Едва Элиас вернул телефон на базу, как Ален бросил с притворной непринужденностью: «Тебе есть чем гордиться, паренек».

Молодой человек шагнул к нему. Ален распахнул руки, и они обнялись. Впервые за все время их общения. Порыв, который случается, когда в жизни двоих наступает переломный момент. Это объятие вместило в себя все то, что не было сказано ими друг другу за несколько лет знакомства.

Взволнованный, Элиас предпочел сбежать, столкнувшись с такой открытостью. Выдумал, что забыл выключить кран на втором этаже, и выскочил вон. Переоценил собственную способность выдержать наплыв сильных чувств.

Ален нагнулся и поднял последнюю из рассыпавшихся кастрюль.

– Такая насадка подходит?

Клодина вернулась на кухню с отверткой в руке.

– Как раз та, что надо. Теперь я смогу починить эту чертову кастрюльную вешалку.

Он взял у жены инструмент и поцеловал ее в лоб. Расчувствовался что-то к концу дня.

Ален вскарабкался на неустойчивую табуретку и прикручивал к стене металлический кронштейн, когда мысль в голове окончательно оформилась. Исключительные способности ассистента заставили мозг заработать на полную катушку. То, что продемонстрировал Элиас, было достойно большего, чем хилые аплодисменты равнодушного прохожего и кинутая им в шляпу монетка. Нет, на этот раз наставник был глубоко потрясен. Даже покорен. Тщеславие, пустившее корни в душе, расцветало все более пышным цветом, даря удовлетворение и даже опьяняя. А боль от предстоящей потери филиала мало-помалу стихала, уступая место очевидному выводу: его преемником станет Элиас.

– Ну и пускай себе закрывают мой офис!

– Что ты сказал?

– Ничего, дорогая. Разговариваю сам с собой.

Смутившись, он слез со своего пьедестала и отдал отвертку жене. Крючок выдержит, если не навешивать на него слишком много.

Он подождал, пока Клодина выйдет, чтобы отнести отвертку на место, и вернулся к своим размышлениям. Конечно же, Элиас заменит его и наследует ему. Это только вопрос времени, когда «Фрагранция» тоже все осознает. Да-да, так оно наверняка и будет… Ален придержал полет воображения. Чтобы его пророчество сбылось, именно он должен заложить первый камень. Первый, и последний. Единственный. Самый важный. Завтра он назначит встречу с Корнелией и договорится о досрочной отставке, предложив обменять свое место ольфактора на постоянное место ассистента для Элиаса. Предложение, от которого невозможно будет отказаться, поскольку «Фрагранция» упорно искала способы избавиться от переизбытка практиков. Ну а как только его ученика примут, Ален уж постарается, чтобы талант Элиаса раскрылся полностью. Мальчик однажды сделается ольфактором. Ален ни секунды в этом не сомневался.

Солнце стояло уже низко. Ветер разыгрался сильнее обычного, заставляя мерцать листву деревьев. Черное пятно, обозначившее ту точку, где Ален спалил половину своей жизни, сейчас притягивало его куда меньше. Он отвернулся и принялся обдумывать, чем бы теперь занять освободившееся пространство. Если он ничего не предпримет, супруга воспользуется этим, чтобы увеличить число своих зеленых питомцев. Надо же, о чем он размышляет. Забавно. Может, это и есть смысл жизни на пенсии: забота о мелочах. Он ощутил в глубине души нечто вроде успокоенности. Через несколько минут появилась Клодина.

– Ты что, не слышал, как звонил стационарный? – поинтересовалась она, держа трубку в руке.

– Нет. И кто это был?

Жена передала ему сообщение от секретаря Корнелии. Та хотела встретиться с Элиасом, причем не позднее завтрашнего утра. Ален улыбнулся. Не говоря ни слова, он начал извлекать из шкафов разные ингредиенты и кухонную утварь. Потом снял с крючка кастрюлю.

– Что ты такое делаешь? Иди немедленно скажи ему.

– Думаю, подобная новость достойна моего знаменитого пирога. Согласна?

Клодина засмеялась.

В доме Фиссонов витал дурманящий аромат лимонного пирога. Тот самый, который четыре года назад встретил молодого человека – немного растерянного и во власти своих тревог. Сегодня, улыбаясь и принюхиваясь, этот же молодой человек зашел на кухню и прикрыл веки, чтобы полнее проникнуться запахами мгновения.

Когда он снова открыл глаза, Ален положил руку ему на плечо:

– С возвращением в наши ряды.