находился в коридоре в задней части здания, где царил пронизывающий холод, и представлял собой древний писсуар – длинный металлический желоб, ужасно вонючий. Игорь расстегнул молнию на брюках и начал мочиться. Мгновение спустя зашел мужчина, которого они видели за ноутбуком в углу, и пристроился на другом конце писсуара, расстегивая штаны.

– Твоя подружка? – спросил он, поворачиваясь к Игорю.

– Да.

– Она коп?

Игорь заколебался.

– С чего ты взял?

– Я чую копа за милю. – Мужчина застегнул ширинку и подошел к раковине. – Почему она назвалась гражданской служащей?

– Порой людям становится смешно, когда говоришь им, что работаешь в полиции, – сказал Игорь.

– Ты тоже коп?

– Нет.

– И то верно, я вижу.

Мужчина схватил пачку бумажных полотенец. Игорь застегнул молнию и подумал, не уйти ли ему, не заморачиваясь мытьем рук.

– Не знаю, что там у вас на уме, но я бы на вашем месте перестал задавать вопросы. – Мужчина вытер руки и бросил бумагу в проволочную корзину возле двери.

– Вопросы о кемпинге?

– Не пытайся обмануть обманщика. Я знаю, о чем вы спрашиваете.

Игорь почувствовал, как краска отхлынула от его лица, и мужчина это заметил.

– Да. Ты точно не коп, не умеешь притворяться.

– Что ты знаешь о Джероме Гудмане? – Игорь сглотнул, пытаясь взять себя в руки.

Мужчина присвистнул.

– Да ты с яйцами, парень. Но если будешь и дальше лезть с расспросами, все кончится тем, что тебе их отрежут и засунут в глотку.

– Я здесь не для того, чтобы создавать проблемы.

– О. Нет, конечно нет, – сказал он с неприятной улыбкой, обнажившей золотой передний зуб. – И я здесь не для того, чтобы угрожать тебе.

– Чье тело было в той машине? – спросил Игорь.

Лицо мужчины, казалось, застыло напряженной маской.

– Ты вообще меня слушаешь, черт возьми?

Он шагнул к Игорю, но тот не дрогнул. Игорь видел, что мужчину уже трясет – от гнева или от страха? Трудно сказать.

– Убирайся к чертовой матери. Да поживее. Пока тебе ходули не выдернули.