Любовь к немецкому выпала на голову Пашке, как первый снег в ноябре: тайное, но очень важное дело ещё больше сблизило мальчика и Фкафа. Теперь два, а то и три раза в неделю они говорили друг с другом по-немецки и уже могли обсудить погоду, футбол и вишнёвый пирог. Между делом Пашка рассказывал Фкафу про школу, ненастоящих детей, настоящие двойки и домашние задания. Фкаф мечтательно подкатывал глаза к потолку и говорил, что, наверное, ему очень нравилось бы учиться в школе.

— Они едят макароны с молоком и сахаром, — страдал Пашка. — Представляешь? Как? Это же бе-е-е-е-е! Как слизняков в желе выбирать.

— У них классные чистые кроссовки. Будто они по асфальту и лужам не ходят.

— Они всё время шушукаются на переменах: делают селфи вместе, рисуют что-то друг другу в дневниках и иногда одинаково одеваются!

— А фас уфят фыть? — вдруг перебил мальчика Фкаф.

— Шить… — почесал затылок Пашка. — Девочек — учат.

Уроки в школе, кроме физкультуры и пения, у него вела одна и та же учительница — молодая высокая Татьяна Семёновна, с круглыми очками и бантом на блузке под самым подбородком. Она любила детей, никому не ставила двойки, но задавала порой очень странные домашние задания. Иногда она просила принести в школу домашнее животное и вместе с ним рассказать стихотворение; иногда — сделать открытку для библиотекаря в волшебной стране; иногда — придумать музыку для несуществующего музыкального инструмента и сыграть её перед всем классом.

В общем, Татьяна Семёновна была очень странная, но дети её любили и выполняли все задания. В четверг на внеклассное чтение и урок ДПИ было задано смастерить дом для домового.

Когда Татьяна Семёновна написала это задание на доске, Пашка даже подпрыгнул, так ему хотелось закричать, что у него дома как раз живёт… пальто. Но он всего лишь дёрнул головой, ногой, уронил дневник и покраснел, подумав: кто же ему поверит? Опять засмеют…

Дома, только сняв ботинки, Пашка сразу наступил на пуговицу. — Фафка! Фафка, фево такфой фуфный? — спросил мальчика появившийся из темноты коридора Фкаф.

— В школе задали смастерить домик для домового. Я бы так хотел рассказать на уроке про тебя, но мне никто не поверит. А брать тебя с собой в школу… — сказал мальчик и вдруг изменился в лице. Лицо его разгладилось и посветлело, будто кислый суп снова стал свежим и даже горячим. — Фкаф! Ты пойдёшь со мной в школу!