Настроения, которые витали в большом императорском кабинете, были далеки от радужных. Как и намеревался Дрэйк, он собрал здесь лишь ближний круг.

Троюродные племянники, двоюродные тётки-дядьки, как всегда, шли мимо — в том, что касалось управления страной и важных вопросов, Дрэйк был авторитарен. Император, который давно передал младшему брату львиную долю полномочий, не возражал.

Не стал он возражать и в тот момент, когда Дрэйк опять умолчал о пробуждении ключевого артефакта. Прежде чем говорить с остальным, высокий лорд изложил императору абсолютно все свои мысли, и казалось, что на совете тоже будет полностью откровенен. Но нет.

Дрэйк объяснял выборочно. Рассказал про отклик колонны, про факт присутствия в зале посторонних, про меры по усилению защиты, которые необходимо предпринять.

Восстановление купола тоже обсудили, хотя этот вопрос был рутинным. Все отреагировали спокойно, и только сестра императора, мать Нэйлза, возмущённо охнула, услышав во сколько, по первым подсчётам, обойдётся ремонт.

Потом выпалила:

— Этих разрушителей нужно найти и четвертовать!

Нэйлз от её кровожадности слегка поёжился, но позже подкинул пару неплохих идей касательно усиления магической защиты периметра. А когда совет закончился, кашлянул и сказал, обращаясь к Дрэйку:

— Дядя, можно тебя на пару минут?

Нет. Нельзя. Дрэйк уже спешил на следующее совещание.

Но всё-таки кивнул и предложил племяннику перейти в соседний, куда менее роскошный кабинет.

Уже там Нэйлз неловко присел на край гостевого кресла и посмотрел на Дрэйка глазами голодного котёнка.

— Давай без лишней мимики? — оборвал высокий лорд. — Просто скажи.

О чём, вернее о ком, пойдёт речь, Дрэйк понимал. Но демонстрировать проницательность не собирался.

— Только не злись, ладно? — попросил Нэйлз.

Дрэйк закатил глаза. Парню двадцать лет, а он по-прежнему продолжает использовать с ним приёмы нашкодившей пятилетки. Такое даже у девиц не срабатывает, а уж у этого широкоплечего лба…

— Давай быстрее, — бросил Дрэйк.

Нэйлзу пришлось посерьёзнеть и подобраться.

— Про Алексию Рэйдс знаешь?

— Про то, что вы украли её и прячете в особняке на Семнадцатой улице? Конечно нет. Откуда?

Ирония пролилась ядом, отношение дяди к теме было понятно. Но у Нэйлза было время обдумать ночное приключение, и он пришёл к выводу, что Алексия сильно изменилась. И вот эту, «новую» Алексию упускать из виду нельзя. Более того, с ней лучше дружить.

Ещё Нэйлз получил весточку от Артура — сообщение что всё удалось всё-таки удивило. Но важнее то, что магический прогресс Алексии был опасен. Не будь ситуации с колонной, прогресс можно было списать на какую-то личную аномалию, но вот такое «совпадение» всё усложняло.

Особенно на фоне внезапных откровений реликвии. Не могла эта древняя каменюка промолчать?

Как ни крути, но следовало спасать собственную шкуру, а вместе с ней и шкурку девушки — ведь они сообщники, и, если попадётся одна, попадутся оба.

Соглашаясь нарушить закон, племянник императора верил, что авантюра пройдёт без всяких последствий, что он просто покрасуется перед друзьями и впечатлит смелостью саму Алексию. А в итоге…

Короче, надо выпутываться!

— Дядя, я знаю, как ты относишься к Рэйдсам, — набрав побольше воздуха, выпалил парень. — Мы все так относимся. Но Алексия не имеет отношения к поступку своего деда, и она в крайне сложной ситуации.

— Аудиенция окончена, — сказал Дрэйк, который даже не успел сесть за письменный стол.

Нэйлз тут же вскочил.

— Ты выслушай, а? Я ведь не просто так!

— А как? — Дрэйк посмотрел насмешливо. Чудится, или племянник решил склеить девицу, причём за его, Дрэйка, счёт?

— Бертран пичкал её какими-то пилюлями, — голос Нэйлза дрогнул. — Есть подозрение, что пилюли занижали уровень магической силы. Вчера, когда мы забрали Алексию, я почувствовал в ней магию. Не нулевую, а полноценный уровень.

Дрэйк остановился и плавно заломил бровь.

Магия. В леди Рэйдс. Ага.

— Я видел эту девушку два дня назад. Лично снимал показания по уровню и сканировал тело. Будь у неё настоящая магия, прибор бы показал. Будь леди отравлена, я бы ощутил.

— Ты сам говорил, что нелегалы ведут разработки по новым ядам, — напомнил племянник. — Что эти яды могут не опознаваться простым сканированием. Ещё ты утверждал, что они могут влиять на любой аспект, а значит, в теории, способны приглушить и уровень магии.

Дрэйк мимолётно поморщился и не удержался от сарказма:

— Когда это я такое говорил?

Но было. Правда было. Разработки действительно велись, однако отыскать лабораторию пока не получалось.

После паузы высокий лорд процедил:

— Ладно, допустим.

— Да что допускать, — горячо воскликнул Нэйлз. — Она не нулёвка, я отвечаю.

— Напомни-ка ещё раз, когда ты это обнаружил?

— Вчера. — Нэйлз всё-таки потупился, не в силах смотреть в строгие глаза. — Сразу после того, как украли. Я был на козлах, толком Алексию и не видел. Но когда приехали в особняк Уортсов, все начали общаться. А я возьми, да потянись к ней… А от неё магией веет.

— Измерение прибором проводил? — уточнил Дрэйк.

— Конечно нет. Измерителя при себе не было. Но по ощущениям у неё не ниже, чем второй.

— А почему не третий? — снова не удержался от сарказма высокий лорд.

Тут парень дрогнул. Прозвучало как-то… изобличительно.

Впрочем, обошлось. Дядя не подозревал, а банально злился, понимая, каким будет продолжение. Даже сказать не дал! Ответил раньше, чем Нэйлз озвучил просьбу:

— Правящий род не будет помогать Рэйдсам.

— А если благодаря Алексии мы сможем выйти на след этих нелегалов? Если с её помощью сможем прижать лорда Бертрана, который, судя по всему, с этой лабораторией связан? Ведь пилюли, как утверждает Алексия, навязал именно он.

«Гадёныш малолетний, — молчаливо выругался Дрэйк. — Подловил».

Ведь одно дело помогать девице Рэйдс, и совсем другое решать вопрос, связанный с безопасностью империи. Если Алексию действительно травили, да так что проседал подросший в процессе полового созревания уровень магии, то это, как говорится, уже другое.

— Чего ты хочешь? — пробурчал Дрэйк. — Ведь понимаешь, что прямо сейчас мне не до этого?

— Алексии нужно убежище.

Высокий лорд иронично хмыкнул.

— Так у неё уже есть. Ваш гостеприимный особняк.

— Полагаешь лорд Бертран не найдёт способа до неё добраться? — Нэйлз сложил руки на груди, частично копируя позу дяди. — Имущество рода Рэйдс слишком лакомый кусок, да и сама Алексия… она всё-таки хороша.

Да, Дрэйк понимал. Всё понимал. Сейчас он сопротивлялся скорее по привычке. Просто не хотелось участвовать во всей этой затее.

Но здравый смысл и желание выйти на нелегалов взяли верх:

— Хорошо, убежище предоставлю, но ненадолго. И учти, я помогаю Алексии в первый и последний раз.

С этими словами он обогнул стол и вытащил из ящика маленький стальной ключ — дубликат ключа от его личной, не засвеченной ни перед кем, кроме племянника, квартиры.

Правда, когда отдавал ключ, не сдержался:

— Если узнаю, что вы там развлекались… ну ты понимаешь как… то выпорю обоих. Не смейте осквернять моё холостяцкое убежище.

Нэйлз хотел выглядеть взрослым, но позорно покраснел.

То самое, о чём говорил Дрэйк, в его жизни, конечно, присутствовало, но Алексия в число любовных побед не входила. Более того, до минувшей ночи у него и в мыслях не было! Зато, когда оказались в подпространстве, кровь всё-таки взыграла. Даже близкая опасность в лице засевшего возле колонны Первохрама дяди, не смогла этот интерес остудить.

Однако прижать Алексию к стене и, например, поцеловать, он не решился. Сообщницу в этот момент интересовало что угодно, кроме поцелуев.

В итоге Нэйлз пробормотал:

— Даже не думал о таком. Тем более пилюли… они и на голову повлияли.

— То есть? — Дрэйк, который уже отправился к выходу, притормозил.

— С памятью у Алексии беда, элементарных вещей не помнит.

Дрэйк невесело хмыкнул. Девица в беде? Знаем, знаем… Подобное сильно цепляет. Некоторые готовы из кожи вон лезть, чтобы побыть героем, и это прямой путь к влюблённости. Но если Нэйлз влюбится настолько, что заговорит о свадьбе, то придётся отправить племянника в какой-нибудь очень далёкий, очень суровый гарнизон.

Уж что, а служба в тяжёлых условиях выбивает любую дурь. Хотя Алексия Рэйдс, если немного откормить, действительно красива.

Но ведь лицо, как и тело, не главное. Человек — это нечто большее, чем физическая оболочка.

Впрочем, хватит. Дел по горло, ключевой артефакт непонятно где, мир на грани катастрофы, а он зачем-то решил побрюзжать.