Утром в зале суда собрались все братья Клаусы. Возглавлял всё самый старший из них – сам Санта-Клаус. Девочку настойчиво и грубо допрашивали. Кто она? Как её зовут? Как она к ним попала? Зачем подожгла часы?

Неловко выражаясь жестами, девочка попыталась объясниться. Они ужасно заблуждаются! Они должны ей поверить! Она не при чём! В городе блуждает враг. Огромный злой человек, вселяющий страх. Он одет во всё красное! Она его видела!

«Как забавно», – ответил судья, который с трудом разобрал то, что она пыталась показать. Всё это чушь! Маленький человек, переодетый в эльфа, возможно, и мог остаться незамеченным. Но взрослый мужчина? Немыслимо!

Девочка продолжила изъясняться жестами, хотела, чтобы её поняли. Эльфы начали постепенно сомневаться. Она казалась такой искренней, такой убедительной! Но решение Клаусов было непоколебимо: никто не знал о существовании их мира и уж тем более как попасть в него. Даже не верится, что она очутилась в Клаусбурге. Во всём произошедшем виновата только она одна. И она должна это признать!

Сидящий в зале Нильс почувствовал на себе полный отчаяния взгляд девочки. Тайком от остальных – насколько это было возможно – он попытался выдавить из себя улыбку, хотя в глазах у него стояли слёзы. Она лишь обречённо улыбнулась эльфу в ответ, словно говоря: «Ничего не поделать. До свидания. Я никогда тебя не забуду!» Нильс опустил голову. Вскоре улыбка с губ девочки исчезла. Всё пропало.

Никто не видел слёз, стекающих по щекам эльфа. Даже она.

Братья Клаусы не стали тянуть с приговором. В их мире нет места чужакам! Людям! Таков закон. С давних времён все у них придерживаются установленного порядка, а чужак – новая головная боль. Это рискованно, но что ещё хуже, опасно! И поджёг часов – тому доказательство. Девчонку нужно отправить наверх, сегодня же.

К ней подошли два сторожа-лиса в форме. Нильс смотрел, как её уводят. Она обернулась в последний раз… но не увидела его.

Нильс, ни с кем не заговорив, вышел из зала суда с другими эльфами. Грустный, он вернулся домой и хлопнул входной дверью. В мастерской он печально посмотрел на всё, что ещё вчера ему нравилось и что теперь ему было безразлично. Развешанные по стенам проекты казались ему незначительными. Комната, в которой было много вещей и в которой он так любил проводить время, вмиг опустела. Тишина была невыносима. Ему оставалось только одно – собрать узелок.

Выходя из дома, на пороге он увидел грустного Йорна. Как и многим другим эльфам, ему показалось, что девочка не врёт. Но он не понимал, почему его друг должен уходить? И куда? Нильс всё ему рассказал: в ужасном приюте злые дети издевались над ней. Она была так несчастлива среди людей. Он должен найти её. Он знает, что она невиновна. Он в этом уверен. Она не способна на подобный поступок. Он не может сидеть здесь, так далеко от неё, сложа руки, зная обо всём. Это просто невозможно.

Они сказали друг другу «до скорой встречи». Нет, скорее «прощай»! Нильс предупредил Йорна: если однажды они встретятся, тот его не узнает. В мире людей эльфы растут, меняются и… стареют. Но Йорн не понимал, что означает это слово.

Обняв его в последний раз, он смотрел, как его друг уходит. В его сердце нарастал гнев. С каждым шагом Нильса Йорн приходил всё в большее и большее бешенство. Нет! Нельзя всё это так оставлять! Решительным шагом Йорн направился к зданию, на котором висела вывеска: «Вестник Клаусбурга».