Бэллард задержалась по пути к Босху, потому что заехала в участок, чтобы взять одну из машин отдела по борьбе с наркотиками, захватить ровер и скопировать пару файлов. Забрав ключи от "Мустанга", помеченного как "покупной автомобиль с аудио/видеозаписью", она направилась на заднюю стоянку, чтобы отыскать транспортное средство. Она столкнулась с лейтенантом Риверой, стоящим у открытого багажника своей личной машины. Похоже, он просто возвращался на работу. Предполагая, что Сандерсон и команда ОРПС не станут широко раскрывать свои карты в расследовании дела Боннера, Бэллард решила обратиться напрямую к Ривере.

Она подошла прямо к нему, когда он доставал свой пистолет из сейфа.

— Бэллард, я думал, у тебя сегодня выходной, — сказал он.

— Да, но я работаю над делом в дневное время, — ответила она. — Мне нужно кое-что у тебя спросить, Л-Т.

— Валяй.

— Прошлой ночью я спрашивала тебя о Кристофере Боннере. Ты позвонил ему после этого, не так ли?

Ривера выиграл время, показательно убрав оружие в кобуру, а затем закрыв багажник.

— Э-э, возможно, и так, — ответил он. — А что?

Бэллард предположила, что Ривера, вероятно, проспал весь день и не знал, что произошло.

— Потому что он вломился в мою квартиру и пытался убить меня сегодня, — сказала она.

— Что? — воскликнул Ривера.

— Каким-то образом он узнал, что я за ним слежу. Итак, спасибо, Л-Т. Я надеюсь, что это не ты дал ему мой адрес.

— Подожди минутку, Бэллард. Я ничего подобного не делал. Все, что я сделал, это передал, что кто-то спрашивал о нем, как любой сделал бы с другом. Ты не сказала мне, что расследуешь его. Ты сказала, что его имя всплывало в твоем деле. И это все, что я ему сказал. Он вломился? Господи, я и понятия не…

— Он мертв.

— Мертв?

— Да, и тебе следует ожидать визита ОРПС.

Бэллард ушла и оставила его там. Было приятно установить связь, но она знала, что это не заполнит все пробелы.

Она также считала, что ее выпад в адрес Риверы был пустой угрозой. Она не ожидала, что Сандерсон продвинется в своем расследовании дальше, чем он уже продвинулся.

Ей потребовалось пять минут, чтобы найти временную машину на обширной парковке. Затем ей пришлось заправить ее на заправочной станции департамента через дорогу от участка на Уилкокс. Наконец она тронулась с места и направилась к холмам и дому Гарри Босха.

Прошел еще час, прежде чем она остановилась перед домом Денниса Хойла. Рядом с ней сидел Босх, который полностью посвятил ее в свой план.

— Пошли, — сказала Бэллард.

Они вышли и подошли к дому. Над входной дверью горел свет, но большинство окон были темными.

Бэллард нажала на кнопку дверного звонка и постучала. Она огляделась в поисках домашней камеры видеонаблюдения, но не увидела ни одной.

После еще одного стука и звонка в дверь, Хойл, наконец, открыл. На нем были спортивные штаны и футболка с длинными рукавами, на которой был изображен силуэт серфера. В руке он держал сотовый телефон.

— Опять вы двое, — сказал он. — Что, черт возьми, это такое? Уже почти полночь.

На его лице было удивленное выражение, но Бэллард никак не могла понять, было ли оно вызвано поздним ночным визитом или тем фактом, что она была жива.

— Мы знаем, что уже поздно, доктор Хойл, — сказала Бэллард. — Но мы подумали, что вы не хотели бы, чтобы это произошло посреди дня на глазах у соседей.

— Что? Вы арестовываете меня? За что? Я спал!

Работая на последнем шоу, Рене не раз слышала неуместные протесты по поводу того, что сон является своего рода защитой от ареста или допроса в полиции. Она сунула руку за спину, под куртку, чтобы снять наручники с пояса. Затем она опустила руку, чтобы Хойл мог увидеть их в ее ладони. Это был старый трюк, который укрепил бы его предположение о том, что его собираются арестовать.

— Нам нужно поговорить с вами, — сказала Бэллард. — Мы можем сделать это здесь или в Голливудском участке. Ваш выбор.

— Хорошо, — решил Хойл. — Я хочу поговорить здесь. Он повернулся и посмотрел назад, на свой дом.

— Но моя семья…

— Давай поговорим в машине. Он снова заколебался.

— На переднем сиденье, — сказала Бэллард. — Пока мы разговариваем, мы никуда не поедем.

Словно для того, чтобы успокоить его, она пристегнула наручники обратно к поясу.

— Мой напарник останется снаружи машины, хорошо? — добавила она.

— Сзади не так много места. Так что поговорим только мы с тобой. Очень уединенно.

— Наверное, — сказал Хойл. — Это все еще кажется странным.

— Тогда давай зайдем внутрь и постараемся никого не разбудить.

— Нет, нет, с вашей машиной все в порядке. Только пока мы никуда не едем.

— Ты можешь выйти в любое время, когда захочешь.

— Тогда ладно.

Босх возглавил процессию по каменной дорожке через ухоженный газон к машине.

— Это ваша собственная машина?

— Да, так что заранее приношу извинения. Внутри немного грязновато. Босх открыл дверь со стороны пассажира для Хойла, который сел внутрь. Босх закрыл дверь и посмотрел на Бэллард, когда она обошла

машину сзади, чтобы сесть со стороны водителя. Он кивнул. План

сработал.

— Держись впереди, — прошептала она.

Рене открыла водительскую дверь и села внутрь. Через лобовое стекло она увидела, как Босх занял позицию, прислонившись к переднему крылу со стороны пассажира.

— Он действительно выглядит старым для детектива, — сказал Хойл.

— Он старейший из ныне живущих детективов в Лос-Анджелесе, — ответила Бэллард. — Но не говори ему, что я это сказала. Он разозлится.

— Не беспокойтесь. Я ничего не скажу. Почему у вас двоих нет полицейской машины?

— В той, что нам выделили, не работает обогрев. Поэтому мы взяли мою. Тебе холодно? Тебе, должно быть, холодно.

Она вставила ключ в замок зажигания и переключила его в режим дополнительных принадлежностей. На приборной панели загорелись лампочки, и она потянулась к регулятору обогрева.

— Дай мне знать, если захочешь еще подогреть.

— Я в порядке. Давай покончим с этим. Завтра мне рано вставать.

Бэллард снова посмотрела на Босха через лобовое стекло. Он скрестил руки на груди и опустил голову, приняв позу человека, уставшего от этих рутинных допросов.

Хойл повернулся и посмотрел в окно на свою входную дверь, как бы напоминая себе, что он должен выйти через нее, прежде чем все закончится. Бэллард воспользовалась моментом, чтобы наклониться вперед и сунуть руку под приборную панель и включить аудио/видеосистему автомобиля. Автомобиль был оснащен тремя скрытыми камерами и микрофонами для записи тайных покупок наркотиков. Теперь, с этого момента он будет фиксировать все, что говорилось или делалось в машине, записывая все это на чип диктофона, расположенного в багажнике.

— Хорошо, я должна начать со стандартного предупреждения о правах, — сказала она. — Департамент требует этого при каждом допросе, даже если кто-то не является подозреваемым, из-за неблагоприятных судебных решений, которые...

— Послушайте, я не знаю, — сказал Хойл. — Вы сказали, что просто хотели поговорить, а теперь вы зачитываете мне мои права? Это не…

— Ладно, послушайте, я просто собираюсь предупредить вас о правах и спросить, понимаете ли вы их. В этот момент у вас есть выбор: говорить со мной, не говорить со мной, и мы начнем с этого.

Хойл покачал головой и положил руку на ручку двери. Бэллард поняла, что вот-вот потеряет его.

Она нажала на кнопку, опускающую стекло. Она окликнула Босха, который обошел машину. Она взяла ровер с центральной консоли и протянула ему.

— Нам может понадобиться машина для перевозки задержанных, — сказала она. — Ты можешь с этим разобраться?

— Понял, - сказал Босх. Он потянулся к рации.

— Подождите, подождите, — воскликнул Хойл. — Господи Иисусе, хорошо, зачитайте мне мои права. Я буду говорить, давайте просто покончим с этим.

Бэллард убрала рацию, и Босх кивнул. Все шло примерно так, как они и предполагали.

Она подняла стекло и повернулась к Хойлу. По памяти она пересказала ему правило Миранды, и он признал, что понимает свои права и соглашается поговорить с ней.

— Хорошо, — сказала она. — Давайте поговорим.

— Задавайте свои вопросы, — ответил Хойл.

— После того, как вы увидели нас вчера на поминальной службе, кому вы позвонили?

— Позвонил? Я никому не звонил. Я поехал домой.

— Я дала вам свою визитку. Мне нужно знать, кому вы рассказали обо мне.

— Говорю вам, я никому не рассказывал.

Хойл повысил голос настолько, что Босх смог его услышать. Он оглянулся через плечо на Бэллард через лобовое стекло.

Она слегка кивнула. Босх достал свой телефон и начал набирать номер. Он оттолкнулся от переднего крыла и подошел к передней части машины, ожидая соединения.

— Кому он звонит? — спросил Хойл.

— Я не знаю, — ответила Бэллард. — Но вам нужно хорошенько подумать, доктор Хойл.

Бэллард сделала паузу и посмотрела на Босха. Он несколько мгновений прижимал телефон к уху, затем опустил его и завершил вызов. Бэллард взглянула на телефон, который все еще был в руке Хойла.

Экран был темным. Хойл не отправлял текст “Отчет” Боннеру — по крайней мере, не на телефон, который он держал в руках. Теперь Рене пришлось задаться вопросом, кто его отправил.

— Подумать хорошенько — о чем? — спросил Хойл.

— Это один из моментов, когда принятое вами решение повлияет на всю оставшуюся жизнь, — сказала Бэллард.

Хойл повернулся к двери и снова потянулся к ручке.

— Теперь вы меня пугаете. Я ухожу.

— Идите, и в следующий раз вы увидите меня, когда я вышибу вашу дверь с ордером и вытащу вас оттуда на глазах у ваших соседей.

Хойл повернулся к ней.

— Что вы хотите?

— Вы знаете, чего я хочу. Кому вы звонили после того, как мы встретились у мемориала?

— Никому!

Бэллард начала шарить на заднем сиденье машины.

— Я хочу, чтобы вы кое на что посмотрели,доктор.

Она подняла с пола заднего сиденья две толстые папки и положила себе на колени.

— Я хочу, чтобы вы знали, мы следили за вами со времен Альберта Ли и Джона Уильяма Джеймса.

— За чем?

— За всем. Факторинг, мошенничество со страховкой, компания, которую создали вы и ваши друзья, убийства...

— Боже мой, этого не может быть.

— Это так. И именно поэтому вы должны сделать выбор здесь. Помогайте или мешайте. Потому что, если вы не можете мне помочь, я иду к следующему партнеру. Если он не поможет, я пойду к следующему. Кто-нибудь проявит смекалку или поумнеет. И тогда для остальных будет слишком поздно. Мне нужно представить перед большим жюри только одного инсайдера. Я думала, что это будете вы, но это не имеет значения, кто.

Хойл наклонился вперед, и на мгновение Бэллард показалось, что его сейчас вырвет на пол перед его креслом. Но затем он поднялся — глаза закрыты, на лице страдание.

— Это все Джейсон виноват, — сказал он. — Я никогда не должен был...

— Джейсон Эббот? — перебила Бэллард.

— Нет, я не скажу больше ни слова, пока вы не пообещаете защитить меня. Он пошлет за мной своего парня!

— Мы можем защитить вас. Но прямо сейчас вы должны дать мне то, что мне нужно. Кому вы рассказали обо мне после поминок? Это вопрос первый.

— Хорошо, хорошо. Я сказал Джейсону. Я сказал, что копы загнали меня в угол, и он накричал на меня за то, что я вообще пошел на это мероприятие.

— Вы знаете кто такой Кристофер Боннер?

— Нет, не знаю.

— Кто находил людей, которым вы и другие одолжили бы деньги?

— У Джейсона кто-то был. Я никогда не вмешивался.

— Вы не знали, что они у него будут…

— Нет! Никогда. Я ничего этого не знал, пока он этого не сделал. А потом было слишком поздно. Я выглядел соучастником. Мы все соучастники.

— Значит, вы просто смирились с этим.

— У меня не было выбора. Разве вы не понимаете? Я не хотел, чтобы меня убили. Посмотри, что случилось с Дж.У.

— Джон Уильям Джеймс?

— Да. Он сказал Джейсону "хватит", и посмотрите, что с ним случилось.

— А что с его женой? Она была частью этого?

— Нет, нет, нет — она ничего не знает.

— Сколько их было?

— Сколько чего?

— Вы знаете, о чем я спрашиваю. Сколько раз факторинг приводил к к тому, что кто-то умирает?

Хойл склонил голову от стыда и закрыл глаза.

— Если вы мне соврете хоть один раз, то я уже не помогу вам, — сказала Бэллард.

— Их было шестеро, — ответил Хойл. — Нет, семеро. Хавьер Раффа был седьмым.

— Включая Джеймса?

— Да. Да.

Бэллард посмотрела на Босха через ветровое стекло. Он наблюдал за ними, видел, но не слышал, что говорил Хойл.

Они встретились взглядами, и Бэллард кивнула. Она получила то, что ей было нужно. Хойл был на видео.

— Сейчас же возвращайтесь внутрь, доктор, — сказала она. — Никому не рассказывайте об этом. Если вы это сделаете, я узнаю и похороню вас.

— Хорошо, — ответил Хойл. — Но что мне теперь делать?

— Вы просто подождите. С вами свяжется детектив по имени Беттани.

Росс Беттани. Он скажет вам, что делать.

— Хорошо.

— Теперь вы можете уходить.