– Лиам. Лиам! Ты что, все еще спишь в такой час? – Радостный голос разнесся по всему дому, когда я пришла в себя.

Затем я осознала, что услышала, и подскочила, лежа в постели. Лиам все еще крепко спал рядом со мной, но я определенно слышала, как какая-то женщина что-то напевает и ходит по дому. Затем я заметила, что до нас доносится восхитительный запах жарящегося бекона.

Была ли в доме Лиама какая-то женщина и готовила ли она для него? Что, черт возьми, происходило? У него была домработница или странная любовница, которая время от времени врывалась в его дом и готовила ему завтрак?

На самом деле это было бы не так уж плохо… мне очень хотелось поесть блинчиков.

Я повернулась к Лиаму и потрясла его, чтобы разбудить.

– Эй, малыш, просыпайся.

Он застонал, затем приоткрыл один глаз.

– Только что кто-то звал тебя по имени. Это была женщина, и я думаю, она готовит завтрак. У тебя есть какие-нибудь сумасшедшие фанаты-преследователи, которые могли бы это сделать? – спросила я, шутя лишь наполовину.

Он прищурился, а затем внезапно вскочил.

– Вот дерьмо. Это моя мама, – сказал он, сбрасывая с себя одеяло.

– Что?! – спросила я, широко раскрыв глаза.

Он достал из шкафа футболку и натянул ее через голову. Ему обязательно было скрывать свой пресс? Подождите, нет. Я не могла думать об этом прямо сейчас.

Я вскочила с кровати и подошла к своей сумке, чтобы достать одежду, которую собрала накануне. Я взяла с собой джинсовые шорты и легкую блузку, поэтому быстро натянула их, пытаясь успокоить нервы.

Итак, давайте подытожим. Вчера вечером у нас был непристойный секс в его гостиной, а сейчас я собиралась познакомиться с его матерью. И, о да, я легла спать с еще влажными волосами. Я потянулась, чтобы поправить спутанные волосы, которые когда-то были идеальной прической. По шкале от одного до пяти баллов я, вероятно, выглядела как Кортни Лав в свой самый неудачный день.

Как это вообще будет происходить? Неужели он выйдет первым, а я последую за ним через пятнадцать минут и объясню, что спала в комнате для гостей?

«Ох, ха-ха, я всегда прихожу к Лиаму домой ни свет ни заря… Нет, конечно, я не занималась сексом с вашим сыном прошлой ночью».

– Я и забыл, что она собиралась приехать в город. – Он посмотрел на меня с удивлением в глазах. – Был немного отвлечен.

Я провела рукой по лицу, а затем побежала в ванную, чтобы пописать и причесаться. К счастью, когда я закончила, я выглядела более или менее презентабельно.

– Готова? – спросил Лиам, когда я вернулась в спальню.

Я сглотнула.

– Мы пойдем туда вместе? Что ты собираешься сказать своей маме? Она знает, что у тебя на ночь иногда остаются девочки?

– Мне двадцать пять, Кинсли, а не пятнадцать.

Я закатила глаза. Это не помогло. Он подошел ближе и заключил меня в крепкие объятия, приподнимая на носочки.

– Кроме того, она знает о тебе и хотела с тобой познакомиться.

Я сжала губы в тонкую линию. Он действительно говорил обо мне со своей мамой? Я вспомнила, как он упоминал о ее визите на прошлой неделе. Я не могла поверить, что мы совсем забыли. Я должна была где-нибудь вытатуировать эту информацию.

Он ослабил хватку, а затем взял меня за руку и повел на кухню.

– Мама! – крикнул Лиам, когда мы завернули за угол.

– Лиам! – воскликнула она, отворачиваясь от плиты и бросаясь обнимать сына.

Я выдернула свою руку из его, чтобы они могли побыть наедине, но ей потребовалась всего секунда, прежде чем она подняла глаза и увидела, что я стою, сцепив руки перед собой.

– Ты, должно быть, Кинсли! – просияла она, отталкивая Лиама в сторону, как будто он был вчерашней новостью, а затем шагнула вперед, чтобы заключить меня в объятия.

Цитрус. От его матери пахло свежими цитрусовыми нотками, и я глубоко вздохнула, когда она заключила меня в объятия.

– Здравствуйте, миссис Уайлдер, – улыбнулась я, когда она отпустила меня.

Она окинула меня взглядом, но не для того, чтобы оценить, а просто чтобы получше рассмотреть. Она была на дюйм ниже меня, с такими же русыми волосами, как у Лиама. Хотя в ее волосах было несколько седых прядей, ей было, наверное, за пятьдесят, но она излучала молодость, и, думаю, я сразу же влюбилась в нее и мне захотелось ей понравиться.

– У тебя отменный вкус, Лиам, – подмигнула она мне. – Это у него от меня, – сказала она, прежде чем вернуться к приготовлению завтрака. – Кинсли, ты любишь яичницу с беконом? А еще в духовке готовятся кексы.

Чем больше она говорила, тем больше я замечала ее легкий английский акцент. Это добавляло ей очарования.

– Я люблю все, что подают на завтрак, – сказала я, похлопав себя по животу.

Она снова улыбнулась мне, и тогда я наконец посмотрела на Лиама. Он стоял, прислонившись к холодильнику, и игриво улыбался. Я подмигнула ему и показала язык, прежде чем снова повернуться к его матери.

– Вам нужна помощь? Я неплохо обращаюсь с яйцами. Ой, подождите, позвольте мне перефразировать, иногда я могу приготовить яичницу, не поджарив ее, – предложила я.

– Ты можешь помочь с приготовлением кофе? Я как раз наполняла кофейник, когда вы, ребята, вошли, – ответила она.

Я сразу же занялась кофе, пока Лиам доставал сливки и сахар.

– Надолго ты в городе, мам? – спросил он, игриво положив руку ей на плечо.

Она толкнула его бедром, а затем прогнала прочь, чтобы перевернуть бекон.

– Ну, я должна была приехать еще вчера днем, чтобы посмотреть ваш матч, но мой рейс задержали, – фыркнула она и взмахнула рукой, как бы говоря: «Ох уж эти чертовы авиакомпании». – Поэтому теперь у меня осталось всего три дня до отъезда домой.

– Ты не пропустила ничего особенного, обещаю, – заверил ее Лиам.

– Я очень громко аплодировала, когда он забил гол, миссис Уайлдер. – Я подмигнула, и они оба рассмеялись.

– Ну, раз ты была рядом, он, наверное, совсем не вспоминал обо мне, – съязвила она, выкладывая яичницу с беконом на большую тарелку.

Я накрыла на стол, а Лиам поставил графин с апельсиновым соком.

– Вам двоим нужно подкрепиться, вы оба отличные спортсмены, и вам нужно хорошо питаться. Особенно тебе, Кинсли. Ты выглядишь так, словно от тебя вот-вот останутся кожа да кости, – сказала она, накладывая яичницу мне на тарелку.

– Я уверяю вас, что много ем. Просто, помимо тренировки, еще бегаю каждый день. – Я пожала плечами и принялась за бекон.

Лиам ободряюще улыбнулся мне, а затем опустил руку, чтобы погладить мое колено под столом. Я думаю, у всех родителей есть инстинкт, как бы накормить своих детей. Моя бабушка всегда запихивала мне в рот печенье, когда мы приезжали к ней на каникулы. И если бы это было только печенье…

– Что ж, вы двое – довольно спортивная пара, – улыбнулась его мама и принялась за свой завтрак, с восхищением глядя на нас.

Я понятия не имела, как она обычно себя ведет, но пока что мне казалось, что эта встреча проходит намного лучше, чем ожидалось.

– Доброе утро, похотливые соседи! Прекращайте свои шалости, к вам пришла Бекка! – Открылась задняя дверь и раздался голос Бекки.

Лиам рассмеялся, а я спрятала лицо за чашкой кофе. Как только мы останемся одни, я применю на ней все свои приемы из карате.

Мгновение спустя они с Пенном вошли на кухню с таким видом, словно были здесь хозяевами.

– Ой, упс! – воскликнула Бекка, прикрыв рот рукой, когда поняла свою ошибку. – У вас семейный завтрак? – спросила она, резко остановившись, что Пенн чуть не врезался в нее. – Не обращай внимания на то, что я сказал о…

Миссис Уайлдер отодвинула свой стул, чтобы прервать ее. Вероятно, она больше не хотела слышать о шалостях своего сына.

– Нет, нет! Присоединяйтесь к нам! Вы, должно быть, девушка Пенна? – сказала его мама, вставая, чтобы поприветствовать Бекку.

Они пожали друг другу руки, и Бекка попыталась прикрыть покрасневшие щеки. Ха.

– Привет, соседи, – улыбнулась я, вставая из-за стола, чтобы принести им тарелки.

К счастью, миссис Уайлдер приготовила более чем достаточно еды, и вскоре мы все впятером сидели за столом, завтракая и болтая. И я только дважды попыталась пнуть Бекку под столом.

– Так вы, девочки, играете в одной команде? – спросила миссис Уайлдер у нас с Беккой.

– Да, мэм. – Я улыбнулась Бекке, которая как раз откусывала большой кусок.

– Должно быть, они принимают в команду только хорошеньких, – провозгласила она, заставив нас обеих покраснеть.

Парни с готовностью согласились.

Я закатила глаза, глядя на Лиама, а он просто пожал плечами, как будто у него не было выбора.

– Ну, Кинсли приняли в команду из-за жалости, – пошутила Бекка, – Ну, знаете, потому что она немного… – Она сделала паузу и изобразила универсальный жест «ку-ку», покрутив пальцем у виска.

Я ткнула в нее вилкой.

– А Бекка на самом деле менеджер команды. Она просто приносит нам воду и стирает потную форму, – съязвила я с дерзкой ухмылкой.

Бекка многозначительно посмотрела на меня и подняла вилку таким образом, словно показывая мне «средний палец».

– Вообще-то, на этой неделе у нас состоится первая игра, и моя мама тоже собирается приехать в город, – сказала я, поворачиваясь к миссис Уайлдер, которая смеялась над нашей маленькой перепалкой.

– Ох, как здорово! Будем надеяться, что ее рейс не задержат, как мой.

Я рассмеялась.

– Ну, из Денвера лететь не так далеко, так что, думаю, все будет хорошо.

– Когда будет игра?

– Во вторник, – ответила я, осознавая, что до нее осталось всего два дня.

Как время могло пролететь так быстро? Я не могла поверить, что осталось всего два дня до нашей первой игры, ну, технически это был дружеский матч, но все равно там будет присутствовать пресса, готовая поддержать меня или унизить.

Она радостно захлопала в ладоши.

– Я уезжаю в Лондон только в среду утром! Так что смогу присутствовать на игре, сидя в фанатской секции Кинсли и Бекки.

Лиам покачал головой, но на его лице промелькнула легкая улыбка.

– Мам, может быть, Кинсли не хочет, чтобы твоя английская задница там присутствовала. Ты ведешь себя очень шумно на спортивных мероприятиях.

Она посмотрела на сына с преувеличенным недоверием.

– Чепуха! Меня выгнали только с одного из ваших матчей, и то этот судья явно годами не проверял свое зрение. Ты не можешь меня винить.

Мы с Беккой переглянулись.

– Вы определенно можете прийти, если хотите. Матч состоится в шестнадцать ноль-ноль на стадионе нашей команды, – объяснила я.

– Вот и договорились, – сказала она, поднимаясь со своего места. – А теперь, ребята, заканчивайте завтракать, чтобы мы могли отправиться куда-нибудь повеселиться. Если мы останемся здесь, то я просто лягу спать. Смена часовых поясов уже дает о себе знать.

Мы сделали, как нам было велено, запихнув в рот остатки завтрака, а затем все вместе загрузились в машину Лиама.

– Итак, у вас с Пенном теперь все нормально? – спросила я, как только мы вышли из дома Лиама после ужина.

Мы провели весь день, делая покупки в Малибу с миссис Уайлдер. Я все время старалась не спускать глаз с Пенна и Бекки, но не могла сказать, разрешился ли их разговор накануне вечером хорошо или не очень. Они лучше общались между собой, но она, казалось, все еще немного злилась. Он подкрадывался к ней сзади, пока она рассматривала одежду, а она вырывалась у него из рук и хитро подмигивала. Казалось, они играли в «кошки-мышки».

Бекка закатила глаза.

– Если под «нормальным» ты подразумеваешь «ничего хорошего», то да.

Я рассмеялась и наклонилась, чтобы выключить музыку.

– Он умолял меня поехать с ним домой после игры, поэтому я последовала за ним на своей машине и сказала, что останусь на полчаса. Очевидно, что это не сработало. Он мне все объяснил. Как ты и предполагала, его бывшая – стерва, сама его поцеловала, что, конечно же, его полностью не оправдывает, но он поклялся, что с ней покончено. Он наконец-то увидел ее такой, какая она есть, и совершенно ясно дал ей понять, что решил двигаться дальше.

– По крайней мере, ее не было на игре, – отметила я, вспомнив, какой уверенной и самодовольной она выглядела, когда мы покидали мероприятие в пятницу.

– Да, я слышала, как он оставлял сообщение для менеджера их команды, в котором говорилось, что она фактически добавлена в черный список в семейной секции отныне и навсегда.

Я прикрыла смех рукой.

– Черт. Он, должно быть, настроен серьезно.

Она кивнула, но продолжила смотреть на дорогу перед собой.

– Он попросил меня стать его девушкой, чтобы оформить наши отношения официально, но я сказала, что мне нужно немного больше времени, чтобы все обдумать.

Это было удивительно. Сомневаюсь, что находились девушки, которые отказывали Пенну.

– Похоже, сегодня его это не слишком останавливало, – пошутила я, вспомнив все то внимание, которым он ее окружал.

Она ухмыльнулась.

– Клянусь, я не играю с ним в игры. Просто вечер пятницы был настолько ужасным, что я не могу просто забыть обо всем этом за двадцать четыре часа. Я думаю, нам обоим было бы полезно притормозить и убедиться, что мы действительно этого хотим.

Я задумчиво прищурилась.

– Так ты не уверена, хочешь ли быть с ним?

Ее взгляд быстро скользнул по мне.

– Ох, я бы отрезала себе правую руку, чтобы быть с ним, но ему необязательно это знать.

– Бекка! Ты маленькая дразнилка.

– Ой, я тебя умоляю! Он этого заслуживает. Должен же он знать, что может потерять.

Я рассмеялась и достала телефон, чтобы проверить сообщения, когда Бекка снова включила музыку.

Лиам:Мама уснула, как только вы, девочки, уехали.

Кинсли:Она действительно очень устала.

Лиам:Она не переставала говорить о тебе. Засыпая, она практически шептала твое имя.

Кинсли:Думаю, я ухожу от тебя к ней. Мне нужен более опытный партнер;)

Лиам:Развернись, и я покажу тебе, какой я опытный.

Кинсли:Бекка за рулем… ничего не поделаешь…

Лиам:Ты ей действительно понравилась. И даже не представляю почему…

Кинсли:Наверное, благодаря множеству моих талантов. Она слышала, как я умею свистеть? Я довольно хорошая свистунья.

Лиам:Я мог бы свистом уложить тебя на землю.

Кинсли:Что это, вообще, значит? Ты убьешь меня своим свистом?

Лиам:Тебе стоит освежить значения некоторых идиом.

Кинсли:Может, ты подскажешь мне? Я могу стать твоей ученицей. У тебя есть линейка?

Лиам:Кинсли…

– Э-э-эм, Кинсли, – испуганно прервала мою переписку Бекка.

Я подняла глаза и обнаружила, что мы сворачиваем на нашу улицу… но проехать к нашему дому оказалось практически невозможно. У входа были припаркованы фургоны репортеров, а рядом с ними слонялись папарацци.

– Что за черт? Они что, кого-то поджидают у нашего дома? – спросила я, убирая телефон в сумку и приподнимаясь на локтях, чтобы получше рассмотреть обстановку.

Как только репортеры увидели машину Бекки, они сразу же приступили к активным действиям. Фотографы сняли чехлы со своих объективов и направили прямо на лобовое стекло.

Бекка сбросила скорость, чтобы никого из них случайно не задеть, но они еще больше начали окружать машину. Если бы она ехала с разрешенной скоростью, то точно бы кого-нибудь сбила.

– Какого черта они здесь делают? – огрызнулась Бекка, сворачивая на нашу подъездную дорожку.

Папарацци не рискнули последовать за нами на частную территорию, но когда я обернулась, то увидела, что они выстроились вдоль улицы, как стая стервятников.

– Давай просто скорее зайдем внутрь и во всем разберемся, хорошо? – Я схватила свою сумку и прикрыла ею лицо, пока бежала к двери.

Бекка следовала рядом со мной, и мы не останавливались, пока не оказались в безопасности внутри дома, за закрытой дверью.

– Они выкрикивали наши имена, Кинсли, – глухо произнесла Бекка, прислонившись спиной к двери.

– Они находятся здесь весь день, – сказала Эмили.

Мы подняли глаза и увидели, что она спускается по лестнице в сопровождении нескольких наших товарищей по команде.

– Ты серьезно? Им больше нечем заняться, кроме как разбить лагерь перед нашим домом? – спросила я, проводя рукой по волосам.

Эмили остановилась на последней ступеньке. Выражение ее лица было мрачным, а брови – нахмуренными.

– Ты ведь не знаешь, не так ли? – спросила она.

Я пристально посмотрела ей в глаза.

– Не знаю чего?

Она нахмурилась и указала на большой диван, стоявший в нашей гостиной.

– Давай присядем. На самом деле в этом нет ничего ужасного, но, наверное, ты бы хотела сначала все услышать от меня.

Мы с Беккой последовали за ней к дивану, пока мое сердце бешено колотилось. Я чувствовала, как оно вот-вот вырвется из груди, даже когда прижала к нему руку, пытаясь успокоить нервы.

– Что, черт возьми, происходит? – спросила я, расхаживая перед диваном.

– Тара обратилась с заявлением к прессе. Она преподнесла вашу историю в самом худшем свете, и вы с Лиамом сейчас – главные новости в стране.

Я почувствовала, как кровь отхлынула от моего лица.

– Подожди? Что?

– Тара выложила в сеть историю о том, что ты встречаешься с тренером Уайлдером. СМИ вовсю раскручивают это, как будто он воспользовался тобой, и выставляют тебя плохой девочкой. Как будто ты специально соблазнила своего тренера или что-то в этом роде.

– Черт! Ты, должно быть, шутишь. Неужели ей больше нечем заняться, кроме как пытаться разрушить мою жизнь?

Я была вне себя от злости, которая начала переходить в слепую ярость. Тара не собиралась оставлять меня в покое. Я должна был предугадать, что она еще не закончила издеваться надо мной.

– А ты уверена, что это была Тара? – спросила Бекка, сидя на диване.

Я даже не подумала об этом уточнить.

Эмили поджала губы.

– Она не стала прикрываться анонимным источником. И у нее уже взяли интервью, а ее фотография добавлена почти к каждой статье.

– Это такая чушь! – закричала я, вспоминая девочек, которые вчера брали у меня автографы.

Я была для них примером для подражания, а что теперь? Я стала ничем не лучше, чем все остальные тупые знаменитости, чьи имена были измазаны в грязи. Я не хотела быть похожей на них. Не хотела иметь амплуа плохой девчонки. Я хотела, чтобы меня знали за мои достижения, а не за то, с кем я сплю.

– Тара может идти к черту, – высказалась я, направляясь к лестнице.

Бекка спрыгнула с дивана.

– Кинсли, что ты…

Я подняла руку.

– Я собираюсь позвонить маме и узнать, взялась ли за этот беспорядок команда по связям с общественностью, которую нанял мой отец, или нет.

Поднявшись наверх, я открыла свой ноутбук и начала пролистывать новости. Передо мной всплывала статья за статьей, и каждая была ужаснее предыдущей. «Футбольная шлюха» – так называлась худшая статья, опубликованная в непристойном блоге, который, казалось, с удовольствием просматривала половина Америки.

У меня не было времени на то, чтобы дать волю своему гневу. Тара думала, что связалась с невинным новичком, но я бы не стала опускаться до ее уровня. Она хотела, чтобы я дала отпор и полила ее грязью в СМИ, потому что таким образом она тоже могла бы прославиться.

Я бы доказала ей свое превосходство, поступив с точностью до наоборот. Я бы не позволила этому повлиять на мою игру в футбол. Я бы не позволила этому повлиять на мои отношения с Лиамом. И я чертовски уверена, что не потеряю ни секунду сна из-за этой стервы.

Я позвонила маме, как только закрыла за собой дверь, и все ей объяснила.

– Не волнуйся. Мы уже с самого утра работаем над этим. Я не хотела тебя вводить в курс дела на случай, если удастся избежать неприятностей и ты останешься в неведении, – объяснила она.

– Можем ли мы подать на нее в суд за клевету? – спросила я, расхаживая по комнате.

– Ну, технически факты, которые она изложила, оказались правдой, хотя и искаженной и в очень негативном свете. Мы не можем контролировать то, как реагируют на эту историю люди в социальных сетях. Они жаждут крови; они хотят оклеветать вас с Лиамом, потому что некоторым людям доставляет удовольствие унижать других.

Я кивнула и прикусила губу.

– Мне следовало быть умнее. Я знала, что она собирается выкинуть что-то подобное. Я должна была сделать официальное заявление раньше, чем она смогла бы все исказить в выгодном для нее свете.

– Нет смысла сейчас беспокоиться об этом, Кинсли, – возразила мама, пытаясь меня успокоить.

– Мам, я даже не могу выйти из дома! Снаружи толпа папарацци!

– Я прилетаю завтра днем и уже забронировала отель с первоклассной охраной. Ты останешься со мной ночевать, и на вашей игре также будет присутствовать дополнительная охрана, чтобы ты могла сосредоточиться на том, что важно.

Я вздохнула, услышав детали, которые она уже обдумала. Переночевать в отеле с мамой было именно тем, что мне было нужно. Я хотела притвориться, что ничего этого не происходит. Как только мы составили планы на следующий день, я завершила звонок и написала Лиаму.

Кинсли:К черту Тару!

Лиам:Я только что услышал новости, звонил мой агент, а затем и менеджер по связям с общественностью.

Кинсли:Мне так жаль.

Телефон в моей руке зажужжал, и на экране высветилось имя Лиама. Как только я ответила, на линии раздался его хриплый голос.

– Не смей извиняться. Мы справимся с этим, – пробормотал Лиам.

Я уже скучала по нему. Почему я решила уехать, вместо того чтобы остаться с ним на ночь?

– Знаю. Я просто ненавижу, что наши отношения, кажется, причиняют только вред.

– Мне плевать, что думает мир, Кинсли. Я так счастлив рядом с тобой. И сосредоточен на том, что важно. Ты и футбол. Это все, что имеет значение.

Я улыбнулась, несмотря на обстоятельства, вспомнив, каково было засыпать в его объятиях прошлой ночью. Он был прав. Я тоже хотела сосредоточиться на том, что было важно, и проигнорировать все остальное.

– Хорошо. Завтра приезжает моя мама, и я останусь с ней в отеле на следующие два дня.

– Это отличная идея. Напиши мне название отеля и номер, и я отправлю туда охранника.

Я не стала спорить. Его голос звучал повелительно, и я знала, что он почувствует себя лучше, если я соглашусь.

– Договорились. Позвони своему агенту, – сказала я, падая обратно на кровать.

– Хорошо… и, Кинс, – он сделал паузу, и я услышала, как он глубоко вздохнул, – ты мне действительно очень дорога.

Я закрыла глаза, впитывая его слова. Я уже тогда любила его. Конечно же, я любила этого парня, который был готов покорить весь мир ради меня и ничего не просил взамен. Ну, кроме убийственных занятий любовью.

– Знаю. Мы со всем справимся. Сладких снов, – прошептала я, прежде чем завершить звонок.

Было еще слишком рано для признаний в любви, и я бы не осмелилась сказать это во время разговора, который имел какое-либо отношение к Таре. Я хотела подождать гораздо лучшего момента, чем этот. Например, когда мы будем вместе скакать на лошади по цветочному лугу совершенно обнаженными.