– Не волнуйся. – Я протянула руку, сидя на заднем сиденье, и похлопала по плечу Доминика. – Джулия в безопасности. Они не трогают женщин. Никогда.

Он заглушил автомобиль, и тишина, которая последовала за этим, оказалась оглушающей. Я встретила его взгляд в зеркале заднего вида, и моё сердце сжалось от тревоги. В карих глазах читалась неуверенность, смешанная с чем-то более глубоким – страхом, который я не могла игнорировать.

– Она не единственная, кто нас беспокоит, – ответил Себастьян, расположившийся справа от него. Его голос звучал хрипло, как будто он сдерживал ураган эмоций.

Салон автомобиля наэлектризовался от напряжения, испытываемого каждым из нас. Я чувствовала, как воздух стал густым, словно в нём скопились наши сомнения насчёт встречи, которая должна начаться с минуты на минуту. Мои ладони вспотели, и я сжала одну из них в кулак, стараясь не выдать волнения.

Напротив нас, где-то в двадцати метрах, остановилась машина. Каморра здесь. Для того, чтобы встретится, мы выбрали пустырь на границе Калифорнии и Невады. Тихо. Безлюдно. Идеальное место для переговоров. И убийств.

– Вы вооружены? – Ничего глупее в своей жизни не спрашивала.

– Если он попытается забрать тебя силой, я прострелю ему лоб, – предупредил Себастьян, выбираясь из машины.

Джулия сжала мою ладонь в знак поддержки, и в её прикосновении я почувствовала тепло, которое на мгновение успокоило мою тревогу. Но это было лишь мгновение – затем она отпустила меня и выбралась на улицу через дверь, которую для неё открыл Доминик. Мой брат сделал то же самое с моей стороны.

Я посмотрела на него исподлобья.

– Тебе не придётся. Он не станет, – произнесла, стараясь вложить в слова всю свою уверенность, несмотря на то, что внутри меня всё ещё бушевали сомнения. Я хотела верить в это, однако страх не отпускал.

Мы стояли на краю неизвестности.

– Я надеюсь на это не меньше тебя, – удивив меня своим ответом, заявил Себастьян.

Поднявшись, я боялась посмотреть в сторону и встретиться с Дэниелом и остальными. Я не видела никого из них уже пять месяцев. А невесту Деметрио – и вовсе никогда. Я глубоко вдохнула, пытаясь успокоить дрожь в коленях, но сердце стучало так, будто хотело вырваться наружу и немедленно упасть в руки к…

Какова цель этой встречи?

– Талия? – позвал Доминик.

Я инстинктивно повернулась на звук, и в этот момент всё изменилось. Мои глаза встретились совсем не с Домиником. Взгляд даже не добрался до него, остановившись на полпути. Конец.

Дэниел украл моё внимание.

Захватил его. Целиком и полностью.

Я забыла, как дышать. Его присутствие было настолько мощным, что казалось, заполнило собой всё вокруг. Время остановилось по щелчку, и всё, что имело значение, исчезло. Были только я и он.

– Талия? – на этот раз Себастьян звал меня. – Ты не хочешь?..

– Нет, идём, – быстро ответила я.

Ндрангета и Каморра одновременно направились навстречу друг к другу. Шаг в шаг. Стук наших подошв о землю отдавался у меня в ушах. Я чувствовала, как напряжение в воздухе нарастает. Мы приближались, из-за чего тревожные мысли в моей голове набирали обороты.

В глубине души я понимала, что это начало того, что всё изменит.

Я всё ещё смотрела только на Дэниела, а он – только на меня. Каждая деталь его лица, каждая черта казались знакомыми и в то же время совершенно новыми. Я не могла отвести от него взгляд, словно не ощущала на себе прожигающий взгляд Арабеллы, у которой всё-таки вышло ненадолго перевести внимание на себя.

– Давно не виделись, Себастьян. – Это прозвучало больше как угроза, нежели приветствие.

Хм?

Я нахмурилась, но не взглянула на брата, а сразу повернула голову, чтобы посмотреть на его жену. Джулия шла рядом с Домиником. Может, она и выглядела как самое невинное создание на планете, тем не менее нашему миру было известно, что она дважды сделала с Шэнли Ли, когда тот угрожал жизни её мужа.

Поэтому Арабелле лучше заткнуться.

Мы остановились на расстоянии друг от друга, чтобы не быть опасно близко. После чего я лишь мельком взглянула на Деметрио и девушку, стоявшую рядом с ним, хотя в другой ситуации точно бы задержала на ней взгляд из-за её… особенности. Даже особенностей.

Небольшие шрамы осыпали её лицо. Как мои руки после второй аварии. И вдобавок к этому, один глаз закрывала повязка, а другой разрезал длинный неровный шрам от лба до середины щеки.

Это показалось мне знакомым.

Только я не успела начать перебирать воспоминания, когда Дэниел неожиданно двинулся ко мне. Ноги сами повели меня навстречу к нему. Мы добрались до середины, с которой никто не будет слышать наш разговор, и остановились, практически прижавшись друг к другу.

Я слышала его дыхание.

Тепло его тела касалось моего, хотя он не притронулся ко мне.

– Привет, – произнёс Дэниел. Его голос звучал так близко, словно он шептал мне на ухо.

Это заставило меня вздрогнуть.

– Привет. – В горле внезапно пересохло, и я почувствовала, как слова застревают в нём.

Какое-то время мы стояли в тишине. В этот момент казалось, что мир вокруг нас исчез. Я пыталась собрать мысли в кучу, но они разбегались в разные стороны. Взгляд Дэниела был сосредоточен на мне, и это вызывало одновременно радость и страх.

– Не знаю, как они на это согласились.

– Всё не так страшно, как ты себе представляешь, Талия. Времена изменились. Конечно, твоё возвращение изменило отношения между синдикатами, но не вернуло всё к тому, с чего мы когда-то начинали.

Только потому что я переступила через себя и сразу рассказала правду. О том, что было. О том, что он сделал для меня. Если бы я умолчала об этом и выставила его монстром, ни Ндрангеты, ни Каморры уже бы не существовало.

Такое не прощается.

Синдикаты уничтожили бы друг друга.

– Может быть, – согласилась я, уже лично познакомившись с переменами внутри Ндрангета. – Но одно всегда будет оставаться неизменным – как вы держитесь за то, что принадлежит вам.

– Да, – ответил Дэниел.

Мы стояли так, почти прижавшись друг к другу, и я чувствовала, как между нами нарастает напряжение. Это было не только физическим притяжением, но и чем-то глубже.

Тем, что связывало нас.

Мне хотелось прикоснуться к нему, однако я боялась, к каким последствиям это может привести, поэтому делала это своими глазами. Рассматривала его, будто видела впервые, хотя его лицо появлялось, едва я закрывала веки перед сном.

Я никогда не бросала его.

Или, скорее, он никогда не покидал меня.

Дэниел немного похудел, под его глазами образовались синие впадины, а татуировка на шее, которую я хорошо помнила, оказалась испорчена, потому что… свежий шрам разрезал её.

Как он его получил?

– Что с твоим горлом? – вырвалось из меня.

Первые несколько секунд он находился в замешательстве, поскольку этот вопрос был прямым доказательством моего беспокойства. А в последний раз, когда меня открыто волновало что-либо связанное с ним, было до нашего расставания. И когда он осознал это, его губы растянулись в улыбке. Довольной улыбке.

Поэтому, прежде чем Дэниел успел дать мне ответ, я прервала его.

– Не улыбайся, – строго произнесла я.

Он послушался, однако уголки губ продолжили оставаться едва заметно приподнятыми. Наглец.

– Ничего такого. Последствие реабилитации.

Я до сих пор не знала, через что Дэниел прошёл, чтобы я увидела те результаты, которые он отправил мне. Чего это ему стоило? С тех пор, как мы начали тайно общаться, он ещё дважды успел показать мне доказательства своей «чистоты». Как и обещал.

Мне хотелось расспросить его, но время и без того ограничено. Ближе к делу.

– Зачем мы здесь? Я не уеду отсюда с тобой.

– Я знаю, – произнёс Дэниел, и в его голосе не было ни капли сомнения. Это напоминание ударило по сердцу: он понимал меня лучше, чем кто-либо другой.

– И?

В моей груди нарастал комок тревоги.

Не став больше медлить, Дэниел завёл руку за спину, что на мгновение насторожило не только меня, но и тех, кто стоял позади – я расслышала их резкие движения, – однако в итоге все всё равно остались на своих местах, поскольку вместо оружия перед моим лицом показался кулон.

Мой полумесяц.

– Я не потеряла его, – поняла я. – Ты снял его с меня.

– Далеко не только его, Сирена. Знаешь, было некому делать всю грязную работу, пока я не нашёл Мэй. Пришлось самостоятельно переодеть тебя и…

Мэй? Та женщина, которая помогала мне первое время после пробуждения?

– Не напоминай, – перебила его.

Это стыдно. Я находилась в слишком уязвлённом положении перед ним. Видимо, Дэниел был не из тех, кто брезговал, иначе никогда бы не согласился на это. Не знаю, пошла бы я на такое… Разве что для Джулии? Потому что любила её.

Любовь готова к любому дерьму.

Даже в буквальном смысле.

Ну, фу!

– Возьми его. – Дэниел держал руку в одном положении, терпеливо дожидаясь, когда я заберу свой полумесяц.

Я не могла поверить глазам, видя, как он свисает с серебряной цепочки и колышется из стороны в сторону. По спине пробежала дрожь. Этот кулон был не просто украшением: он – часть меня. Часть моей истории с одним из братьев.

Я подняла руку и забрала его. Ладонь закололо от соприкосновения с ним. Приятное чувство воссоединения с тем, чем я дорожила, обволокло меня, пока я не ощутила что-то лишние, упирающееся в кожу.

Нахмурившись, перевернула полумесяц и увидела…

Нет.

Нет!

Амулет Дэниела, который он однажды принёс мне в палату, был слит вместе с моим кулоном. Он спаял их воедино.

– Что ты наделал… – прошептала я.

– Ты носила полумесяц до случившегося и полную луну после, но теперь ты – не наследница, знающая только клетку, и не девушка, которая не помнит себя прежней. Пережитое ими принадлежит новой тебе. Как и они.

Может, он и прав: больше нет Талии, которую знали в Ндрангете, и Талии, которая считала себя частью Каморры.

И всё же…

– Я не могу, Дэниел.

Амулет – единственное, что связывало его с Луной, не считая памяти, которой он частично лишился, чтобы защитить себя от воспоминаний той самой ночи.

Поэтому я не забрала его, когда уходила от Дэниела. И не смогу забрать сейчас, несмотря на то, что кулон не менее дорог мне. Особенно после того, как узнала, кто именно преподнес его мне.

Но мои плоть и кровь были живы, а его – нет.

В этом вся разница.

Приняв решение, ударила ладонью по груди мужчины и отпустила… Я даже не знала, как теперь назвать это. Я словно оторвала кусок себя.

– Забери, Талия, – потребовал Дэниел, звуча настойчиво, но в то же время нежно. Он подставил руку и поймал обе части меня, когда они уже падали на землю. – Или я принесу их к порогу твоего дома.

– Нет. – На удивление мой ответ прозвучал твёрдо.

Я сделала шаг назад, он сделал шаг на меня. Я сглотнула, быстро переведя взгляд за его спину на Деметрио и Арабеллу, готовых пойти за ним. В прямом и переносном смыслах. Сердце забилось чаще. Вся тревога, которую я испытывала до встречи, вернулась в ещё большем размере. Ситуация начинала выходить из-под контроля.

Это плохо закончится.

Поэтому, пока не стало поздно:

– Мы закончили, – громко сообщила я обеим сторонам, смотря в тёмно-карие глаза человека, с которым на самом деле ничего и никогда не хотела заканчивать.

Внутри меня что-то разрывалось, однако я никак не могла позволить себе показать это.

– Талия… – Мольба в тоне Дэниела проникла в меня.

Я успела сделать несколько шагов назад, начав отходить обратно, прежде чем он совершил бы ошибку, схватив и остановив меня, что определенно привело бы к пролитой крови обеих сторон.

Это не то, чем я бы хотела, чтобы закончился сегодняшний день.

Канун моего девятнадцатого дня рождения.