Итак, возраст отца Моего, сего праведного старца, достиг ста одиннадцати лет, — по воле Отца Моего Небесного.

И день, в который душа его рассталась с его телом, был двадцать шестой день месяца Абиба.

Он начал терять золото яркого блеска, то есть свое понимание в науке. Ему стали противны пища и питье[193], и он утратил свое умение в плотничьем искусстве.

И сделалось в двадцать шестой день месяца Абиба, что душа старца Иосифа Праведного впала в тревогу в то время, как он лежал на своей постели. Ибо он отверз уста свои, испуская вздохи, и всплеснул руками своими. И он воскликнул громким голосом, говоря так: