– Мне пинту вашего самого крепкого и дешевого вина со льдом и соломинкой, – сказала Даниелла Ланг официанту.
Напротив нее сидели Джером Гудман и двое мужчин, которым ее еще не представили. Неопрятного вида молодой блондин в джинсах, футболке с принтом «Пинк Флойд» и дафлкоте[15]. И круглолицый парень с черными волосами, торчащими в разные стороны, одетый в костюм с отливом. Его лицо было усыпано странными веснушками, похожими на чернильные пятна. И кожа лоснилась от жирного блеска.
Они расположились на двух больших потертых кожаных диванах в «Уисперз», вульгарном баре неподалеку от центральной улицы Кардиффа. В это тихое утро среды они были единственными посетителями.
Даниелла достала коробку с одноразовым мобильником и положила ее на стол.
– У меня на счету двести тридцать фунтов до выплаты следующего пособия. Телефон обошелся мне в две сотни. Надеюсь, эта работа стоит того, чтобы за нее взяться.
– Ты будешь зарабатывать больше тысячи в неделю. Как минимум. Обещаю, дело выигрышное, – заверил ее Джером.
Даниелле было всего двадцать, и за ее напускной уверенностью скрывались страх и горе. Она все еще не оправилась от смерти мужа и родителей, которые ушли друг за другом. Официант вернулся с пинтой для нее. Запотевшее стекло придавало вину темно-фиолетовый оттенок. Даниелла пробежалась пальцами по длинным темным волосам и сделала долгий глоток вина через соломинку, которую держала в уголке рта, неотрывно наблюдая за тремя мужчинами. Она знала, что даже в своем несчастье и без макияжа выглядит привлекательно.
– Вы двое кто такие? – спросила она, склонив голову набок.
Вино было ледяным, что делало его терпимым на вкус. Алкоголь сразу попал в пустой желудок, и она почувствовала, как страх ослабляет свою хватку.
– Это Фрэнк, – сказал Джером, указывая на блондина.
– Все верно. Приятно познакомиться, – кивнул Фрэнк.
– А это Хью.
– Рад знакомству.
Хью протянул ей липкую ладонь, и они обменялись рукопожатием. От его глаз веяло полярным холодом. На ум пришла фраза «мертвый взгляд».
– Да ты прям аристократ, – сказала Даниелла, вытирая руку о джинсы.
– У меня такой же акцент, как у Джерома. – Хью ощетинился.
– Джером привносит в него свой стиль, – сказала Даниелла.
Она хорошо разбиралась в людях и ситуациях. И знала, что Джером у них главный, Фрэнк – его надежный друг, но Хью оставался для нее темной лошадкой. Ей было интересно, что он мог предложить, кроме своего жирного лица и дешевого костюма. Даниелла и Джером вместе учились в школе. Еще тогда он слыл плохим парнем, но плохим парнем с обаянием и завидной внешностью.
– Вы слышали это, ребята? – оживился Джером. – У меня есть стиль.
– Я не сплю с тобой. – Даниелла пронзила его взглядом.
Джером поднял руки, как будто сдаваясь.
– И не собираюсь спать ни с кем из вас, парни.
Фрэнк сохранял невозмутимое выражение лица, но Хью разволновался.
– Конечно нет, – пролепетал он.
Фрэнк наклонился вперед и постучал по коробке с новым телефоном Даниеллы.
– Это выгодный бизнес. Нам нужны люди, которые умеют наговорить с три короба. Джером сказал нам, что у тебя язык хорошо подвешен. И тебе нужны деньги.
– Ты ничего обо мне не знаешь.
– Я знаю, что твой муж Клайв погиб при взрыве на газовом заводе и тебе не выплачивают компенсацию. А твои мама с папой тоже двинули кони и оставили тебя с гарантийными кредитами под завязку. Ты унаследовала их дом и ипотеку, которую не можешь себе позволить.
– Отвали, – сказала она Фрэнку. – Что это за хрень, Джером?
Джером положил руку Фрэнку на плечо.
– Извини. Нам пришлось проявить должную осмотрительность. Фрэнк иногда склонен к аналитике, но он не имеет в виду ничего личного. Правда, Фрэнк?
– Ничего личного, просто анализирую, – повторил Фрэнк. Он улыбнулся, и как будто искренне.
Даниелла закусила губу, приказывая себе не плакать. Она сделала еще глоток отвратительного терпкого вина и оглядела Джерома с головы до ног. На нем были джинсы от «Томми Хилфигер», куртка от «Армани» и дорогие кроссовки. Когда накануне она столкнулась с ним в кафе «У Росси», он расплатился за их чай и жареную картошку, вытащив пачку «пинкис»[16] – пятидесятифунтовых банкнот, – скрепленных серебряным зажимом. Она тогда подумала, что это случайная встреча, но теперь не была так уверена.
– Эта работа… она законная? – спросила Даниелла и взяла в руки только что купленный телефон. Зеленого цвета. Ее любимого.
– Это настоящие деньги, – сказал Джером. Его челюсть была напряжена, в карих глазах плясали огоньки. – Наличные на руки. Тебе не придется беспокоиться о том, как свести концы с концами.
«Ты не спишь с ним», – напомнил голос в ее голове.
– Если ты босс, тогда чем занимаются эти двое? – спросила Даниелла, указывая на Фрэнка и Хью.
– Фрэнк отвечает за финансы. Хью – за персонал. Он управляет офисом. Расставляет точки над «t» и палочки над «i».
– Э-э… Кажется, наоборот? – поправил его Хью.
– Это была шутка, – произнес Джером с невозмутимым видом.
– Верно. Да. Очень смешно, – нервно сказал Хью, обнажив в улыбке ряд желтых зубов. – Так вот, Даниелла. Считай, что эта встреча – еще и твой тренинг.
Даниелла перевела взгляд с Джерома на Фрэнка, те посмотрели на нее, и между ними проскочила искра понимания. Хью возглавлял операцию.
– Тренинг? – скептически спросила она.
– Да. Может, хочешь чего-нибудь к вину? Угостить тебя чипсами или арахисом?
– Ты хочешь сказать, что я пьяная, Хью? Он хочет сказать, что я напилась?
– Нет. У него и в мыслях такого не было. Верно, Хью? – спросил Джером.
– Конечно, я ничего такого и не говорю.
Он снова нервно сверкнул желтыми кроличьими зубами, и Даниелла подавила дрожь.
– Ты любишь свиные шкварки? – спросил Фрэнк.
– Да, люблю.
– В наши дни они мало кому нравятся. Кто тебя пристрастил к ним?
– Когда я родилась, у моей мамы пропало молоко, поэтому меня рано перевели на сухой корм.
Джером и Фрэнк улыбнулись, но Хью уставился на нее.
– Я шучу, Хью. Может, закажешь для меня свиные шкварки?
Она вопросительно подняла бровь, глядя на Джерома, и он кивнул Хью. Тот неохотно встал и направился к бару. Даниелла подождала, пока он отойдет за пределы слышимости.
– Быстро. Потренируй меня, пока он не вернется.
Фрэнк и Джером улыбнулись.
– Хорошо. Возьми большой лист линованной бумаги и составь список телефонных номеров, начиная со своего номера, – сказал Джером, постукивая пальцем по номеру телефона, указанному на обратной стороне коробки над штрихкодом. – Меняй последнюю цифру на бо́льшую или меньшую – семьсот шестьдесят семь, семьсот шестьдесят восемь, семьсот шестьдесят девять. Так ты получишь список контактных телефонных номеров, по которым будешь звонить.
– И по поводу чего я звоню?
– По поводу страхования телефона, – сказал Фрэнк. – Ты говоришь людям, что получила сообщение от их оператора мобильной связи о том, что они имеют право на получение специального страхового полиса со скидкой для их телефонов.
– А откуда я это знаю?
Джером наклонился ближе и улыбнулся.
– Ты не знаешь. Просто пудришь им мозги. У тебя будет терминал для приема банковских карт. Ты попросишь произвести оплату по телефону.
Даниелла достала из кармана пачку сигарет и закурила.
– И люди платят?
– Ты бы удивилась, узнав, сколько желающих заплатить, – сказал Фрэнк. – Мобильные телефоны стоят дорого, особенно если оформляется контракт. Тебе нужно напугать их, чтобы они купили нашу страховку. На это многие клюют. Пожилые люди. Бизнесмены. Одинокие домохозяйки. Иностранцы, для которых мобильные телефоны – единственная связь с домом.
– Если попадается иностранец, мы проводим оплату дважды, – добавил Джером.
– И каков размер платежа? – спросила Даниелла.
– Тридцать фунтов.
– Сколько из этой суммы причитается мне?
– Ты будешь получать тридцать процентов от каждой транзакции по карте.
– Насколько это рискованно?
– Гораздо менее рискованно, чем не выплатить ипотеку и потерять свое единственное жилье, – ответил Джером.
– Мне нужен аванс в размере моей зарплаты за первую неделю. Сегодня. Сейчас.
Даниелла откинулась на спинку дивана и затянулась сигаретой, не сводя с них глаз. Она знала, что играет ва-банк, но в то же время чувствовала какую-то энергию, какую-то химию между ними тремя. В этом не было ничего сексуального, но что-то подсказывало ей, что она завоюет их уважение, если выдвинет свои условия.
– Мы платим еженедельно.
– Да. Я того стою.
Хью вернулся с пакетом свиных шкварок.
– Ну что, начинаем? – спросил он, усаживаясь и похлопывая себя по ляжкам.
Из внутреннего кармана дафлкота донесся мелодичный рингтон «Нью-Йорк, Нью-Йорк», и Фрэнк вытащил свой мобильник, заглянул в экран и усмехнулся.
– Мне нужно идти. Добро пожаловать в «Безопасный телефон», Даниелла.
Он удалился.
– С завтрашнего дня Даниелла начинает работать у нас. И мы выдадим ей аванс в размере недельной зарплаты, – сказал Джером.
Хью уставился на нее своими мертвыми глазами.
– С чего это?
– С того, что я так решил, – ответил Джером.
Хью кивнул. Со вздохом сунул руку в карман пиджака и достал коричневый конверт, извлек оттуда толстую пачку пятидесятифунтовых банкнот, пересчитал их и протянул Джерому.
– Это ты платишь аванс Даниелле, а не я.
От вида такого количества «пинкис» сердце Даниеллы забилось быстрее. Это был спасательный круг, о котором она и не мечтала, но с такими парнями следовало сохранять хладнокровие. Когда она подошла, чтобы взять деньги, Хью схватил ее за пальцы и вложил банкноты в ладонь.
– Это аванс. Ссуда. – Его жуткие пустые глаза впились в нее. – Я отвечаю за деньги. Я плачу тебе. За тобой долг. Через неделю он должен быть погашен. Никаких отсрочек. Понятно?
– Я знаю, как это работает, – сказала Даниелла.
Она взяла деньги и сунула их в карман джинсов.
– Надеюсь на это. Ради твоего же блага.
Джером улыбнулся.
– Добро пожаловать в «Безопасный телефон».