Где-то в подземном треугольнике «Театральная» – «Охотный ряд» – «Площадь революции» я постоянно плутаю, уезжаю не туда, возвращаюсь. Хотя, может быть, это начинается раньше – с «Курской», «Новокузнецкой» или «Кузнецкого моста». Бывало и в студенческие годы, когда «Театральная» еще была «Площадью Свердлова», а «Охотный ряд» – «Проспектом Маркса». Похоже, временные названия непринципиальны.
Обычно (хотя очень редко) путаю переход и, не замечая этого, еду не в нужном мне направлении. Замечаю уже после кольцевой станции. Если выбираюсь на нужный радиус по кольцу, блуждания кончаются. Если через центр – могу и еще раз ошибиться.
В молодости легко списывал на усталость, суету, задумчивость. Недавно в разговоре с коллегой[67] выяснилось, что такое происходит не только со мной. Она объяснила свои блуждания тем, что заговорилась с подругой. Но была в ее рассказе одна важная для меня деталь: поехав в ненужном направлении, они с подругой встретили много «странных» людей. Я тоже всегда, когда ошибался, встречал много странных людей!
Помню, например, гротескного седого гражданина с очень надменным и презрительным выражением лица. «Встретимся в Большом театре!» – выкрикнул он, выходя из вагона. Кому?
Необыкновенно живой, как черная ртуть, африканский студент. Он несколько раз естественно метнулся из конца в конец вагона и настолько подавил всех своей энергетикой, что люди почувствовали себя разбитыми и старыми. Всех, да не всех. Сидящий в центре вагона крупный бородатый мужик вдруг непроизвольно прокомментировал, легко перекрыв шум поезда (!), густым классическим басом: «В черном теле – здоровый дух». Есть такое выражение «гомерический хохот». Хохот пассажиров стоял в вагоне до станции, на которой африканец выскочил и исчез в толпе.
Вот странная группа молодых людей. От них настолько веяло агрессией, что все почувствовали себя неуютно. И одеты они были вроде правильно, но очень необычно. При этом невозможно ничего сказать об этой необычности. Черные куртки, брюки, туфли… Вдруг все они уставились на меня и мою рыжую магаданскую знакомую. «Сейчас будет драка», – предупредила она шепотом. Но я этого не чувствовал. Наоборот, чувствовал, что ни им до нас, ни нам до них не может быть никакого дела. И действительно, через пару остановок молодые люди вышли, оглядываясь на нас, и навсегда исчезли из нашего мира.
Описаний странных встреч можно было бы здесь поместить довольно много. И все они происходили именно при ошибке направлением. В мае 2005-го ошиблись вместе с сыном и вдруг оказались в совершенно старом вагоне, переполненном уставшими рабочими в кепках, спецовках, сапогах и простых ботинках, ехавших домой после тяжелой заводской смены. «Как в тридцатых годах оказались», – резюмировал впечатление сын, хотя ни он, ни я в тридцатых не жили. Мы вышли из вагона, пересекли зал станции и поехали назад в современном вагоне с современными людьми.
Когда ошибки и странные встречи сложились наконец в целостную картину, вспомнились рассказы Шамана о туннелях и переходах между ними.
– При блужданиях я попадал в чужие туннели?
– Да.
– Это подтверждается только встречами со «странными людьми».
– Ты для них мог выглядеть не менее странно. Есть и другие подтверждения.
– Какие?
– Ты никогда не встретишь в чужом туннеле своих знакомых. Они передвигаются только по вашим туннелям.
– Но я же там был с сыном, со знакомой.
– Попали вместе.
– Если бы поехали с сыном дальше в вагоне с рабочими, что бы было?
– В чужие туннели обычный человек может попасть лишь неосознанно.
– Почему?
– Осознанно он совершает привычные для себя дела, шаги и двигается только по своему туннелю.
– Но если я в следующий раз ошибусь, сяду в поезд, а потом осознаю и поеду дальше специально?
– Ты можешь необратимо далеко заехать по чужому туннелю, лишь довольно долго двигаясь неосознанно. И там человек, скорее всего, быстро погибнет от неприспособленности.
– Все же что будет, если я осознанно продолжу движение?
– Если осознание вернется быстро, «тот же поезд» вывезет тебя в твой туннель на ближайшей станции.
Практика: максимально отрешиться от суеты, успокоиться, сосредоточиться и смотреть на снег. Больше ничего не делать. Через несколько минут человек будет знать, где проходит занесенная снегом тропинка. Не торопясь идти по тропинке, доверяя своему знанию и телу. К сожалению, человек через некоторое время внушает себе, что так почувствовать тропинку невозможно, сходит с нее и проваливается в глубокий снег. Тогда нужно выйти по своему следу на тропинку и начать практику с того места, где потерял ее. Через два-три дня можно ходить по занесенным снегом тропинкам почти безошибочно.
Шаман утверждает, что при тренировке так можно идти или бежать не только по тропинке, но и по следу человека или другого существа.
– Почему так?
– Все мы оставляем туннели в пространстве-времени, как след в глубоком снегу.
– Насовсем?
– Почти. Туннели «заносит» метелью времени, как наши следы.
– А есть «безветренные» места?
– В таких местах человек чувствует след древних так, будто они прошли сегодня.
– Такое у меня было возле Чертова Пальца (название скалы на одной из вершин).
– Там как раз «безветренное» место. Многие древние лазили на Палец, как и ты.
– Летом пойду туда практиковать «чувствование древних».
– Учти, что некоторые из них были весьма продвинуты и практиковали «чувствование будущих».