Сначала Майя попробовала сама распутать пару прядок, но ничего не вышло. Лапы Дракона тоже не подходили для тонких мягких волос. Поискав на берегу что-нибудь похожее на гребень или расчёску, Майя стала водить ракушкой по волосам. Почесалась головой о ствол пихты. Опустила волосы в воду. Заткнула собой ущелье, где ужасно свистел ветер. Но ничего не помогало. Тяжело вздохнув, Майя послушно и обречённо кивнула Дракону:

— Ладно, вези меня к Волосатым Улиткам. Только если меня стошнит, убирать будешь ты! — сказала она и залезла на шею другу.

Они летели над Южной страной, отбрасывая крошечную, размером с маленькую рыбку, тень на густые тропические леса и пробивавшиеся сквозь них пики гор и верхушки храмов. Майя вспоминала, когда последний раз была в гроте Волосатых Улиток. Это было в прошлом месяце, когда её мама Шу пошла делать укладку для какого-то там важного события на работе, а Майю взяла с собой. Мама Шу сидела на большом высоком камне, и огромные Волосатые Улитки, размером с кусок бисквита бабушки По, ползали по плечам и голове мамы. Бе-е-е-е… Это так противно и ужасно!

И вот теперь то же самое предстояло терпеть Майе.

Дракон мягко приземлился у грота и опустил одно крыло, чтобы девочка могла забраться сразу в грот к Волосатым Улиткам. Оставив её на пороге, он собирался улететь, но увидел, как Майя сдаёт на попятную и собирается спрятаться в кустах. Поэтому Дракон недовольно фыркнул и подтолкнул девочку вперёд. Та споткнулась о мелкий камень и буквально влетела в грот. Волосатые Улитки тут же радостно заползали. Фу-у-у-у-у.

За каждой из них тянулся серебряный след, блестящие линии собирались по стенам грота в целые зеркала. Майю усадили напротив одного из таких «зеркал».

— Так-так, — запела большая, самая деловая Волосатая Улитка. Её панцирь покрывали гладкие волосы, они тяжело спадали вниз и блестели. Эти Улитки обожали ухаживать за собой. Говорят, что, пока в гроте нет посетителей, они всё время друг друга расчёсывают, делают всякие маски, стрижки и прочую ерунду.

— Так-так. Косички спутались, — пропела сладким, приторным голосом Улитка и поползла… Майе по спине. А-а-а-а, это так щекотно и противно!

Майя попыталась вскочить с камня, но Улитки уже принялись за дело: они забирались по её рукам, шее и щекам, заползали в волосы и впрыскивали в них какие-то серебряные и белые слюни, тут же собирая их назад в свой панцирь. Прядь за прядью от слюней Улиток освобождались и разглаживались волосы девочки… Морщась, бледнея и гудя изнутри от ужаса и омерзения, Майя закрыла глаза. А когда открыла, в зеркале перед ней сидела очень милая, аккуратно причёсанная незнакомка с идеальным пробором и даже цветочком у левого уха. И змеиным зубом, торчащим из правого.

— Ура-а-а-а-а-а! Теперь можно жечь зуб! — закричала Майя, вскочила с камня, стряхнув с себя парочку замешкавшихся Волосатых Улиток, и побежала к выходу из грота.

— Постой! С тебя три куска золотой слюды или щепотка золотой пыли! — кричала ей вслед самая большая Волосатая Улитка. Но Майе некогда было объяснять, что золота у неё нет, поэтому она крикнула уже с улицы:

— Мой папа Ре, как вернётся из плавания за Зубоскальным Растопыром, заплатит, — и залезла на шею к Дракону.