Во времена [царствования] Уалента царя[306], правящего в городе Афины, и бояр его доблестных[307], объявился некий муж, человек стратиг, в городе, называемом Андриокий[308], сильный, смелый, богатый очень, по имени Федор. Первый боярин в собрании[309], он любимый был Божий раб. В городе же этом жил святой. И был [там] один колодец, источающий воду хорошую. Этот колодец окружен был зверями и змеями и множеством других гадов[310]. И давал им царь в жертву каждый год 12 коров, телок и ягнят, и они [звери страшные] давали воду и насыщали [ею] весь народ[311].

Однажды сон увидел царь, и страх обуял его. И с большим старанием послал за Федором, чтобы [тот] расспросил воинов своих [о сне]. И устроил царь сбор великий, и призвал бояр своих, и, радуясь, сказал им: «Бояре и все князья, и все собрание! Кто из вас видел человека сановного, копье имеющего против людей, и оружие имеющего в руке своей, с обеих сторон острое, а другое — за спиной? Опоясался он и первый из них напал на меня. И тотчас пронзил меня»{...). И отвечали ему князья: «Царь, владыка самовластный! Мы такого человека не видели нигде». И исполнился гнева царь и сказал: «Я, царствующий [по воле] Божьей. Если не найдется этот человек, то будет он властвовать в земле моей, и князей моих сместит».

Увидел же святой Федор, что царь печален и огорчен, и сказал собранию: «Вот, люди мои, царь нас на войну подвигает? Умрем за него, а он пусть живет». Так сказал Федор. И, встав наутро, взял коня своего боевого, и облекся в доспехи воинские, и оружие взял, и поехал через страны незнакомые, где закона [Божьего] не знают. [Но человека, которого] искал, не нашел.

Много дней спустя пришел в Сирию, и приблизился к темному лесу, и оказался в пустынном месте. И нашел там колодец выкопанный, закрытый пучком ветвей[312]. И вошел он в него, и нашел в нем сарацин числом 40, а женщин — 80, а детей — 100. И увидел Федор, [что] они наги. И вынул он меч свой, и напал на них. Они же [сарацины] ни умения сражаться не имели, ни оружия[313]. И покорил их Федор, и связал их, и повел их в землю римскую, где был [его] царь. И когда увидел их царь, тотчас узнал иноплеменника, которого видел во сне. И сказал: «Я, царствующий [властью] Божьей, [говорю]: [вот] тот, что меня пронзил [во сне]». И тотчас взял и повелел голову ему отсечь, а [сарацин] убить, а 30 в темнице запереть, а жен их и детей в рабство обратить. И радостен был царь. И в то время жертвы змею не принес. И разгневался змей, и не дал [придержал] воду[314]; и скорбели люди, и скот их издыхал. Увидела мать [Федора], что конь сына ее, Федора, захотел воды, а это был первый, лучший конь, которого имел [тот] в сражениях. И, взяв уздечку в руку свою, пошла [она] одна к колодцу. Было же место то, где колодец, ужасно и страшно, с текущими струями[315] и пропастями[316], и зверей множество у входа и выхода[317].

Когда пришла она к колодцу, увидела место преславное, ужасное и страшное. И ужаснулась, [но] снова забыла о женской слабости [своей], и устремилась к колодцу. И, придя, увидела внизу немного воды. Привязав же коня у берега, вошла, напоила [его] водой и вышла. Была женщина эта прекрасна лицом и волосами. И как увидел ее змей, замыслил тут же похитить ее и смотрел на нее свирепо. И когда вошла она в третий раз в колодец, появился огромный змей и набросился на нее с сильным шумом. И услышав голос змия и увидев его, она уронила сосуд и переменилась в лице, и онемела [от ужаса]. И тотчас похитил ее змей, и унес в жилище свое, и запер ее. И когда пришли рабы искать ее, нашли коня привязанного и сосуд, стоящий на колодце. И поняли [слуги], что она похищена была змеем. И возвратились в дом свой рыдая.

Федор же был в царских палатах, и придя в дом свой, услышал о матери своей плач. И расспросил он отроков своих, и сказали ему слуги: «Мать твоя, госпожа наша, похищена была змием». Услышав это, Федор, плача и рыдая, [сказал]: «Увы, мать моя, не нашлось никого помочь тебе в тот час, когда нечестивый этот змей пошел на тебя. И рассталась с тобой, мать моя, благая твоя душа.»

[И] был глас Бога, не желающего [этого], и сказал следующее: «Федор, перестань плакать, и, препоясавшись оружием, иди к колодцу, чтобы победить змея».

Пришел царь к нему [Федору] и застал его, вооруженного и желающего войти в колодец. И сказал ему царь: «О, дитя [мое], Федор. Не замысливай делать то, чего не можешь». Святой же Федор сказал царю: «Ты знаешь, владыко, что во всех странах, куда ты меня посылал, подвиги доблестные для тебя совершил, желая от тебя похвалу [получить]. Ныне же во имя избавления матери моей, как я не могу совершить подвиг?!» И ответил ему царь: «Видел я народы, на которые посылал тебя и ты совершал подвиги, ибо имел замысел великий, и ум твердый, и оружие лучшее, и сердце неустрашимое, [и] опытные воины с тобою одолевали [врагов]. Ныне же двери, в которые желаешь [войти] — узки, желание [победить] змия — суетно, нет места, чтобы противостоять [ему], ни оружия [нет], чтобы обратить [против него], [ибо] он на животе ползает и на груди, змей невидим [может стать]. Не сможешь ты его победить».

И сказал Федор: «Если хочешь, владыко, дом мой хорошо устрой, скот раздай вдовам и сиротам, и рабов освободи, коней же моих и оружие военное возьми себе. В первую субботу поста помяни меня.[318] И позволь [мне] уже сотворить молитву и идти к колодцу. И не ослабляй моей [решимости]». Увидел царь, что он неколебим, и преклонил колени свои, молясь: «Господи Боже, бывший помощником Иосифу. Когда хотел он [Иосиф] войти в Египет, Ты явился и помог ему. Услышь, Господи, голос молитвы моей, избавь раба своего Федора от беды и от всякого помысла враждебного, и снова возврати [милость свою] мне». И закончил молитву, и сказал: «Чадо Феодор, не [воз]давай иному [Богу] похвалы твоей, и не задремлет хранящий тебя ангел[319]. Преклони же колени свои, и прими молитву отца [своего], и иди в колодец».

Царь же сидел около колодца три дня и три ночи, ожидая воина. Через три дня царь вошел в палаты и предался печали о воине. И призвал он архиереев и сказал им: «Отцы и братия, сотворим о нем [Федоре] молитву к Богу, да спасет Господь славного воина от зверей, [куда] я его по недомыслию отпустил».

Раб Божий Федор вошел в жилище змия, и нашел [там] мать свою, подобно девице наряженную, в злато и серебро облеченную[320]. И 12 змеев огромных обвивались [вокруг нее], и аспиды мерзкие [были] пред ней, [и] главный змей сидел пред ней на престоле златом. И другие гады, большие и малые, лежали пред ней [и] стерегли ее. Раб же Божий Федор, увидев [это], ужаснулся. И когда увидел мать свою, решил вырвать ее [оттуда], и приблизился к ней.

И тотчас поднялись со свистом 12 змеев на него, и мерзкие аспиды шипели и облизывали уста свои. И главный [змей тоже], и был он таков, что человеку невозможно [на него] взглянуть[321]. И малые змеи тоже. Каждый по злобе своей пожрать хотели живым раба Божья Федора. Раб же Божий Федор, увидев множество змеев, ужаснулся и так сказал, молясь: «Господи Боже, всезнающий, властитель невидимый и непостижимый, неиспытуемый зиждитель [всего], призри на молитву мою, чтобы одолел я врагов этих, мерзких змеев, дабы прославить имя Твое святое». И пришел ему глас, говорящий: «Дерзай, Федор, Я с тобою». И простер он руку свою, [и] поборол змия, и 12 змиев [больших], и аспидов пронзил [мечом]. И все воинство змеиное победил[322]. Змея же великого [главного] не было[323], [он] в ту пору на поле охотился. И взял, принял Федор мать свою, и сказал ей: «Иди, мать моя, избегнем руки адовой»[324].

И когда они разговаривали, явился змей огромный, со свистом. И взор его [был] страшен и грозен. Имел он в длину 210 локтей, а в ширину 12 локтей, а три головы имел. И принес [змей] двух отроков и трех эллинов (...}. И посмотрел нечестивый змей, и увидел, что жилище его разрушено и воин держит мать свою. И разгневался змей, и обрушил на них гнев свой, [чтобы] смутить, ошеломить их, и [пустил] тьму и дым превеликий.

Раб Божий Федор, увидев [это], ужаснулся, и взмолился, говоря: «Господи Боже наш, изведший [из чрева] Иону, проглоченного китом, и через три дня [Ты] спас его, и избавивший Даниила от пасти львиной, помилуй и спаси меня. И рабу своему [помоги] эту [силу] одолеть».

И пришел к нему глас, говорящий: «Дерзай, Федор, а я с тобою». И отвел он копье, и ударил змея, не видя [его], и прошло копье внутрь. И погиб змей. И закрыты были [телом] змея Федор со своей матерью семь дней[325]. Федор же, молясь Богу, так говорил: «Господи Боже, живущий на небесах и разрушивший двери и оковы ада, призри на молитву мою, ибо ныне слава в пропастях печальных, горестных. И сошел я в глубины земли. Да отойдет в печали жизнь моя к тебе, Господи Боже мой».

И Господь Бог, желая [его] спасти и избавить [от смерти], послал к нему архангела своего Михаила, и пустил воды течь по прежнему руслу[326], и повелел ему, чтобы раб Божий Федор вышел [из колодца] с матерью своей и с двумя юношами. И вот, облак светлый покрыл их, и пошла вода, как река великая. И когда увидели люди на месте том воду и раба Божья Федора[327] с матерью своей и с двумя юношами, побежали и возвестили [об этом] царю.

И обрадовался царь, и, встретив его [Федора], расспросил его, как убил он змея и все воинство его. И сделал его первым сановником. И с того времени воевал он с [разными] народами и побеждал их. И потом умер царь. И тогда был в Евхаите[328] царем Ликиний[329], и им убит был Федор. В славном его мученичестве[330] принял от Бога венец [святого], бесов изгоняя, слепым давая зрение и глухим слух, и немым речь.

А нам, слушающим, милость и щедроты подаст, тем, кто с упованием творят пресвятую память [мученика]. И подаст им Господь помощь неизреченную, и будут богаты они пшеницей, и вином, и маслом, и всеми благами. И даст им Господь благословение Авраамово, Исааково, Иаковлево. Сподобит их царствия небесного, ибо ему подобает [воздать] всяческую славу, честь, поклонение. Отцу и Сыну и Святому Духу ныне и присно и во веки веков. [Аминь].