Поздним декабрьским вечером 2014-го года на скамейке у забитого досками на зиму фонтана перед зданием бывшего Минугля УССР сидели двое.

Первый в чёрной широкополой шляпе и чёрном же пальто с поднятым воротом выглядел как после долгой и изнурительной болезни – скулы заострились, глаза ввалились. Борода-эспаньолка побелела, как у глубокого старика. Второй, одетый по-военному в камуфляж и каракулевую папаху, по сравнению с ним казался здоровяком.

– Сканирование ментального поля нашей реальности показало, – говорил он, растягивая слова, – что демон государственности Украины забился в глухой уголок, и почти не подаёт признаков жизни…

– Да, он укрылся в Мудгабре, – кивнул первый. – Я знаю.

– Но появился новый… как ты их там называешь?

– Уицраор.

– Новый уицраор. Маленький, но чрезвычайно активный. Растёт не по дням, а по часам.

– Не переживай. Это наш уицраор. Донбасский.

– Это как?

– Мне ребята рассказали, когда вернулись. Новый уицраор отпочковался от Тараса и помог Жругру. Я предполагаю, что это будет новый уицраор Русского Мира, когда Жругр ослабеет и отправится в Уппум.

– Куда?

– В Уппум. Это особый слой реальности, куда после смерти попадают демоны государственности. Эдакий Ад уицраоров. Его ещё называют – Дождь Вечной Тоски.

– Хорошее название. Доброе.

– Спорить не буду. Главное, что новый демон русской государственности рождён здесь в Донбассе.

– Вот прямо в Донбассе?

– Ну, нет, если быть дотошным. Но, скажем так, он появился благодаря нам. Эх! – Вальдемар Карлович вздохнул. – Жаль, что ребята, вернувшись из Друкарга, почти ничего не рассказывают. Там столько всего интересного. И познавательного!

– Ты же сам говорил, они вернулись обычными людьми. Магии не осталось.

– Да. Может, потому и молчат. Шок, стресс и тому подобное. Очень жаль, конечно. Оба были потенциально самыми сильными магами, которые рождались в Донецке за последние сто лет. А нам так надо пополнение. Две трети наших полегло в Братской школе. Исаев до сих пор в больнице, всякими железками нашпигованный.

– А этот ваш, волосатый, как его?

– Радомир?

– Ага. Как же вы допустили? Он вас предал.

– Получается, что предал. Я навёл справки, поднял на уши осведомителей, задействовал даже прорицателей, сканирующих прошлое и будущее.

– И что?

– Он продался Тьме. Уже давно. При этом, как часто бывает, думал, что служит Свету, а это мы все свернули с верного пути. Ну, и хотел навести порядок на свой манер. Обычный для него.

– Я догадываюсь.

– Все вокруг не правы, а я прав. Цель оправдывает средства. Уговорил бедняжку Божену Николаевну ему помогать, обещал руководящую должность после того, как возглавит Совет магов-хранителей. Заколдовал несчастного Носика…

– Да. Всё у вас магов с подковыркой, всё не как у людей.

– Вот прямо люди тебе нервы не треплют?

– Треплют. Иногда так треплют… Вот, к примеру, Водопольев, как с цепи сорвался. Всё пытается лазерную пушку сконструировать. Нашёл время!

– И не говори.

– Ладно. Главное, что пока отбились.

– Не просто отбились. Теперь уж точно победим.

– Значит, так тому и быть. Ладно. Мне пора. Служба.

Майор Тополин встал, протянул ладонь.

Вайс, кряхтя, и налегая на трость, тоже поднялся.

– Давай. На связи, если что.

Обменявшись рукопожатием, они разошлись, чтобы и дальше хранить Донецк в меру своих сил и способностей.

Денис сидел на тёплом валуне. Солнце садилось в пологие холмы. Впереди раскинулось поле – васильки и ромашки, за спиной шелестела листвой берёзовая роща. Покой и умиротворение – неотъемлемые составные части Небесной России. Если бы только Лев Николаевич не порывался всё вспахать…

Вика материализовалась прямо из воздуха. Здесь, в затомисе Российской метакультуры, каждый волен был выбирать наряд по своему вкусу, поэтому девушка ходила в «горке», несмотря на настойчивые увещевания Александра Сергеевича и Николая Степановича.

– Там Фет интересуется – ты к нему пойдёшь на творческий вечер или Шаляпина слушать?

– Как же я могу обидеть милейшего Афанасия Афанасьевича! – Денис поднялся с камня. Потянулся. – А ведь Вайс был прав! Маги с четырьмя сердцами в Энроф не сходят. Поэтому там не знают – быль они или вымысел.

– А если сходят, то умеют маскироваться, – Вика перекинула косу с правого плеча на левое. – Но наших кадавров ты хорошо сделал, тютелька в тютельку. Только без магии.

– Ну, не мог же я родителей огорчать. Да и магам-хранителям будет спокойнее. Они на наших двойников теперь молиться должны. Кто ещё в Друккарге побывал, битву уицраоров видел?

– Лишь бы по школам не начали водить, как ветеранов.

– Не начнут. Я на этот случай защиту поставил. Пойдём, что ли?

– Да привыкай ты уже телепортироваться!

– Мне пешком интереснее. Может, Есенина встречу по дороге. Он у берёзок часто грустит.

– Тогда и я пройдусь.

Высокая трава, примятая ногами, тут же выпрямлялась. Аромат разнотравья кружил голову. Служить России можно по-разному. На заводе у станка, в поле за рычагами трактора, в окопе с «калашом», в школе, больнице, библиотеке, мастерской… А можно здесь, в Высшем Синклите Руси, где собрались маги с четырьмя сердцами. И пока они здесь, Россия будет жить.

декабрь 2018 – январь 2020