Я снова забываю о сомнениях Аны. Когда она поделилась ими, мы оба были изрядно пьяны.

Хрвое и его брат Давор приглашают меня на выходные в свой дом на острове Олиб. «If you’ re in Croatia, you have to see the seaside»[21], — говорит Хрвое. Он объясняет, что у хорватского побережья находится порядка тысячи двухсот островов, причем заселены они процентов на пять.

Когда мы приезжаем к морю, никаких детских воспоминаний о Рыжей Зоре у меня не возникает, однако я чувствую себя так, будто очутился в раю.

Пока братья отдыхают, я звоню Ане. Она повторяет то, что сказала мне двумя днями ранее, и это причиняет мне острую боль.

Я знаю, что до меня у Аны был длительный роман. «Все это в прошлом», — убеждала она меня на первом свидании в джаз-клубе. Теперь она почему-то не уверена, что готова начать новые отношения. Затем Ана говорит, что сперва ей нужно найти саму себя. Если сейчас она последует за мной, это будет означать, что она пойдет по моему пути, начнет приспосабливаться, заживет чужой жизнью и так далее, а ей непременно надо разобраться, каков ее собственный путь.

Меня мутит. Я слышу ее вдохи и выдохи, пытаюсь понять их значение. Что она ощущает, когда произносит непроизносимое? Я воспринимаю телефонную связь как физическую близость, я чувствую разломы, которые появляются в этой близости. Вся наша интимность трещит по швам.

Ана сама в недоумении и не понимает, что с ней творится. Наши отношения — именно то, чего она так ждала. Я — тот мужчина, которого она так ждала, и все же… Нет, она не может объяснить ни своих чувств, ни этой внезапно возникшей паники.

Она не готова ни к чему новому, на нее нельзя давить, ей требуется время. Ана просит меня проявить понимание там, где ни о каком понимании разговора быть не может. У каждой прошлой любви есть щупальца, протянувшиеся из прошлого в настоящее. Этого не может быть, это немыслимо, это нарушает законы природы, это преступление перед высшими силами, и все-таки она не чувствует со мной единения.

Найти свой путь? Жить своей жизнью? Но ведь речь шла о нашем общем пути!

Я не могу скрыть свою боль.

Надо увеличить дистанцию, думаю я, надо отступить и дать ей пространство для маневра. Мой голос звучит упрямо, когда я отвечаю, что в таком случае нам больше незачем видеться.

— Ну вот, я все испортила.

Не все, отвечаю я слишком быстро. Прошу Ану еще раз обдумать положение. Если она захочет снова со мной встретиться, пусть позвонит.

— Ладно.

Разговор завершен. Я разлетаюсь вдребезги, как разбитое Максом окно в «Макдоналдсе». Рассыпаюсь по земле тысячами осколков.

Выпиваю два бокала ракии подряд, чтобы иметь нормальный вид, когда братья проснутся.