И вот сейчас, надвигаясь на бабушкин дом, словно «Титаник» на айсберг, я решил воспользоваться старым советом заводчика и попытался засунуть руки (пальцев не хватило бы) дракону в ноздри. Вдруг это заставит его сбавить скорость? Попробовать явно стоило.

Не предупредив Агату, я приступил к исполнению плана. Дыхание дракона было горячим, но не обжигающим — будто ладошки к костру подносишь. Метель залепила мне глаза, так что целился я уже не в конкретный балкон, а просто в дом. И ещё хотелось не разбиться.

— Ага-а-ата! Идём на посадку-у-у! — закричал я и засунул ладони поглубже в драконий нос. И козявок, признаюсь, не нашёл! Только крошки пепла.

Тут шторы из косой метели распахнулись, мама от испуга (и нехватки воздуха?) дёрнула головой, рванула вверх и понеслась прямо вдоль стены дома. Мы с Агатой орали так, что могли бы разбудить уснувших в далёкой Сибири медведей, а мама тряслась, царапая брюхо о перила балконов.

— А-а-а! — хором голосили мы, уворачиваясь от летящих кусков краски и бетона.

Агата вцепилась в мои ноги, а я не вынимал руки из ноздрей дракона, хотя пора было уже ослабить хватку. От ветра и шока они как будто онемели. Поэтому, когда мамодракон вдруг затормозила, схватившись лапами за верёвки для сушки белья, я со всего размаха полетел вперёд. Кувыркнулся, растянулся и, конечно, освободил мамины ноздри. Влетел я, словно с велосипеда, прямо на бабушкин балкон. Точнёхонько в коробку с яблоками, укрытую одеялом.

— Сеня! Сеня! Ты жив? — кричала Агата, поправляя корону и держась за мамину шею.

Она уже снова уселась на драконе поудобнее. Дракон, кажется, тоже смотрел на меня встревоженно, но в большей степени возмущённо и отфыркивался. Почти чихнув и помотав головой, он бросил на меня очередной испепеляющий взгляд, а после метнул в мою сторону многострадальный клатч. Тот пролетел над моей головой. С меткостью у мамы бывали проблемы, и сейчас это скорее радовало. Тем более что я и так уже ушиб локоть и зад. В остальном же чувствовал себя целым и невредимым — целее многих рыцарей после поединков. Только в голове гудело. А вместе с головой гудели трёхлитровые банки с заготовками и стёкла в квартире — от крика Агаты и взмахов драконьих крыльев.

— Как мы круто, да? — визжала сестра от восторга.

Согласно с Агатой скрипнула балконная дверь, и из-за неё — в стёганом голубом халате, словно Снежная королева, навстречу метели и огненному дыханию мамы — высунулась бабушка.