Парень оглянулся на дверь, как бы спрашивая, точно ли сейчас подходящее время для этого.

— Это срочно! — настаивал Бритон. — Прошу тебя.

Ещё один грохот эхом разнёсся по замку. Что за монстр пытается пробиться внутрь? Кориверн? Ренджерак?

Или нечто хуже?

Епископ развернулся к маме Бритона.

— Вы благословляете их союз?

Я затаила дыхание в ожидании столь желанного благословения. Она повернулась ко мне, испуганная, нерешительная. Затем посмотрела на Бритона.

— Ты действительно её любишь?

Бритон взял меня за руку, посмотрел в глаза.

— Безумно.

Его мама переводила взгляд с него на меня и обратно. В какой-то момент её лицо смягчилось, и она прошептала:

— Хорошо.

— Прекрасно! — воскликнул епископ Густан и повернулся ко мне. — Как тебя зовут?

— Кассия, — ответила я и затем нервно добавила: — Я принцесса Дрейгана.

— Дрейгана? — растерянно повторил парень.

— Скорее! — рявкнул Риз, будучи весь на нервах.

Епископ Густан покачал головой, словно пытаясь собраться с мыслями, и затем жестом попросил нас встать перед ним. Пока королевство снаружи разрушалось, он протараторил традиционные слова. Обычно это самая прекрасная часть церемонии, но сегодня нам не до красивых слов.

Моё сердце бешено колотилось. И пусть наш мир на грани уничтожения, я уверена в своём решении. Бритон посмотрел на меня, мы не сводили глаз друг с друга.

— Согласен ли ты, принц Бритон, взять принцессу Кассию в свои законные жёны? — спросил епископ Густан.

Бритон крепко сжал мои ладони и поклялся:

— Согласен.

— Согласна ли ты, принцесса Кассия, взять принца Бритона в свои законные мужья?

Со слезами на глазах я кивнула.

— Согласна.

— Предлагаю скрепить брачные клятвы поцелуем, — сказал епископ. — Бумаги заполним позже.

— Кассия, — прошептал Бритон, положив ладонь на мою шею.

Я закрыла глаза. Наши губы соприкоснулись. Я затаила дыхания, ожидая возвращения магии… но ничего не произошло.

Мы теперь женаты, но Кир — всё ещё король Реновы.

Гейдж махнул Бритону, чтобы тот поскорее занял свой трон.

— Время поджимает.

Все собрались вокруг, застыв в напряжении. Вот он — момент, к которому мы так долго шли, за который столько сражались. Через несколько секунд мы либо спасём королевство… либо будем поглощены тьмой.

Испугавшись, я посмотрела в глаза Риза. Он ободряюще кивнул.

— Садись рядом со мной, Кассия, — позвал Бритон. В его добрых глазах тоже читалось волнение. — Сейчас или никогда.

Дрожа, я опустилась на трон поменьше рядом с ним. Он казался чужим. Возможно, мы всё перепутали, и мне здесь не место. Что ж, скоро узнаем наверняка.

Бритон взял меня за руку и крепко сжал, после чего повернулся к младшему брату.

— Кир.

Молодой король стоял с украденной короной на голове, бледный как покойник. Тяжело дыша, он медленно замотал головой, словно не мог себя заставить.

— Кир, — взмолилась Амалия, — ты должен.

Он закрыл глаза. На секунду я испугалась, что Бритону придётся бросить ему вызов. Вряд ли это будет полноценный бой, учитывая состояние Кира, но у нас нет времени на все эти представления.

— Просто забери её, — после долгой паузы выдавил Кир. Казалось, он готов отшвырнуть корону от себя через весь зал.

— Ты должен официально отречься, — сказал Гейдж, вставая прямо перед Киром, чтобы посмотреть ему в глаза. — Произнеси слова, Кир. Спаси свой народ.

Тяжело выдохнув, Кир вперил взгляд в пол. После чего заговорил монотонным голосом:

— Я, Кирент Реновийский, отрекаюсь от престола Реновы в пользу своего старшего брата, Бритона Реновийского.

— Неплохо, — подбодрил его Гейдж. — Теперь надень корону на голову Бритона.

Не без помощи Брейта Кир подошёл к трону и не очень-то осторожно опустил корону на голову своего старшего брата. Пальцы Бритона сжали мои.

Замок вновь содрогнулся от удара, пока он произносил слова клятвы. И вот… дело сделано.

Бритон стал королём Реновы.

— Теперь черёд Кассии, — скомандовал Риз, вкладывая корону королевы в руки моего мужа.

— Разве не должна моя мама передать корону Кассии, как твоя передала мне? — спросила Амалия.

— Нет, — ответил Риз. — Пока Кир был королём, в Ренове не было королевы. Её должен короновать Бритон.

Бритон встал с трона и опустился на колено передо мной, как уже много раз делал в своих покоях в Дрейгане. Он положил корону на мои колени и снова взял меня за руки. Тихо, как будто это было только между нами, он произнёс:

— Кассия, возлюбленная принцесса Дрейгана, клянёшься ли ты всегда быть рядом со мной и служить народу Реновы как своему собственному? Клянёшься править мирно и справедливо? Клянёшься почитать традиции и обычаи Реновы?

— Клянусь, — произнесла я дрожащим голосом.

Поднявшись, Бритон взял корону в руки. В зале стояла полная тишина, пока он опускал корону на мою голову, выполняя тем самым условие, заложенное Серафиной, и связывая наши королевства любовью.

Мы сделали это.

Почти подавленная тьмой, магия откликнулась не сразу. Но затем она набрала силу, закружила вокруг нас с Бритоном, взметнула мои волосы и юбку.

Присутствующие заахали, когда золотые звёзды пронеслись по залу. Стражники упали на пол, словно их атаковали. Бритон поднял меня на ноги и крепко обнял. Мы сжимали друг друга в объятьях, пока магия щекотала нашу кожу, одновременно холодная и горячая. Она пахла лесом и лугами, чистым воздухом и жизнью.

Я крепко держалась за Бритона, переполненная счастьем, облегчением и ещё множеством эмоций, которые даже не могла описать. Я наслаждалась каждой секундой, запечатлевая в памяти. Я бы не хотела забывать это чувство.

И тут внезапно наступила тишина. Собравшиеся в тронном зале тяжело дышали, оглядываясь по сторонам.

— Давайте выйдем! — воскликнула Амалия с широченной улыбкой, схватила Риза за руку и потянула к двери.

И пока реновийские стражники приходили в себя от шока, наш отряд пробежал через весь замок во двор. Со стороны города слышалось, как ликуют местные жители. Моя надежда возросла многократно. Мы поднялись по ступенькам на ближайшую стену, надеясь вновь увидеть те чудеса, свидетелями которых мы уже были в Дрейгане.

Но ничто не могло подготовить меня к этому. Небо сияло над нами, словно художник раскрасил его розовым, зелёным и ярко-голубым. Это свечение простиралось по всему звёздному небосводу, окрашивая пейзаж в удивительные цвета.

Монстры исчезли. Зловещая пелена пропала. Небо с восточной стороны уже порозовело, свидетельствуя о приближающемся рассвете. Это новый день, новый век, новая эпоха.

Мы разрушили проклятье.

46

БРИТОН

— Сработало, — глухо повторил Триндон и затем упал на колени, спрятав лицо в ладонях. Он открыло расплакался, и никто не мог осудить его за это.

Наше приключение, наконец, подошло к концу.

Я развернулся к Кассии, переполняемый эмоциями. Она и сама не знала плакать или смеяться.

— Мы сделали это, — выдохнула она, крепко держась за меня. — Всё самое страшное позади.

— Бритон, Амалия, — тихо позвала нас Серафина, прервав празднование. Фея слегка хмурилась. — Вам стоит навестить отца. Времени осталось мало.

И вот так за секунду на сердце потяжелело.

Амалия в ужасе обернулась ко мне. Слёзы счастья сменились слезами грусти.

Я взял её за руку и крепко сжал ладонь. Вместе мы проследовали за феей обратно в замок.

— Ваша мама сейчас с ним, — сказала Серафина. — А вот Кир ужасно переживает. Я исцелила его сотрясение, но от угрызений совести избавить не могу.

И действительно, когда мы вошли в покои родителей, Кир сидел на полу, пепельно-бледный, смотрел на свои ладони.

— Идём, — тихо позвал его, слегка пихнув носком сапога. — Ты должен попрощаться.

Кир замотал головой.

— Я не достоин.

— Ты его сын, — напомнил я. — Быстро встал и пошёл.

Кир медленно повернул голову к нам.

— Я совершил много плохих поступков, Бритон. Если бы ты знал хоть о половине из них, ты бы меня возненавидел.

— Думаю, о большинстве я уже знаю.

Он отвернулся и уставился в стену перед собой. А после безэмоциональным голосом добавил:

— Хоть я и не имел к этому отношения, но я знал о заговоре стражников против тебя. И ничего не предпринял.

Амалия ахнула, но я удержал её на месте.

— Ладно, — медленно протянул я, пытаясь сохранить самообладание. — Этого я не знал.

— И я заплатил Мейлору, чтобы его люди инсценировали нападение на Амалию. — Он повернулся к ней, взглядом умоляя о прощении. — Поэтому я догнал тебя, когда ты только выехала на Реквимар. Мне нужно было выяснить твой маршрут, чтобы они могли проследовать за тобой.

— Кир! — воскликнула Амалия. Видя, как она расстроилась, я только сильнее разозлился на Кира.

— Я не желал тебе вреда! — в свою защиту воскликнул Кир. — Хотел, чтобы просто немного припугнули. Но это…

— Тебя не оправдывает, — припечатал я.

— Не оправдывает, — согласился Кир, ещё сильнее сгорбившись. — И я подлил отцу то зелье. Это я виноват, что он сейчас в таком состоянии.

Я изо всех сил зажмурился, пытаясь найти в глубине души силы на прощение. Возможно, мне понадобится больше времени.

— Простите, — произнёс Кир, его голос надломился, переходя в плач. — Мне очень, очень жаль!

Сделав ещё один глубокий вдох, я повторил:

— Вставай, Кир. Пойдём к нему.

Медленно кивнув, он поднялся.

Морально приготовившись к худшему, я открыл дверь. Матушка сидела рядом с отцом, сжимая его ладонь. Землистый цвет кожи, впалые глаза — он как будто постарел на двадцать лет.

— Отец, — выдохнул я, бросившись к его постели.

Его лицо преобразилось от радости. Он сжал мою ладонь.

— Так это правда.

— Да, я вернулся, — подтвердил я.

Слёзы полились из его глаз, намочив подушку.

— И привёз домой сестру.

Амалия вышла вперёд.

— Здравствуй, пап.

Мы с мамой и сестрой склонились над ним, крепко обнимаясь. Кир же остался стоять в дальней части комнаты. Выпустив нас из объятий, отец посмотрел на него. Долго смотрел. Я затаил дыхание в ожидании его реакции.

— Иди сюда, Кирент, — после долгой паузы произнёс отец.

Мы с Амалией отошли в сторону, пропуская брата.

— Прости, — выдохнул Кир, едва подойдя к кровати. Он был похож на провинившегося ребёнка. — Прости меня, пожалуйста.

— Так это ты сделал? — спросил отец.

— Я не знал… — Но затем Кир набрался смелости и признал: — Это я виноват.

Отец жестом подозвал его к себе и, когда Кир наклонился, опустил ладонь на его плечо. Я отвёл взгляд.

— Я верю, что ты сожалеешь, — после бесконечно долгих секунд молчания сказал отец. — И прощаю тебя.

— Нет. — Кир отпрянул. — Ты не можешь… не можешь меня простить. Я не заслуживаю твоего прощения.

— Я люблю тебя, сын. Всегда любил, даже если ты сомневался в этом.

Амалия в слезах развернулась ко мне. Я погладил сестру по спине, сам стараясь держаться изо всех сил.

— Не позволяй зависти запятнать твою душу, Кир, — продолжал отец. — Пообещай мне, что отныне ты выберешь другой путь.

Слёзы бежали по щекам Кира.

— Обещаю.

Они обнялись, и отец снова подманил всех нас. Мы собрались всей семьёй — прямо как раньше, до того, как расцвели огненные лилии и начался весь этот кошмар, — только теперь уже в последний раз.

У нас было несколько бесценных минут, перед тем как отец закрыл глаза и испустил свой последний вздох.

***

В коридоре на выходе из родительских покоев я встретил Аэрона. Он молча прислонился к стене рядом. Если я правильно понял, он пришёл меня поддержать.

Но его молчание слишком быстро стало невыносимым.

— Я король без советника, — первым заговорил я. — Единственный, кому я мог искренне доверять, отошёл на тот свет.

— Соболезную твоей утрате. — После нескольких секунд молчания он спросил: — Что будешь делать с Киром?

Я покачал головой, всё ещё не решив. Каждый раз, когда я думаю о том, что натворил мой брат, во мне поднимается волна гнева.

— Позволишь кое-что предложить? — добавил Аэрон, видимо, уловив мои душевные метания. — Его лучше не оставлять здесь — слишком много стражников по-прежнему верны ему. Отправь его в Дрейган вместе с Ризом и Амалией. Она будет рада, что кто-то из родни останется рядом, а сам он сможет начать новую жизнь.

— Мне будет легче, если он уедет. Это плохо так говорить?

— Едва ли. Кир должен быть счастлив, что ты не казнил его за совершённые преступления.

— Отец простил его. И я вроде бы тоже должен… Но ты прав. Он не может оставаться здесь, как ни в чём не бывало.

Аэрон кивнул, очевидно довольный, что я прислушался к его совету.

— Когда вы планируете вернуться в Дрейган?

— Риз рассчитывает отправиться как можно скорее. Он хочет своими глазами увидеть, что Разлом закрылся. Да и чувствует себя обязанным вернуться к своим подданным. — Аэрон сделал паузу, поглядывая на меня краем глаза. — Но вот я мог бы задержаться.

— Правда? — резко выпрямился я. Голова едва не закружилась от внезапного облегчения.

Он прочистил горло.

— Ради Кассии.

Но мы оба знаем, что он готов остаться ради меня.

— Не подумай, что мы теперь друзья, — я постарался произнести это весело и беззаботно, — но я рад, что ты здесь.

— Твои стражники ошибались, — абсолютно серьёзно сказал он. — Ты хороший человек и будешь отличным правителем. Ренове очень повезло с тобой.

Не могу выразить, как много его слова значат для меня. Не найдясь с ответом, я просто кивнул. Он напряжённо улыбнулся и ушёл.

Мне потребовалось ещё несколько минут, чтобы взять себя в руки. Как бы ни было тяжело на сердце, сейчас время праздновать победу.

47

КАССИЯ

Я смотрела на закат с городской стены с некоторой опаской, хоть и понимала, что проклятья больше нет. Не знаю, смогу ли я когда-нибудь спокойно встретить очередную ночь.