Категория количества разнообразными грамматическими и лексическими средствами получает свое выражение во всех современных языках. Во всех языках существуют лексические обозначения определенных количеств, т.е. чисел. При этом, если в некоторых языках этот разряд слов ограничивается несколькими или даже одним названием чисел в пределах первого десятка, то в большинстве языков он получил значительное развитие, выделившись в самостоятельную часть речи – числительные. Точно так же во всех языках существуют лексические обозначения неопределенных количеств, в которых, однако, фиксируется степень мощности множеств или различие в величине, когда речь идет о непрерывном количестве. Так, например, в английском языке словами many ‘много’ и few ‘мало’ фиксируется различие в степени мощности множеств, а словами much ‘много’, little ‘мало’ – различие в величине, и они в отличие от первых сочетаются с названиями веществ, а не предметов. Количественные понятия передаются и такими обычно местоименными словами, как русские все, некоторые, всякий, каждый и т.п. Они выражаются также и в системе личных местоимений, где обычно противопоставляются формы единственного и множественного числа, а в некоторых языках – единственного, двойственного и множественного числа. Система притяжательных местоимений в одних языках или посессивные формы существительных в других также связаны с выражением категории количества. Во многих языках существуют специальные словообразовательные средства, с помощью которых выражаются идеи уменьшительности и увеличительности того объекта, название которого дается исходным существительным. Таковы, например, в русском языке суффиксы -ок / -ик / -чик с уменьшительным значением и суффиксы -ин(а), -ищ- с увеличительным значением (ср. домик, домок и домина, домище). В эвенкийском языке эти различия передаются более дифференцированно: посредством суффикса -кан выражается уменьшительность по размеру (олло-кон ‘маленькая рыба’), а посредством суффикса -ткан – уменьшительность по возрасту (оллоткон ‘рыбка’); кроме того, в этом языке суффиксами -мия, -кун выражается увеличительность (дю-мия ‘домище’), а суффиксом -какун выражается значение усиления качеств, присущих данному предмету (аси-какун ‘настоящая женщина’)[367]. Такого рода словообразовательными средствами выражается, следовательно, различие в величине, а не числе.

В большинстве языков существует грамматическая категория числа, которая обычно включает единственное и множественное число, а в некоторых языках наряду с ними также двойственное и даже тройственное число. Основными категориальными ее значениями у существительных является единичность (один предмет) и множественность (больше, чем один предмет), а в тех языках, где есть двойственное и тройственное число – двоичность (два предмета) и троичность (три предмета). Кроме того, или особыми словообразовательными суффиксами, или самим лексическим значением существительного может выражаться собирательное множество (ср. рус. тряпка – тряпье и стадо, толпа и т.п.). В языках, где не выделяется особая грамматическая категория числа, тем не менее, существуют не только лексические, но и особые грамматические средства выражения множественности (см. ниже, гл. V § 13).

В системе глагола количественные представления также получают самое разнообразное выражение. Значения однократности – многократности, мгновенности – длительности и им подобные во многих языках выражаются или видовыми формами глагола, или словообразовательными средствами, указывающими на способ действия (Aktionsart). Личными окончаниями глаголов в одних языках, специальными грамматическими показателями числа в других языках, субъектно-объектными показателями – в-третьих, классными показателями – в-четвертых и некоторыми другими средствами количественные представления также получают свое выражение в глаголе.

Различие в степени интенсивности признака предмета или действия во многих языках выражается особыми формами соответствующих разрядов слов (формами степеней сравнения прилагательных и наречий, как например в русском, формами выражения количественной модификации качественных глаголов, как например в нивхском языке[368] и т.п.). Этими формами, таким образом, фиксируются различия в области не дискретного количества, т.е. в величине.

Данный выше далеко не полный обзор многообразных способов выражения категории количества в языке показывает, что она пронизывает всю систему языка: и его лексику, и его грамматику. Анализ всех этих способов в их историческом развитии и в связи с развитием категории количества как категории мышления может составить предмет ряда специальных исследований. В настоящей работе мы ограничиваем свою задачу анализом генезиса и эволюции числовых лексических обозначений и категории грамматического числа, имея в виду, что данные языковые явления представляют собой основную сферу проявления исторического развития этой категории мышления.