На пути от с. Березово к с. Старо-Мело­вое конная разведка милиционеров под ко­мандованием И.В. Калинина заметила скачу­щего навстречу конника, а за ним погоню казаков. Все 16 милиционеров бросились на выручку, и казаки оставили преследование. К разведчикам подскакал начальник уезд­ного отряда по борьбе с дезертирами Петр Максимович Андраханов и сообщил, что он заехал к родным в д. Меловое, куда на­грянула разведка белых. Казакам сообщили об П.М. Андраханове, но он успел немно­го опередить преследователей. Через пол­часа загнанная лошадь П.М. Андраханова пала. Между д. Подболотное и д. Меловое милиционеры-разведчики встретили конный воинский разъезд. Начальник разведки вы­ехал вперед, как и представитель разъезда. Без происшествий отряды объехали друг дру­га. В д. Подболотное милиционеры обнару­жили под печкой убитого дезертира. Местные жители рассказали, что с ним расправилась разведка красных. Встреченные крестьяне-подводчики сообщили милиционерам о том, что в с. Дмитриевское нет ни красных, ни белых. Милиционер Петр Егорович Михалев взялся добраться до села и разведать. Ой служил конным милиционером при началь­нике милиции 3-го участка. В с. Дмитриев-

176

родилась его молодая жена Анастасия, $⁰*<*1Ю ^{он не ви}а^ел а^ве недели и соску-Л№ Через семь километров П.Е. Михалев «^^ил казачий разъезд, был задержан, вы-4$ устными жителями и тут же расстре-рР* Знакомые П.Е. Михалева сообщили о _и мужа жене, которая забрала и похо­жа его.

Воронеж в губернский ревком за раз-*|_ением и деньгами на эвакуацию посла­ла госконтролер финотдела Г.И. Ефремов, секретарь отдела управления Н.Д. Иванов _л милиционер М.С. Ломакин. В городе им объяснили, что все уехали в эвакуацию че-Землянск на Задонск. Покормив лоша-^Й, нижнедевидцы отправились в Землянск. Прибыв вечером в Землянск, они губревком _йе застали и остановились у хорошо знако­мых Г.И. Ефремова — Икорских. ·

23 сентября. В ночь с 22 на 23 сентября бригада им. Красных коммунаров, в которую входило около 400 сабель, находясь на окра­_иНе Воронежа, получила приказ: задержать _на подступах к Нижнедевицку 3-й Донской отдельный корпус генерала А.И. Шкуро.

В Курбатово вошел отряд красноармейцев и выпустил из сарая попавшего в плен к му­жикам красного военного летчика Б.Н. Ку­дрина. И он через два дня вернулся к своим _в Кшень.

Конная разведка милиционеров под ко­мандованием И.В. Калинина получила при­каз вернуться в Нижнедевицк. Отряд был расформирован, и вместо него разведку вел прибывший кавалерийский дивизион Особо­го отряда Я.Ф. Фабрициуса. Несколько ми­лиционеров, в том числе и Д.С. Рыжкова, назначили проводниками разведок в направ­лении с. Берёзово. Ближе к вечеру один' из разведотрядов натолкнулся на разведку белых. Завязалась перестрелка, два челове­ка были легко ранены, и отряд отступил к Нижнедевицку.

Вечером отряд белых численностью 150 сабель из д. Подболотное атаковал с. Гнилое и выбил из нее разведчиков 2-го отдельного кавалерийского эскадрона, которые отошли в

д. Сомове

Вечером деревни Подболотное и Борки были заняты белыми.

24 сентября. В с. Новая Ольшанка на­ходился продагент Виктор Уварович Кузичев. Утром к нему прибыл член уездного про­довольственного комитета Митрохин, кото­рый привел с собой 16 подвод. Па них из Нижнедевицка эвакуировались семьи комму­нистов. Стало известно, что белые уже нахо­дятся в с. Ясенки. С наступлением темноты

В.У. Кузичев и Митрохин прибыли в с. Ку­чугуры и заночевали у Алексея Ивановича Худобина. В селе около недели стоял обоз с эвакуированными из южных волостей уезда, который продвигался к Нижнедевицку, по­полняясь бежавшими от войск Мамонтова В Нижнедевицке простояли полдня, обоз был сформирован окончательно. Начальником обоза назначили И.М. Полянского. Людей разместили в школе. На все вопросы «По­чему стоим?», — И.М. Полянский отвечал: «Нет распоряжений».

В ночь с 23 на 24 сентября Т.П. Золоту­хин и СИ. Косинов на конях поехали в разведку в с. Ясенки. Между лесами Долгий и Ясеневой нос к носу столкнулись с разъез­дом белых (около 10 всадников). «Кто едет? Ваш пароль, иначе бросаю гранату», — крик­нул Т.П. Золотухин. Белые назвали пароль. «Свои. Езжайте», — ответил Т.П. Золотухин и вместе с Косиновым свернул в сторону, уступая дорогу колонне белых всадников, ко­торые проследовали в сторону Нижнедевицка на Гусевку. Разведчики-ревкомовцы во весь опор поскакали в с. Ясенки. В селе было тихо. Поставили коней во дворе знакомой тетки Симонихи. Через некоторое время тет­ка сообщила, что в селе появились белые. Разведчики огородами, полем поскакали" в сторону лесов Кучугурный и Кабаний. К рассвету добрались до Нижнедевицка.

В с. Кучугуры в 4.00 около школы оста-* новился отряд белых. Коммунисты начали отстреливаться из окон. Бой продолжался около часа. Затем оборонявшиеся кто убе­жал, кто остался под видом местных жите­лей, в том числе и учительница из с. Хохол М.М. Третьякова с четырнадцатилетним сы­ном Александром. Она была членом ком­муны, активисткой уездного масштаба. Ку-чугуровцы ее не выдали, на допросе она предъявила старый документ учительницы. После М.М. Третьякова увидела, что на­чальник их обоза И.М. Полянский разгу­ливает с белыми, перешел на их сторону. Он ее хорошо знал, и М.М. Третьякова по­спешила скрыться у крестьянина на дальнем краю села.

В 11.00 белые полностью заняли с. Ясен­ки. Оборонявший село 375-й полк 2-й бри­гады 42-й стрелковой дивизии 13-й армии отступил из с. Ясенки на север и северо-запад. Связь с частями отряда Я.Ф. Фабри­циуса прервалась.

Военрук уездного военкомата Владимир, Алексеевич Трубиенко (беспартийный, быв-, ший офицер царской армии, честный чело­век, жил около типографии В.К. Коханов­

177

НИЖНРДДВИЦКЛЯ ЛЕТОПИСЬ XX ВЕК

ского), босой и в одних кальсонах пришел из с. Ясенки в Нижнедевицк и сообщил началь­нику штаба отряда ревкома К.А. Кяндяуро-ву, что в Ясенках были окружены белыми. К.А. Кандауров позвонил на станцию Ниж­недевицк. Во время разговора понял, что на станции находятся белые: говоривший с ним в слове «Нижнедевицк» делал ударение на вторую «е».

В Нижнедевицке на кладбище по решению уездного ревкома расстреляны 17 заложников (12 мужчин и 5 женщин) из числа мирно­го населения. Взять заложников предложил Т.П. Золотухин с расчетом, что в случае от­ступления, оставить белым предупреждение: если они будут терроризировать коммунистов и активистов, то заложники будут незамедли­тельно расстреляны. Среди заложников ока­зались: бывший купец-промышленник Дми­трий Ильич Сидоров (старший из братьев торгового дома братьев Сидоровых), бывшая помещица Анна Петровна Антаева. Перед отступлением ревкомовцы поняли, что кон­воировать с собой заложников «нет смысла, так как на охрану их приходилось бы отвле­кать бойцов, которых и так не хватало, со­держать их было негде, а в Воронеж отпра­вить нельзя, ибо губисполком эвакуировался, и ревком принял постановление расстрелять их». Стояло тихое солнечное утро. Все за­ложники были отправлены на кладбище для расстрела. В ревком к Т.П. Золотухину вбе­жал помощник начальника милиции Касьян Иванович Рукин и доложил, что в Нижне­девицке находится бывший шаталовский по­мещик, старик Василий Федосеевич Какурин. «Гоните его своим ходом на кладбище и там присоедините к остальным», — при­казал Т.П. Золотухин. И в теплое осеннее утро одетый в зимнюю поддевку помещик В.Ф. Какурин покорно шагал навстречу сво­ей смерти. Расстрелом руководил Т.П. Золо­тухин. Синелипяговский священник не умер сразу, пуля ему пробила бок. Он, лежа на земле на боку, поднял голову и совершенно хладнокровно тихо произнес: «Ну, товари­щи, добивайте». Золотухин подал знак быв­шему коменданту уездной ЧК Смирнову, и тот выстрелом из нагана добил священника.

В с. Турово в 13.00 прибыла конная бри­гада под командованием Луцкого.

Золотухин Т.П. отдал распоряжение (по телефону) А.П. Аборневу и Новичихину под личную ответственность арестовать в с. Ту­рово бывшего городового, сына кулака Лав­рентия Николаевича Швецова и расстрелять на месте. Приказ не был выполнен.

В Нижнедевицк прибыл начальник осо­бого отдела, председатель полевого трибунал 13-й армии Георгий Александрович Атарб^. ков (настоящее имя Геворк Атарбекян) ^. своим штабом. Его людей разместили в зда, нии ревкома. Походные кухни были уста, новлены во дворе ревкома и укома РКП(б) Г.А. Атарбеков со своим адъютантом з_а, шел в ревком, где находились Т.П. Зол₀. тухин и СИ. Косинов. Золотухин спроси* Г.А. Атарбекова: имеет ли право ревком вы­носить смертный приговор. Получив отри, цательный ответ, Т.П. Золотухин пойнтере, совался, как им быть, ведь они расстреляли заложников. Спросив, партийные ли ревко­мовцы, Г.А. Атарбеков предложил утвердить приговоры, мол, «вы не имеете право рас­стреливать, а я имею, и с утвержденными приговорами будете правы». Достал из сумки красный с синим карандаш, и на каждом приговоре размашисто написал: «Утверждаю. Атарбеков». Приказал адъютанту поставить печати. (Впоследствии Г.А. Атарбеков был наркомом связи Закавказской республики и погиб на загоревшемся в воздухе самолете. За ним тянется молва как об очень же­стоком и кровожадном чекисте. - СМ.).

Белые где-то подключились в телефонную сеть и мешали ревкомовцам вести переговоры с комендантами железнодорожных станций.

В ночь с 24 на 25 сентября в Нижнеде­вицк прибыл полк, входивший в 1-ю Петро­градскую бригаду им. Красных коммунаров и расположился на рубеже ст. Гусевка. Бойцам предоставили четырехчасовой сон. Все они были в красных фуражках, красных брюках и красных тужурках.

25 сентября. В 9.00 белые в количе­стве трех-четырех полков густыми цепя­ми наступали на Нижнедевицк со стороны сел Ясенки, Кучугуры, а также со сторо­ны с. Першино. Над Нижнедевицком про­летел самолет-разведчик белых. Артиллерия белых начала бить из-за Гусевского леса. Их сдерживали части 13-й армии. Нака­нуне в Нижнедевицк прибыли три полка: 1-й Петроградской бригады имени Крас­ных коммунаров из резерва Нижнедевицкого участка, Пензенская бригада (командир чех Ярослав Антонович Штромбах), кавалерий­ская бригада (дивизион?) «Петроконь». 3-й полк им. Красных коммунаров был направ­лен по большаку в сторону с. Ясенки для ликвидации прорыва между 42-й дивизией и Особым отрядом Я.Ф. Фабрициуса. Ка­валерийский отряд, с пиками наперевес, шел на подмогу частям помощника командира 13-й армии А.В. Станкевича, оборонявших Нижнедевицк. Частям 1-го полка приказа-

178 -Идо*-

района Сомово—Сомовский нанести $о ^вый удар по наступающим белым, щаневра прикрывались выдвинутой на позиции артиллерией. Козловская ба-цР да дороге Нижнедевицк—Ясенки сда-^{^^_елЫМ без боя. Вскоре, когда бой шел *а^с* „а окраинах города, по большаку из у*^е_оНеяса прибыл 1-й Особый отряд под ^андованием Я.Ф. Фабрициуса (началь­на* ^шта^^а Травинский). Его бойцы с мар-^ занимали позиции на западной стороне _ййжнедевицка. Штаб Я.Ф. Фабрициуса раз­бился в одном из домиков на западной крайне города. Бойцы Я.Ф. Фабрициуса _с0прикасались левым флангом с войсками, занимавшими позиции возле сел Разброд и днтаевка, а правым флангом упирались в кладбище. Бой длился почти весь день (12 часов). Было отбито 11 атак белых. Храбро сражались красноармейцы отдельного бата­льона Пензенской бригады. В полдень ко­мандование боем перешло к В. Ефимову. Вскоре он был ранен в ногу. Перевязку ему сделала крестьянка. Отряд уездного ревкома стоял в заслонах на станциях Курбатово и Нижнедевицк. Остальные вместе с санитар­ным отрядом уездного ревкома поступили в распоряжение Я.Ф. Фабрициуса. Во второй половине дня вернувшийся в город с пере­довой (по которой они мотались из конца в конец) Т.П. Золотухин увидел на пло­щади города начальника санитарного отря­да Якова Тимофеевича Шаталова, который со своим отрядом, по распоряжению штаба Я.Ф. Фабрициуса, находился в подвальном помещении школы в ожидании распоряжений и не знал, что им делать, так как никаких распоряжений не поступало. В это время из Нижнедевицка по направлению с. Вязнова-товка по Воронежскому спуску поднимал­ся обоз. Указав на него, Т.П. Золотухин предложил Я.Т. Шаталову нагонять обоз и эвакуироваться, так как штаба Я.Ф. Фабри­циуса в городе уже нет. Заглянув в рев­ком, чтобы убедиться в том, все ли взято, Т.П. Золотухин сам начал нагонять обоз. Поднявшись на самую вершину, увидел, что обоз возвращается в город. Сопровождал его отряд конной милиции под командованием военрука военкомата И.Т. Елисеева, полит-комиссаром был начальник уездной милиции В.Г. Косарев. По обозу, с перелетом сна­рядов, били орудия белых. Золотухину объ­яснили, что вернулись из-за того, что в с Вязноватовка уже белые казаки. Золоту­хин приказал обозу остановиться. Проскакав в хвост обоза, он повернул его назад, в сторону с. Вязноватовка. В с. Вязноватов­ка Т.П. Золотухин ня невысокой калмыц­кой лошади нагнал «весь состав ревкома, руководящих работников уезда и основные силы партизанского отряда ревкома*. Здесь Г.Г. Чижов передал Т.П. Золотухину печать ревкома и попросил временно принять руко­водство ревкомом. Тихим вечером ревкомов-цы достигли с. Турово и расположились ня ночлег. 2-й батальон 2-го стрелкового полка им. Красных коммунаров перешел ня сторону белых, «чем открыл левый фланге. Две роты Тульского образцового запасного батальона, убив ротного командира и ранив полити­ческого комиссара, тоже сдались казакам. К вечеру части отряда Я.Ф. Фабрициуса и державшие левый фланг обороны 1-й и 2-Й стрелковые полки 1-й Петроградской брига­ды им. Красных коммунаров начали отход на линию Нижняя Ольшанка — Турово. Для прикрытия отхода оставили 3-й стрелковый полк 1-й Петроградской бригады им. Крас­ных коммунаров, который держал оборону до наступления темноты, чем дал возмож­ность полкам собраться и привести себя в боевой порядок. Последним уходил Я.А. Ро-зенталь. («Посмотри, он не боится», — го­ворила застрявшая в городе статистик, дочь профессора Шурочка Поссе, подавая воду красноармейцам). С наступлением темноты оставшимся в живых 20 бойцам В. Ефимов приказал отходить в сторону Воронежа. Сам с одним бойцом остался на рубеже, ведя редкий огонь по противнику, создавая ви­димость, что красноармейцы не отступили. Белые отвечали пулеметными очередями.