В саду возле домика Белого Кролика два садовника, высокий тощий Джимми и низенький пухлый Билли усердно работали лопатами. Только Джимми сидел внизу и старательно углублял яму, а Билли зачем-то закидывал землю обратно. Рядом высилась солидная горка спелых яблок.

– Закапываем, закапываем, а все без толку! – проворчал Джимми, стирая пот со лба.

– В этом и смысл! – пояснил Билли, не отрываясь от работы: похоже, ему такая работа как раз нравилась.

Белый Кролик показался в дверях и сердито огляделся.

– Яблоки надо закапывать! – прикрикнул он на работников. – Джимми, Билли! Заканчивайте с этой ерундой!

Джимми и Билли переглянулись, а потом растерянно посмотрели на «начальство».

– Так вы же сами сказали закапывать, – развел руками Джимми.

– Я сказал вам закапывать, а вы вместо этого закапываете! – продолжал ругаться Кролик. Беседа напоминала диалог глухих, но, похоже, эта бессмыслица никого не смущала.

Работники переглянулись, а потом Билли глупо заулыбался и хлопнул себя по лбу.

– А-а-а-а-а, я понял!

Но Кролик уже забыл о своем распоряжении: у него была гораздо более важная и срочная задача.

– Вы видели Додо? – тоном прокурора осведомился он, сверля приятелей сердитым взглядом. Те лишь растерянно замотали головами.

– А зачем он вам, босс? – удивился Билли.

– Не твое дело! – огрызнулся «босс».

– Интересно, босс! – с азартом включился в разговор Джимми.

– И мне интересно, – послышался за их спинами знакомый голос.

Все резко обернулись: позади них стояла рассерженная Герцогиня.

– Ты нашел время? – требовательно спросила она. Кролик в испуге замер, а потом мелко задрожал.

– Нет, моя госпожа, – подобострастно проскулил он, не поднимая глаз. – А может, нет никакого времени и Шляпник водит нас за нос? – предположил он осторожно, стремясь отвести подозрения от себя, а еще лучше – переключить внимание сердитой госпожи на кого-нибудь другого. Но Герцогиня была не из тех, кого легко сбить с толку.

– Если тот мир есть, значит, и время есть, – отрезала она. Пришлось срочно придумывать новое оправдание.

– Я нашел тысячу бесполезных вещей! – затараторил Кролик, чуть не плача от обиды и страха. – И все не то! Не то! Не то!

– Нам не нужна тысяча, нам нужен один предмет! – перебила Герцогиня, которой уже порядком надоели помощники, которые или ничего не соображают, или постоянно ошибаются. – Полезный! Ты должен его найти, ты обязан! Иначе у нас тут так все и будет «ВСЕГДА», ты – всегда, я – всегда. – Она медленно приблизилась к Кролику, обжигая его взглядом, и негромко, но угрожающе произнесла: – А самое страшное, что и Королева будет всегда! Ты же не хочешь, чтоб она была всегда, верно? – ее слова звучали как приговор, причем в первую очередь – самому собеседнику, если он опять все испортит.

– Не хочу, моя госпожа, – быстро закивал Кролик, как китайский болванчик. Сжавшись в комок, он покосился на шепчущихся за спиной Джимми и Билли, которые видели всю эту позорную сцену.

– Ты хочешь, чтобы настало ее время? – продолжала Герцогиня, нависая над помощником-неудачником.

– Не хо… – по привычке продолжил было Кролик, но вовремя прикусил язык и быстро поправился: – Хочу, моя госпожа.

– Тогда достань его! – рявкнула Герцогиня так, что на деревьях задрожали листья.

– Достану! – подобострастно пообещал Кролик.

– Чего она хотела? – шепотом спросил Билли у приятеля, воспользовавшись паузой.

– Она хотела тысячу каких-то вещей.

Герцогиня обернулась и уничтожающим взглядом смерила Джимми и Билли, которые спорили около ямы. Кролик отчаянно жестикулировал, пытаясь заставить помощников замолчать. И это тоже не укрылось от внимания Герцогини.

– Кстати, ты что-нибудь слышал о девчонке, которая попала к нам оттуда? – спросила она и повторила, для верности показав пальцем сперва – куда-то вверх, потом – себе под ноги: – К нам, оттуда сюда? Интересно, как так вышло…

– Нет, моя госпожа, – соврал тот.

– Любопытно, как она сюда попала… – женщина продолжала беседовать сама с собой, делая вид, что не замечает спутника, который не переставал с готовностью поддакивать:

– Да, да, любопытно!

Герцогиня смерила его пристальным взглядом, и блеск в ее темных глазах не предвещал бедняге ничего хорошего, если он опять проштрафится.

– С тебя время, – напомнила она грозно, – иначе…

Герцогиня пронзила его пристальным взглядом, развернулась и пошла прочь. Кролик уныло посмотрел ей вслед и повернулся к садовникам. Впрочем, те ничем не могли ему помочь. У них не хватило бы ума даже на то, чтобы дать ему полезный совет.

За дверью внутри холма, куда шагнула Алиса, оказалась небольшая, причудливо обставленная аккуратная комнатка – видимо, гостиная. Чей же это дом? А раз хозяев не видать, получается, что ее могут принять за взломщицу. Надо срочно выбраться и поискать другой проход. Дверей-то здесь пруд пруди, какая-нибудь точно подойдет.

Девочка повернулась и шагнула назад, но дверца – щелк! – захлопнулась. Алиса попыталась схватиться за ручку, но оказалось, что она… нарисована на стене! Девочка начала паниковать. «Я в ловушке! – мелькнуло в голове. – И никто меня не найдет и не спасет!»

Пленница принялась отчаянно колотить кулаками в стену и кричать что есть силы, но никто не пришел ей на выручку. К горлу подступили слезы. Алиса знала за собой дурную привычку: в любой непонятной и страшной ситуации она начинала плакать. Впрочем, слезами горю не поможешь – это она тоже знала.

Алиса закусила губу и огляделась. Где-нибудь должен быть выход из комнаты. «Если Кролик запрыгнул сюда, – рассуждала она про себя, – а сейчас его здесь нет, значит, он как-то вышел. Как и куда?»

Девочка покрутилась по комнате, тщательно исследуя каждый угол. И ей повезло: возле другой стены обнаружилась крохотная, почти кукольная дверца с аккуратным ковриком. Алиса проверила – она точно не нарисована: петли, ручка, украшения настоящие, а через малюсенькую замочную скважину пробивается свет.

Алиса опустилась на колени и двумя пальцами – аккуратно, чтобы не сломать – подергала за ручку. Заперто. Девочка задумалась. Где может быть ключ?

Ее соседи по этажу, например, частенько оставляли запасной под ковриком, на случай, если забудут или потеряют.

Алиса осторожно приподняла коврик. Под ним что-то призывно блеснуло. Есть! Девочка подцепила ключ, после недолгих мучений – он то норовил вывалиться, то не вставлялся, да и темно было – удалось сладить с замком. После двух аккуратных поворотов послышался долгожданный щелчок, и дверца с тихим шелестом приоткрылась.

…ушей Алисы сразу же достигли знакомые голоса споривших родителей. Дверца вела прямо на кухню ее квартиры. Девочка тихо ахнула от радости. Как же все оказалось просто!

– Ты всегда так делаешь! – заявила Татьяна. – Я помню, как я с кассиршей в магазине поругалась. На чью сторону ты встал?

Максим нахмурился, силясь припомнить случай, и даже открыл рот, чтобы ответить, но передумал.

– Погоди, – произнес он после паузы. – А это тут при чем?

– Да тут все при чем! – всплеснула руками женщина. – Это петелька-крючочек, одно из другого вытекает, понимаешь? Даже сейчас ты такой спокойный, все у тебя хорошо, а я истеричка! – поток обвинений прервался: она ожидала, что муж начнет ей возражать, придумывать оправдания, но тот просто молчал, что только еще сильнее раздражало. – И ты этого даже не отрицаешь! Просто замечательно!

– Да нет, это я встаю на твою сторону, – спокойно отозвался ее муж.

– В чем именно? – Женщина уцепилась за брошенную мужем фразу. Ей, в общем-то, не нужен был собеседник: ей просто хотелось высказать свое недовольство. – Ты покупаешь продукты в холодильник, когда я тебе звоню и прошу… Я просто хочу, чтобы хоть кто-то из вас подумал еще и обо мне! А не только о себе. Я просто хочу, элементарно, чтобы меня услышали…

Татьяна одарила Максима недовольным взглядом. Алиса недолго понаблюдала за родителями. Надо было что-то делать, как-то привлечь их внимание. Тогда ее непременно спасут.

– Мам, пап! – позвала она, но те не слышали. Ладно, не беда… Девочка опустилась на пол, прислонившись вплотную к самой дверце, и закричала изо всех сил: – Мам! Пап! Я ту-у-у-ут!

Девочка начала колотить в притолоку, но ее и родителей как будто разделяла стена, прозрачная только с одной стороны, и звук через нее тоже проходил только в одном направлении.

– Я себя чувствую, как будто нахожусь в вакууме! – продолжала злиться мама.

«В вакууме, похоже, я», – мрачно подумала Алиса.

– Дыши. Дыши, – заботливо посоветовал ей муж.

– Прекрати! – не унималась Татьяна. – Прекрати выводить меня из себя!

– Давай начнем сначала. – Максим не терял надежды помириться, но у жены, судя по всему, были другие планы, впрочем, как и всегда.

– Я хочу, чтобы ты меня услышал. Чтобы ты помог. Чтобы ты включился в семью – понимаешь? Ты витаешь в облаках. Поговори с Алисой! – потребовала она наконец.

Алиса решила протиснуть в дверь хотя бы голову – может, тогда пролезет и остальное, – но та не проходила ни прямо, ни боком. После нескольких тщетных попыток девочка поднялась на ноги, сердито ворча и отряхиваясь.

– Ну, и как мне выбраться отсюда? – проворчала она, оглядываясь. Должно быть какое-то решение. Какой-то способ…

Вдруг на глаза ей попался изящный стеклянный столик, которого раньше не было – он просто возник рядом, как по волшебству. Видимо, кто-то подслушал девочку и решил исполнить ее желание. На гладкой, как зеркало, столешнице что-то призывно блеснуло. Заинтригованная девочка медленно приблизилась и присмотрелась внимательнее. Так и есть – пузырек с этикеткой. «Выпей меня», – гласила она. Алиса взяла странную склянку, не переставая удивляться, откуда та взялась.

– Выпей меня… – прочитала она вслух, задумчиво вертя пузырек в руках. Больше на этикетке ничего не было: ни состава, ни показаний к применению, ни побочных эффектов… впрочем, раз их нет – значит, нет и правил. Скорее всего, там компот или что-то подобное (о том, что внутри может быть яд, девочка даже не подумала). В конце концов, что она теряет?..

Алиса откупорила пузырек, принюхалась. Запаха не было. Тогда она осторожно пригубила содержимое. На вкус как содовая. Девочка застыла на мгновение, прислушиваясь к себе, но неприятных ощущений и боли не было. Алиса для верности сосчитала в уме до десяти… и осушила пузырек до дна.

Дальше произошло что-то непонятное. Стены резко раздались, мебель улетела вверх, а пол стремительно приблизился. Алиса и ахнуть не успела. Сверху рухнуло что-то огромное, брызнув осколками – девочка едва успела отскочить в сторону, чтобы ее не задело. Опомнившись через несколько секунд, она подняла голову и увидела рядом толстенную колонну. Откуда та взялась посреди комнаты? Алиса не сразу осознала, что это ножка стола. Вдруг девочка поняла, что произошло: она уменьшилась до размеров клопа.

– Жесть… – только это слово и смогла выдавить из себя удивленная и испуганная девочка.

Правда, теперь она могла спокойно пройти в маленькую дверцу. Алиса со всех ног бросилась к ней, но та захлопнулась от сквозняка прямо у нее перед носом. На этот раз девочка не волновалась: ключ рядом, сейчас она снова ее отопрет и… и где же он?

Алиса повертела головой и чуть не разрыдалась от обиды. Какая же она растяпа! Оставила ключ на прозрачном столике: он лежал и будто дразнил ее.

Что же делать? Стол был слишком тяжелым, чтобы толкнуть его и стряхнуть ключ. Взобраться по скользким ножкам тоже не получалось. Девочка обошла вокруг стола раз, другой и едва не врезалась в неизвестно откуда взявшуюся коробочку.

Алиса опустилась на пол, взяла находку в руки и приподняла крышку. Внутри оказалось маленькое аппетитное пирожное. А ведь она на него чуть не наступила! На упаковке красовалась аккуратно выведенная надпись: «Съешь меня».

– Хорошо, что мама этого не видит, – задумчиво пробормотала девочка себе под нос.

На этот раз Алиса не стала рисковать и лишь надкусила лакомство. В следующую секунду коробочка проскользнула между ее пальцев и улетела вниз. Туда же мгновенно устремился пол, столик со звоном укатился в сторону, а сама Алиса уперлась головой в потолок. Комната резко стала ей тесновата, так что пришлось сесть на пол.

В наступившей тишине ее слуха снова достигли голоса родителей.

– Мама! Папа! – снова позвала девочка, отчаянно стараясь привлечь к себе внимание, но опять – безрезультатно.

Алиса тяжело вздохнула. Ничего у нее не получается! К горлу снова подкатил тугой комок. По щекам потекли слезы… и гигантские капли размером с ведро глухо застучали о паркет.

– Помогите! Мам! Пап!

Громогласные всхлипы и призывы о помощи разносились по комнате. И вот одна из гигантских капель упала прямо в коробочку с откусанным пирожным. Потом еще одна… и вдруг стены вокруг снова пришли в движение, хотя Алиса не сразу это заметила. Вода начала стремительно заполнять комнату. Сперва она достигла щиколоток, потом – колен, потом девочка погрузилась в нее по пояс. Снова подступила паника. Неужели она так и утонет?

Алиса покрутила головой в поисках подсказки. Здесь должен быть выход! Ее взгляд упал на люстру, на ней блеснула надпись: «Открой меня». Девочка ухватилась обеими руками за люстру, как за спасательный круг, навалилась и попыталась сдвинуть ее с места. Сперва дело шло в прямом смысле со скрипом, а вода все прибывала. Страх придал девочке сил, она вращала люстру, как колесо на сейфе, все быстрее и быстрее.

Соленые волны уже захлестывали с головой. Алиса задержала дыхание, собралась с силами и оттолкнула люстру.

Когда под водой открылась дверь, Алиса нырнула…

…И вынырнула посреди моря (или огромного соленого озера). Конца и края ему было не видно. Над головой ярко светило солнце. Девочка глубоко вздохнула. Куда же плыть? Да все равно куда, если не видно берегов. Где-то они наверняка есть – морей без берегов не бывает. Да и корабли или лодки должны быть. Кто-нибудь ее спасет. Главное – не стоять на месте.

Неподалеку на волнах качалось что-то темное. Алиса в несколько гребков оказалась рядом и заметила плавающую одинокую дверь. Не с первого раза, но ей все же удалось вскарабкаться на импровизированный плот. Алиса легла на спину, вытянулась по весь рост и посмотрела в небо. Она промокла и продрогла, сил уже не осталось. Дверь-плот со своей пассажиркой дрейфовала по морю неведомо куда…