– Наконец-то, – бормотала Вивьен, расположившаяся рядом с водителем. – Я ночи считала. Не могла дождаться.

 Фортуна ерзала на кожаном сиденье автомобиля. Туна предпочла бы сидеть на переднем сиденье, а не рядом с гробом. Изюма же ничего не беспокоило. Он спокойно читал книгу, подсвечивая листы фонариком на телефоне. Даже у старого гнома был мобильник. Фортуна в последнее время замечала, что телефоны есть у всех горожан. Пожалуй, кроме нее и Александра. Тот упорно смотрел в окно на мелькающие здания.

 Катафалк остановился на светофоре. Вивьен нетерпеливо постучала острыми ногтями по приборной панели:

– Ускорьтесь, пожалуйста. Мы должны успеть до рассвета.

– Я должен соблюдать правила дорожного движения, – невозмутимо ответил водитель.

– Если мы не успеем, я вас съем, – вежливо сообщила вампирша.

– Простите, я на работе, не нужно со мной флиртовать. – Мужчина поправил ворот рубашки.

 Фортуна закатила глаза. Ощущение, что автомобиль стал двигаться еще медленнее. Но в самом-то деле не тянул же водитель время специально, чтобы побыть в компании Вивьен подольше? Бедный мужчина не подозревал, что вампирша не шутила про съедение в случае, если ей придется находиться под солнцем. Конечно, Вивьен могла и потерпеть гадкие солнечные лучи, но все же они ей неприятны, и она точно захочет скрасить неудобства свежей кровью.

 Почти светало, когда катафалк остановился напротив завода. Вивьен хоть и самая сильная, но все же дама, поэтому гроб тащили трое: водитель, краснеющий каждый раз, когда их с вампиршей взгляды пересекались, Александр, которого позвали специально на роль грузчика, и, кряхтящий от нагрузки, Изюм.

 Туна подумывала помочь. Но с одной стороны, гроб держали Изюм и водитель, а с другой – Александр. С ним контактировать Фортуна не желала, поэтому забежала в рушащееся здание и прокричала:

– Маш, не пугай наших посетителей! Тут есть смертные!

 Водитель побелел, но его щеки по-прежнему розовели от смущения. Вивьен нервничала за сохранность гроба и указаниями мешала грузчикам. Особенно трудно дался подъем по лестнице. Выглядело так, будто Александру проще было бы одному тащить груз, а так приходилось поднимать еще и Изюма с водителем.

 Александр ни звука не издал в отличие от остальных. Гроб упал на бетон рядом с надувным матрасом. И когда Фортуна решила, что сложности позади, в комнате материализовалась Маша.

– Что это еще такое? – Она указала на деревянную конструкцию, предназначенную для покойников.

 В ответ водитель упал в обморок. Голову не разбил, потому что его поймал Александр.

– Отнесу его в машину. – Сашуля закинул мужчину на плечо и потопал вниз.

– Куда ты? – воскликнула Маша и последовала за Александром. – Останься на чай.

 Голоса стихали по мере удаления их владельцев. Бормотание парня было совсем неразборчивым. Вивьен зевнула:

– Давайте займемся делами.

 Изюм учтиво открыл гроб. Вампирша залезла в укрытие. Крышка хлопнула. Галина Вадимовна, сидящая на матрасе в окружении ластящихся котов, спросила:

– И что дальше?

– Ложимся все спать, – сказал Изюм и попятился. – Ну я, конечно, не буду вам мешать, поэтому пойду.

– Вы же не сбегаете, чтобы не встречаться с подкроватным? – уточнила Фортуна у гнома. Тот уже скрылся. Галина Вадимовна, уловив общую панику, поднялась. Туна удивилась: – И вы меня бросаете?

– Нет, – неубедительно сказала ведьма. Кошки следовали за хозяйкой. – Я пока с Лешей поболтаю. Он обещал поделиться рецептом того изумительного чая.

– Но ведь Леша его готовил по вашему рецепту, – напомнила Фортуна когда-то подслушанный факт.

 Галина Вадимовна из соседнего помещения прокричала:

– Уверена, это какой-то другой рецепт, который мне следует узнать прямо сейчас!

 Последняя кошка покинула комнату. Фортуна опасливо глянула на гроб. Ничего особо темного и страшного пока не заметно, но спать ложиться все же нет великого желания. Но цель есть цель. И для исполнения задуманного Туне нужно присутствие Маши.

 Фортуна села на матрас ждать возвращение призрачной девушки. На второй этаж вернулись двое. Туна удивленно пялилась на Александра. Что бы он ни забыл здесь, но конкурент плюхнулся на спальное место.

– Это что гусь из антикварной лавки? – поинтересовался Сашуля.

 Туна пихнула того. Никто, видимо, не считал, что это не общественная кровать, а личная.

– Руки свои при себе держи, – недовольно прошипела Маша и возникла между Фортуной и Александром.

– Маш, нам спать пора, мы же работаем, – выдал Александр, забирающийся под одеяло.

 Туна недоумевала, почему Сашуля еще не ушел домой, но она была в ужасе от мысли, что ей придется одной разбираться с подкроватным еще и в компании Маши. Пяткой Фортуна под одеялом нашла теплого злобного близнеца. Тот вздрогнул, когда его коснулись, но ногу Туна не убрала. Ей не до Александра, она во все глаза смотрела на гроб. Под ним пролегла тень. Едва заметная. Ее раньше не было. Туна невольно отодвинулась, чем вызвала беспокойство у Маши.

– Не жмись сюда, – ворчала призрачная девушка и мотала руками, призывая быть подальше от Александра.

 Туна постаралась перевести внимание Маши на насущные дела:

– Помнишь, мы с тобой обсуждали одного парня?

 Призрачная девушка делала вид, что сидит между лежачими на матрасе. В действительности же она парила в паре сантиметрах от одеяла.

– Ну и?

– Он сегодня здесь, – сказала Фортуна. – Тот самый загадочный парень, которого никто не понимает.

 Александр издал смешок, за это получил под дых от говорившей. Маша остановила, чуть не начавшуюся драку своим прозрачным телом.

– Невежливо при Александре называть его тем самым парнем, – прошептала наставления Маша.

– Я не про него, – парировала Туна и почувствовала, как по спине ползет холод.

 Обернулась. На гроб падали рассветные лучи, оттого тень под ним стала чернее безлунной ночи. Или причина в том, кто прятался под гробом. Точнее, в том, кто и был сгустившимся мраком.

 Маша появилась на корточках возле гроба. Она щурилась, будто это способно ей помочь разглядеть то, что увидеть четко невозможно.

– На кровати больше шансов установить контакт с монстром, – сообщил Александр.

– Монстр? – уточнила Маша.

 Фортуна чувствовала неловкость. С Машей беседы нормальной так и не состоялось, поэтому Туна переживала, что призрачная девушка напугается подкроватного и исчезнет. Если это случится, весь план Фортуны пойдет прахом.

 Предварительно Туна консультировалась с Хароном. Тот не то чтобы охотно, но сказал, что подкроватный не расщепит душу Маши в попытке съесть ее ноги. А раз душа той в безопасности, то Фортуна хотела свести этих двоих. Она не считала, что те идеальная пара, но они одиночки и вроде не старые. Туна не верила, что старый мудрый монстр съел бы жуткую куклу, которую только взял в жены. Не самое взрослое решение.

 Маша тянула руку в темноту. Фортуна вся сжалась от напряжения. Даже несмотря на слова Харона, она переживала, что призрачная девушка пострадает. Надувной матрас задвигался. Туна взвизгнула от неожиданности. Сердце быстро колотилось, она думала, что упадет в обморок. Благо до подушки недалеко.

 Александр, приподнявшийся на локте, пялился на гроб. Оттуда к Маше тянулись темные длинные пальцы. Фортуна от нервов села, делать вид, что спит, больше не получалось. Особенно когда рядом нависал Александр. Оставалось надеяться, что монстра не спугнуло движение на матрасе.

 Завороженная Маша нахмурилась. Черный туман рассеялся.

– Что это было? В смысле кто? Кто это был?!

 Фортуна расслабилась, но и расстроилась. Маша не убежала в панике. Это успех. Монстр пропал. Это неудача. Ведь двое толком не пообщались. Крышка гроба отворилась. Вивьен села и сонным голосом пробормотала:

– Что за шум? Дело сделано? Чего вы вместе лежите?

 Вампирша уставилась на двоих живых подростков. Те поморщились и отодвинулись. Александр выбрался из-под одеяла:

– Будем еще раз пробовать?

 Никто не ответил. Вивьен смотрела на призрачную девушку, пихающую бестелесные руки под гроб. Тот плотно стоял на полу, поэтому Маша касалась пяток вампирши. Фортуна сомневалась, как это назвать.

– Перестаньте меня трогать. – Вивьен брезгливо поджала ноги.

– О, – задумчиво протянула Маша. – Так вы живы.

– А вы нет, – заметила вампирша.

– А чего вы в гробу? – продолжила Маша. – Я думала, вы легли умирать.

 В помещении повисла тишина. Нарушил ее смех Галины Вадимовны, донесшийся с дальнего края завода. Фортуну это раздражало. Здесь важные дела решаются, не до веселья сейчас.

 Александр опять сел на матрас.

– Больше не разговаривай, – предупредила Туна.

– Я и не говорил ничего.

– Тогда не шевелись лишний раз, – прошипела Фортуна.

– Соберитесь уже, – сказала Вивьен опускаясь. Гроб закрылся. Оттуда раздалось: – Не разберетесь, уволю обоих.

 Конкуренты на должность в брачное агентство переглянулись.

– Что происходит вообще? – Маша выпрямилась.

 Александр с Фортуной делили одеяло.

– Это же мой дом, – ворчала Туна едва слышно.

– Это заброшенный завод, поэтому здесь и холодно, – парировал кутающийся.

– Ты мешаешь, – тихо прошипела Фортуна. – И перестань вертеться.

– Тогда ложись так, чтобы я все видел, – буркнул Александр.

– Не командуй, – ворчала Туна.

– Замолчите уже и дайте мне заснуть! – раздался приказ из гроба.

 Александр не сдавался, и Фортуна уступила. Они легли поперек матраса. Туне это не нравилось, но так обоим было видно гроб. Шанс, что из-за возни Сашуля сорвет повторное знакомство Маши и подкроватного, уменьшился.

 Призрачная девушка положила ладони на щеки:

– Не понимаю, что происходит.

 Маша волновалась. Туна хотела бы знать из-за чего именно, но она боялась шуметь лишний раз и говорить что-то, на что мог последовать ответ. Тем более, от Маши тот должен быть весьма многословный. Теперь, когда пришлось молчать, хихиканье Галины Вадимовны раздражало невероятно.

 Александр с Фортуной всматривались в тонкую черную полоску под гробом. Тьма густела, будто монстру не терпелось вернуться. Словно он ждал встречи с Машей. Туна улыбнулась. Вот ее план и перестал казаться безумным.

 Маша изумленно наблюдала, как к ее ноге тянется черная лапа. Фортуна и Александр невольно прилипли друг к другу. Воздух трещал от напряжения. Казалось, фарфоровый гусь на окне вот-вот треснет.

 Чернота прошла через Машину лодыжку насквозь. Призрачная девушка топнула, рассеяв дымку:

– Интересно-о-о.

– Эй, будь дружелюбнее, – прошептала Туна духу.

– Да, он очень ранимый, – согласился Александр.

– Чего вы советы раздаете, будто гуру отношений? – буркнула Маша, но явно прислушалась. Она присела напротив гроба и мягко сказала: – Меня Маша зовут, я здесь с крыши упала. И мне иногда одиноко.

 Фортуна знала. Маша врет. Той постоянно одиноко.