Теперь, когда ты знаком со всеми видами агрессии, представь себе такую картину.

Волк нападает на оленя, норовит вцепиться клыками ему в горло. Олень успешно отмахивается рогами – да так успешно, что того и гляди волку брюхо пропорет.

Серый хищник отступает на несколько шагов и обиженно обращается к жертве: «Ты, это… чего рогами машешь? Так нечестно: я ведь к тебе с рогами не лезу. Давай уж на равных: я к тебе с клыками, и ты ко мне с клыками. А иначе я на тебя пожалуюсь!»

Абсурд? Да! Тот, на кого была направлена агрессия, применил оружие, которым его снабдила природа для защиты от нападения. Им олень и воспользовался. У каждого вида своя сила и свои уникальные возможности. Ведь никто не требует от рыбки умения лихо лазать по деревьям.

Так же, как и у людей. У одних суперсила одна, у других совсем другая. Даже в компьютерных играх игроки, перепробовав все виды вооружений, останавливаются на ограниченном наборе снаряжения. Причём чем-то одним из этого набора игрок владеет в совершенстве. И вряд ли в бою он будет требовать от врага, чтобы тот непременно вооружился тем же самым – противник наверняка выберет предмет, с которым он сам управляется лучше всего.

Поэтому проявить агрессию и ждать, что тебе ответят твоим же оружием – так себе идея. Хотя это неплохой способ выставить жертву виноватой. Например, в детском саду девочка виртуозно оскорбила мальчика (вербальная активная прямая агрессия). Да так, что не подкопаешься: слова вроде все по отдельности и не плохие, но в связке явно что-то не то. Ну, владеет она искусством речи. Может, в будущем станет великой писательницей. Однако мальчику от этого не легче. Он чувствует себя крайне уязвлённым, но также ловко ответить не может – ораторского мастерства не хватает (и не факт, что оно у него когда-то разовьётся хоть на четверть от таланта девочки). Что он сделает?

Правильно, схватит что под руку попадётся (машинку, например) и треснет девочку по голове (физическая активная прямая агрессия). Та разревётся и бегом к воспитательнице. Дальше всё очевидно. Ответ на вопрос «Кто виноват?» будет ясен, как бриллиант чистой воды, – естественно, мальчик. Воспитательница объяснит, что ему надо было сказать что-нибудь в ответ, но уж никак не распускать руки. Девочек бить нельзя и всё такое.

На самом деле, здесь то же самое, что и требование волка к оленю спрятать рога и выставить клыки – которых, если что, у оленя нет. Нет и у мальчика способностей к витиеватым оскорблениям: с одной стороны, обидных, а с другой – вроде и придраться не к чему. Ответил агрессией на агрессию, как смог. Физической на вербальную.

У взрослых такая ситуация встречается сплошь и рядом. Жил в XIX веке в России хорошо тебе известный Михаил Юрьевич Лермонтов. Поэтом он был великим (чего уж там), а вот характером отличался на редкость скверным.

Особенно любил Лермонтов изводить своего давнего знакомого Николая Соломоновича Мартынова, отставного майора. Литератором тот был не очень, да и человеком сложным. Всё бы ничего, но Лермонтов повадился его дразнить: не раз выставлял шутом, доводил до бешенства насмешками (вербальная активная прямая агрессия). На все просьбы Мартынова прекратить этот цирк (иначе дуэль!) Лермонтов предлагал отвечать тем же – обидными рифмами и злыми шутками. В этом Мартынов был не силён, зато неплохо владел пистолетом…

Однажды во время бала Лермонтов в очередной раз метал стрелы остроумия в бывшего приятеля. Слова заглушал оркестр. Вдруг музыка внезапно стихла, и в наступившей тишине весь зал услышал окончание оскорбительной фразы в адрес Мартынова. Чаша терпения Николая Соломоновича переполнилась. Он вызвал Лермонтова на дуэль, где и убил его с первого выстрела (физическая активная прямая агрессия). Так оборвался жизненный путь 26-летнего поэта.