Выходной день, дежурство. В роддоме 2 врача. Отделение патологии, родблок, послеродовое, выписка. Приемник еще. В общем, крутимся как белки.

Тогда мы были частью многопрофильной детской больницы. И, соответственно, консультировали детей. Обычно консультации подобного рода проходили на уровне приемного отделения: хирург первично посмотрел – засомневался/решил перестраховаться – вызвал гинеколога. Мы УЗИ органов малого таза запросили, ничего критичного не нашли (особенно у 10-летних девочек с явным гастритом), отправили обратно к хирургам. Так и веселимся.

В этот раз консультацию дежурного акушера-гинеколога запросили непосредственно из отделения хирургии. Сначала подумала: ну мало ли кого в операционную с подозрением на аппендицит потащили, а там нежданно-негаданно кисту какую нашли в районе яичника. Но нет.

«12 лет. Болит живот с утра. Требуется консультация гинеколога».

Кстати, «корочки» по детской гинекологии тогда ни у кого из дежурящих в роддоме врачей не было. И вообще, по моему мнению, акушерство и детская гинекология – это разные планеты. Но кто моим мнением интересуется? Боль в животе – ситуация экстренная? Экстренная. Иди и консультируй.

Наспех раздаю уже готовые выписки родильницам. Даю задание дежурной акушерке: сходить за свежими анализами тех, чья «выписная судьба» решается. Сама иду подвальными коридорами в другой корпус. В роддоме остается ответственный дежурный врач, он разгребается в родблоке. Пока операций не намечается, конечно, но акушерство – товарищ непредсказуемый. Поэтому я на телефоне.

Дошла до хирургии. В ординаторской выясняю подробности. Девочка 12 лет, лежит с мамой (вообще обычно в таком возрасте уже одни лежат, но может, там какая-то вип-палата или еще чего). С утра болит низ живота. С хирургической стороны все спокойно. Относительно, в смысле, девочка в отделении хронический панкреатит лечит.

Прошу проводить в помещение для осмотра. Дежурная медсестра сопровождает меня и через пару минут приводит пациентку. Подписываем с мамой согласие на осмотр врачом-гинекологом, начинаю опрос.

В процессе общения выясняется, что никаких болей внизу живота нет и не было. Лечат они тут свой гастрит-панкреатит регулярно, 2 раза в год. А у мамы есть вопросы к детскому гинекологу. Потому что попасть на прием в поликлинику она не может, запись аж на 2 недели вперед. А тут – какая удача – можно и панкреатит подлечить, и без проблем проконсультироваться у гинеколога. Комбо!

Собственно, было 2 вопроса, которые волновали маму. Первый – когда у ее дочери начнутся месячные? Девочку я осмотрела (от ректального осмотра они отказались, взяла отказ на всякий случай). Все возрастные изменения (выпуклости/оволосение) были в пределах нормы. Правда, девочка была весьма упитанной, я бы даже сказала, с ожирением. И вот тут у мамы возник второй вопрос:

– Еще, доктор, гляньте, пожалуйста. Что бы это могло быть?

И обращаясь уже к дочери:

– Алиса, сними еще раз трусики, покажи врачу попу.

Я сначала даже не поняла, что именно мне хотят показать. Потом, правда, мама ткнула пальцем в белесую, еле заметную полоску на правой ягодице.

– Это не что иное, как стрии. Растяжки, по-простому. Девочка растет, оформляется. Желательно не набирать избыточный вес все же.

– Ну это понятно. А еще, вы не могли бы Алисе рассказать про месячные?

– Для начала девочке можно узнать это от матери в доверительном разговоре. А если у вас будут вопросы, то прошу все же записаться на плановый прием в поликлинику.

Где-то в 200-х метрах от меня сейчас могут привезти отслойку плаценты с кровотечением. Или потребуется наложение вакуум-экстрактора. Или еще что. Да банально 7 родильниц ждут от меня вердикта по выписке и, собственно, свои выписки. А я стою и растяжки на попе 12-летнего ребенка рассматриваю. Нет, конечно, при необходимости Иван Иваныч и с операционной сестрой накроется и начнет. Но все же.

Да, детский гинеколог в поликлинике один. Но при этом планово записаться к нему за две недели вполне реально. И ничего с растяжкой бы этой за 2 недели не случилось, и про месячные поговорили.

Когда же, наконец, люди научатся уважать не только свое время?