Как в музее, старые афиши

В комнате актера, целый ряд.

Публика его давно не слышит:

Выступал часто, говорят.

На афишах имена и даты,

С ними он на сцену выходил, —

Подтверждают: было все когда-то:

Жар души, кипенье юных сил.

Жизнь текла в холодном гулком зале,

В запыленной прелести кулис,

И гастроли крепко повязали

Молодых актеров и актрис.

Что сегодня званья и награды,

Если по призванью лицедей,

Он не знал в судьбе другой награды,

Кроме восхищения людей?

Щедрые приняв аплодисменты,

А бывало, и цветов букет,

Знал актер счастливые моменты

И на бис исполненный куплет.

Но в погоне за химерным чудом

Навсегда вошел в чужую роль

И не сразу понял он, откуда

И зачем явилась эта боль?

Он отобразил ее в спектакле,

Перед рампой сердце разорвал.

Жизнь была им сыграна, не так ли?

И настал трагический финал…

Юбилей отметили коллеги,

Проводив с почетом на покой.

Он скрипел, как будто ось телеги,

Был весь день какой-то не такой.

А потом один ушел с банкета

К величайшей радости коллег.

Хоть и брел домой в начале лета,

Голову ему напудрил снег.

Поднялся с трудом к себе в квартиру —

Безучастно ходики стучат.

Все афиши возвестили миру —

Ни детей не будет, ни внучат.

Старые, пожухлые афиши —

Словно сон домашнего тепла,

И его рыданий не услышит

Та, что здесь когда-то с ним жила…