Вскоре после Санкт-Лоренцена я выезжаю на дорогу, проходящую вдоль Дравы, четвертого по протяженности притока Дуная.

Если бы сейчас светило солнце, я с удовольствием колесил бы вдоль реки и любовался восхитительными видами, каждый из которых хочется непременно запечатлеть на фото. Увы, пока я еду от Санкт-Лоренцена до Линца, от Линца до Филлаха и от Филлаха до Фелькермаркта, непрерывно идет дождь. Он не прекращается в течение трех дней.

Мое снаряжение по-прежнему не пропускает воду, разве что ноги успевают слегка намокнуть на длинных перегонах. Но льющаяся отовсюду вода понемногу подтапливает мою душу. Выезжая из Линца, я всем сердцем ненавижу эту злополучную Драву.

Я пересек ее бесчисленное количество раз по бесчисленным мостам, двигаясь то по левому, то по правому берегу, и она успела мне жутко надоесть. Краем глаза я то и дело замечаю ее ухмылку, а когда всматриваюсь, то вижу насмехающиеся надо мной миллиарды капель, число которых увеличивается с каждой секундой, потому что с тучных облаков тоже безостановочно падает вода, она струями барабанит по моему шлему, рукам, коленям и спине, образует на моем пути лужи и вместе с рекой превращается в монстра-великана, который нахально гогочет мне в лицо.

Приближаюсь к фелькермарктскому водохранилищу, но радоваться еще рано: чтобы въехать в сам городок, я должен преодолеть весьма крутой подъем над рекой и озером.

Собираюсь с силами и напоминаю себе, что до отеля «Крона» на Мюнцгассе всего несколько километров, а этот отель как-никак второе место, где точно останавливался Макс. Спустя некоторое время я наконец отыскиваю нужный адрес. Вокруг темно и ни души. Я дрожу от холода, сырости и усталости, а на двери… А на двери висит табличка: «Закрыто навсегда».

Я слишком выбился из сил, чтобы расстраиваться. Если верить смартфону, в Фелькермаркте есть еще два отеля. Отправляюсь на поиски, кружу по улицам, ничего не нахожу и наконец понимаю, что те два тоже закрылись навсегда. Да что ж такое!

Из дома неподалеку выбегает мужчина и устремляется к припаркованному автомобилю. Отплевываясь от дождя, я спешу к нему и спрашиваю, где тут можно переночевать. Увы, больше отелей в городке нет, но чуть в стороне от главной улицы, если проехать в гору, расположен гостевой дом «Караванкенблик». Указав мне дорогу, собеседник садится в машину и уезжает. Везет же ему, в салоне-то сухо и тепло…

Вскарабкиваюсь на велосипед. Колени хрустят. Ахилловы сухожилия вопят. Задница стонет. Но мне уже не привыкать. Спустя пятнадцать минут я на месте. В гостевом доме, на мое счастье, свободен удобный недорогой номер. Хозяин, человек преклонных лет, подает ужин. Еда жирноватая, но питательная. Пожилая чета, которая приезжает сюда ежегодно, рассказывает мне что-то о ежиках. Я сыто улыбаюсь и в ответ сообщаю о своих передвижениях.

— От девяноста до ста двадцати километров? — фыркает муж-толстяк. — Это разве много? Мы с друзьями тоже в молодости путешествовали на велосипедах, но всегда проезжали не меньше ста пятидесяти километров в день.

«Заткнись, мудак», — мысленно фыркаю я в ответ.