Подполковник Вандна Десаи получила вызов, сидя на пленарном заседании конференции по водной безопасности в Таразе^(пер.4). Не то, чтобы это стало полной неожиданностью, — она знала, что значится в донельзя коротком перечне офицеров-кандидатов на определенного рода задания, и поглядывала за новостями, но все же оторопела, когда сообщение полковника Лесли Кэмпбелла вытащило ее с последнего дневного пленарного заседания.

— Они потребовали тебя, — сказал он ей.

— Когда?

— Немедленно.

Шестью часами позже за окнами ее поезда проносились со скоростью 600 километров в час¹⁶ освещенные луной деревья и холмы южной части Центральной Азии. Ушло какое-то время, чтобы выбраться извилистым маршрутом из новых пригородов Тараза, который стал одним из городов, чудесным образом преображенных новым Шелковым путем¹⁷. Но как только поезд выкатился на открытое пространство, он понесся с удивительной скоростью. Высокоскоростные китайские железнодорожные трассы до Европы, Ближнего Востока и Пакистана пробудили Центральную Азию, а Тараз, в свою очередь, практически в одну ночь превратился из изолированной столицы провинции в высокотехнологичный коммерческий центр. Канада проявляла немалый интерес к сотрудничеству с этим динамичным и все более процветающим урбанизированным центром.

Где-то слева скрывались Гималаи, которых Десаи ни разу не видела, несмотря на то, что много лет работала в этой части света. Наиболее здравомыслящие пассажиры вокруг нее старались заснуть, но сама она погрузилась в тихие переговоры и, отвернувшись, не видела ни поезда, ни расстилающегося за окном пейзажа. Она участвовала в совещании¹⁸ через свою AR-оснастку¹⁹.

— Мы в качестве своего вклада соберем подразделение CHERT, — выступал сейчас генерал-лейтенант Прайор из Объединенного оперативного командования. — Подполковник Десаи в течение 24 часов примет его под командование на месте в городе Урлия. — Там и тут вдоль виртуального конференц-стола закивали человеческие и виртуально-человеческие²⁰ фигуры. Все они вместе занимали один из безопасных уровней системы конференц-связи многонационального правительства; окружение представляло собой далекого потомка онлайновых миров наподобие Second Life©²¹, где людей олицетворяли сгенерированные компьютером аватары²². В данном, однако, случае большинство аватаров были фотореалистичными²³, да и сама комната могла бы показаться Десаи реальной, если бы она телом не чувствовала вибрации поезда.

Один из представителей НПО^[НПО] спросил: «Чем займется эта CHERT?».

— CHERT означает «Комплексная группа гуманитарного/экологического реагирования»^[CHERT], — ответил ему Прайор. — Это не постоянная структура; мы формируем CHERT, когда возникает необходимость. — Бóльшую часть времени подразделение проводит в состоянии потенциала, воплощенное в виде помеченных ярлыками материальных запасов²⁴, приписке к нему авиатехники и кораблей, а также контактов с персоналом²⁵. Суперкомпьютер канадских сил²⁶ меняет схемы логистики в режиме реального времени, гарантируя, что в случае катастрофы соответствующая команда может оказаться на месте в течение нескольких часов — в любой точке мира.

— Мы отправимся туда, чтобы разобраться в причинах вспышки, — добавила Десаи. — Кроме того, мы планируем добавить новые опреснительные²⁷ мощности и, что более важно, инфраструктуру распределения воды, чтобы помочь смягчить непредвиденные последствия, оставшиеся от предыдущей миссии, которая не учла местной политической динамики.

— Что, в самом деле? — оживились при этих словах двое участников из молодых арабских демократий²⁸. — Мы можем помочь.

— Хорошо, — сказал Прайор. — Вы смогли бы выделить пару посредников для работы с полковником?

— Конечно.

Позади арабских представителей вырисовались две человеческие фигуры и обошли стол, чтобы занять места позади Десаи. Это были посредники: аватары не людей, но организаций²⁹. Посредники стали привычным элементом сегодняшнего Интернета, который с развитием включил в себя массовую распределенную прослойку управления связями между заинтересованными сторонами³⁰. Теперь вы могли взаимодействовать с посредником страны, компании или человека, как если бы он тоже был человеком, и изначально их спроектировали так, чтобы они автоматически получали характерные черты того субъекта, который представляли. Эти черты проявлялись во внешности и личном стиле посредника; к примеру, еще до того, как информация о возможностях и утилитарных свойствах посредников широко разошлась в глобальной сети, одна компания, которая хвасталась своей честностью и порядочностью — но попадалась на незаконной деятельности того или иного рода, — выглядела в Сети довольно ушлым субъектом с повадками проныры³¹. Однако прошло совсем немного времени, прежде чем хакеры осознали значимость посредников и начали предлагать услуги по переделке виртуалов, убирая из внешности посредника признаки манер его владельца — за солидную мзду. Чтобы установить, насколько можно довериться посреднику, теперь требовались исследования и анализ в старом добром стиле.

Двое посредников из водохозяйственной компании, которые только что добавились к команде Десаи, выглядели как девушки со свежими и открытыми личиками.

— Что насчет вспышки? — спросил представитель Министерства здравоохранения и безопасности многонациональной индо/пакистанской зоны³². — Там называют это Новой Потницей, или НП. Они не знают, что это такое; оно не походит ни на одну известную болезнь. Люди умирают, и пока не началась всеобщая паника или глобальная вспышка, нам требуются немедленные меры.

Руку поднял министр иностранных дел многонациональной зоны. Он председательствовал на совещании, и именно его ведомство созвало на него все эти заинтересованные стороны.

— Мы забегаем вперед, — сказал он. — Теперь, коль скоро призваны иностранные службы, нам нужно определиться с масштабом операции. Прежде всего, мы имеем дело с множеством одновременно стоящих проблем: засуха, массовая миграция фермеров в город, преступность и коррупция, а теперь еще и эта вспышка болезни. Ни одна группа не сможет справиться с этим всем, поэтому я и пригласил сюда сегодня всех вас. Но я должен убедиться в консенсусе относительно того, как мы будем решать эту проблему. — Он что-то сделал на своем конце соединения, и иллюзия того, что они все вместе сидят в конференц-зале, исчезла³³. Он полностью убрал одну из стен офиса, а затем в темном провале на ее месте появились организационные схемы, словно причудливые облака в бесконечном небе. — Внешние агентства должны будут работать под нашим руководством; способны ли вы это обеспечить? — Вопрос адресовался полковнику Кэмпбеллу, начальнику управления оперативного назначения канадского контингента.

Кэмпбелл кивнул:

— Часть нашей доктрины — это то, что мы называем комплексным подходом. Мы уже пару десятилетий как проводим на практике операции с множеством заинтересованных сторон; полагаю, в первую очередь именно поэтому вы обратились к нам. CHERT — это пример того, что мы называем пакетом возможностей, совокупность оперативных концепций, командных и силовых структур, соответствующей доктрины, подготовки и обучения, технологий и систем с инфраструктурой поддержки, которые могут быть быстро собраны на месте для выполнения конкретной миссии. В ситуации работы в блоке наши пакеты возможностей включают инструменты и процедуры для быстрого планирования на основе консенсуса с нашими партнерами. Наши солдаты полностью тренированы в самосинхронизации и командной маневренности. Например, в подобной операции мы создаем пакеты прав на принятие решений для всех — от командующего до рядового состава. Каждый знает, какой степенью самостоятельности он обладает³⁴, и они обучены распознавать, когда ей пользоваться. Все эти доктрины развиты на основе комплексного подхода и практических возможностей, которые дают сети НАТО.

Министр посмотрел на генерал-лейтенанта Прайора.

— Кто же тогда ваш босс?

Прайор не клюнул на приманку.

— Я командующий Канадским объединенным оперативным командованием. Мой непосредственный начальник — начальник штаба обороны, а ее начальник — министр национальной и международной безопасности.

Министр улыбнулся, но мэр Урлии подался в своем виртуальном кресле и сказал:

— Мне это не нравится. Кому будут подчиняться эти иностранцы?

— Рахим, я знаю, что это походит на вторжение, — сказал министр, — но это по-прежнему ваш город. У этой канадской CHERT две задачи: вода и расследование вспышки. Они действуют в поле ваших полномочий, а не диктуют сверху.

Он повернулся и указал на одну из оргсхем, зависших у него за спиной.

— Командование и контроль обычно протекают через иерархические структуры. Эта операция не иерархическая. Мы тоже умеем работать в новом стиле, генерал, — сказал он Прайору. — Мы провели анализ стратегического соответствия ³⁵, и он показывает, что мы должны решать эту проблему, организовавшись в тесно интегрированную сеть³⁶. Полномочия будут вытекать из четкого общего видения того, чего мы хотим достичь. Отсюда родятся ваши права на принятие решений. Для координации наших усилий мы применим технологию посредников.

— Хмм, — сказал мэр. — И верно говорят о новом средневековье³⁷. Никто больше ничего не контролирует.

Генерал Прайор кивнул полковнику Кэмпбеллу, который, в свою очередь, открыл индивидуальный канал связи с Десаи.

— Начинайте, — сказал он. — Нам нужны первые шаги на месте уже через 24 часа.

— С вашего позволения, дамы и господа, — сказала Десаи и вышла из виртуального совещания. Она снова оказалась в поезде, окруженная храпящими пассажирами и бок о бок с сюрреалистичным пейзажем, что поспешно мелькал за окном.

Все полномочия уже были получены. Она вызвала виртуальный командный интерфейс и начала перебирать элементы пакета ресурсов. После примерно получаса работы пришел вызов от полковника Кэмпбелла. Она впустила его в свою рабочую среду, где его аватар, вытянул шею, стал присматриваться ко всем открытым окнам и картам.

— Никогда не бывал в Урлии, — сказал он. — Ближе всего находился в Зефре. Шесть миллионов человек, говоришь?

— Меня не существовало 20 лет назад, — вмешалась посредница города, которую подгрузила в своем интерфейсе Десаи. — Раньше я была голой саванной. Когда затопило прибрежные поселения³⁸, люди перебрались на возвышенные места, и так получилось, что мой участок оказался на маршруте скоростной железной дороги. Теперь я — крупный порт и железнодорожный центр многонациональной индо/пакистанской зоны.

— Так вы индийский город или пакистанский? — спросил Кэмпбелл.

— Ни то, ни другое, — сказала посредник. — Я и то, и другое. Я во многом похожа на другие новые многомиллионные города³⁹: они полуавтономны из-за своего размера и экономического веса.

Как отмечал раньше на совещании мэр, на протяжении десятилетий власть национальных государств неуклонно слабела, и мегаполисы⁴⁰ были одной из структур, занимавших территорию образующегося вакуума власти⁴¹. В Северной Америке универсальный проездной билет в Каскадии⁴² — то есть мегаполисе Сиэтл-Портленд-Ванкувер — практически сравнялся в статусе с паспортом. Нигде эта тенденция не проступала так очевидно, как в регионах, где контроль центрального правительства не был силен даже изначально.

— Судя по всему, даже если голод в основном бьет по сельской глубинке, мне, чтобы разобраться с этим, придется обращаться к городским властям, — с гримасой добавила Десаи. — Если мы хотим раздавать пресную воду и лекарства людям в пострадавшем районе, нам придется искать общий язык со всеми. Любой конкретный район может контролироваться городским советом, бандами, кланами, различными религиозными лидерами⁴³ или любым из множества ополчений. Там хватает людей, принадлежащих к сетевым нациям⁴⁴, но у них даже нет многонациональных паспортов. Вот почему я хочу добавить в команду падре Соколоу. Как обученный и опытный парламентер, он уже работал с мирными советами⁴⁵ на местах и имеет гражданство по меньшей мере дюжины инфократий⁴⁶.

— Но не Урлии.

— Верно, но какие-то взаимные перекрытия должны быть. Слушай, Лес, я знаю, что ты подозрительно относишься к Соколоу…

— Я беспокоюсь — можем ли мы положиться, что он будет ориентироваться на наши интересы. Похоже, он относится к его интернетовским привязанностям серьезнее, чем к своему канадскому гражданству.

— Как раз из-за его привязанностей он мне и нужен, — призналась она с улыбкой. Кэмпбелл нахмурился, и она быстро добавила: — Соколоу — практически парень с плаката для модели внешней политики Human Security^47(пер.5). Прайор велел мне подать это для домашней публики так, что мы здесь не бьемся с неприятелем-человеком, а просто с засухой, голодом, а теперь еще и новой болезнью. Соколоу рассматривает национальные государства как инструменты для того, чтобы сделать дело. Они для него — как машинные программы. Но он печется о людях. На него можно положиться в том, что он не упустит из вида сути миссии.

— Ну если ты так ставишь вопрос, то я соглашусь, — сказал Кэмпбелл. — Просто приглядывай за ним.

Она создала виртуального узкоцелевого посредника⁴⁸, который должен был запустить перевод Соколоу в CHERT.

Вандна понимала чувства Кэмпбелла в отношении Соколоу. Тот был одним из самых молодых армейских капелланов на службе и вышел из поколения детей, которые, по всей видимости, уже не отождествляли себя ни с одним традиционным национальным государством⁴⁹. Политическую философию им подарил плюринационализм; ранние онлайновые среды, такие как Second Life© и World of Warcraft™, дали толчок виртуальным экономикам и сообществам, которые по определению были транснациональны. Брайан Соколоу родился и вырос в Летбридже, провинция Альберта, но собственные географические истоки для него не имели значения. Однажды он сказал Десаи, что он и другие его единомышленники воспринимают себя как диаспору; применительно к нему — он вел жизнь эмигранта не из физической страны, а из сугубо виртуального места, известного как Аэфория⁵⁰.

Так что теперь Десаи намеренно подключила к этой операции виртуальную, религиозную в основе (хотя и внеконфессиональную) нацию. Это могло повлечь дипломатические и оперативные последствия, пусть даже Соколоу номинально был гражданином Канады.

Приятный компьютерный голос произнес из ниоткуда: «Въезжаем в Афганистан». Десаи повернулась к окну; ей показалось важным заметить момент пересечения традиционной границы, хотя Соколоу наверняка над этой идеей посмеялся бы. Она вытянула руку, проведя по окну⁵¹, и в нем появились буквы и линии, показывающие границу и названия регионов по обе стороны. Поезд уже был в Бадахшане, а горы на западе были помечены как «Ишкашим». На стекле то тут, то там мерцали маленькие иконки, и она коснулась одной из них. На экране появилась снятая при свете дня фотография Султан-Ишкашимской долины, по которой сейчас мчался поезд.

Вандна видела обветшавшие профили заброшенных зданий вдоль высохшего русла реки⁵². Ледники на востоке исчезали⁵³, и здесь уже ничего не росло⁵⁴, но вдалеке виднелся сверкающий город: Рубати Чельтан, бывший когда-то просто деревней, стал теперь центром добычи полезных ископаемых и торговли на Шелковом пути. Она проверила: ее поезд останавливаться здесь не станет.

Виртуальная посредница Урлии рассказывала Кэмпбеллу о хитросплетениях кланов, банд, мультинациональных советов и религиозных лидеров, управляющих городом. От всех этих сложностей он только головой качал.

— Даже не пытайся удержать все это в голове⁵⁵, — сказала Десаи. — Вот для чего и существует ДопИнт^{56[ДопИнт]}.

— Никогда не доверял этой штуке, — пожаловался тот. — Я люблю знать, с кем я имею дело.

— Ты имеешь дело с людьми, страшно размежевавшимся, кто кому лоялен, — сказала она, — и не только относительно политики. Урлия попадает в область этно-религиозных расколов между Индией и Пакистаном и находится где-то между 17-м веком и 21-м. Бóльшая часть города — это трущобы, но это трущобы с солнечными батареями на каждой крыше и с фабрикатором⁵⁷ в каждом доме.

— Тогда чем ты займешься в первую очередь, когда доберешься туда?

— Мы примемся за водоснабжение и мобильной госпиталь. Я все это получу воздухом из Австралии. Но моей первой задачей будет получить поддержку местных лидеров⁵⁸. А это, боюсь, — вздохнула она, — означает встречи в реале нос к носу с утра до ночи.

Кэмпбелл засмеялся:

— Не забудь принять свой «Алертек»⁵⁹.

— Давно догадалась, — парировала она.

Кэмпбелл отключился, Десаи нажала виртуальную клавишу⁶⁰ и CHERT начала материализовываться.

Автоматизированные погрузчики⁶¹ на складе в Торонто начали загружать материалы на салазки; назначения и размещения происходили в режиме онлайн за считанные секунды. Члены команды получали свои распоряжения одновременно с тем, как их устраивали на авиарейсы. Всевозможные посредники оформляли соглашения о переводах и отпусках для тех, кто был занят другими обязанностями. А где-то в Оттаве какая-то простаивающая система искусственного интеллекта⁶² вдруг обнаружила, что загружается всем, что было известно об Урлии и ее политике.

Еще до того, как Десаи откинулась на сидении и обратила взгляд к проносящемуся за окном поезда пейзажу, у канадских дипломатов в Кабуле, Исламабаде и Нью-Дели прошло обновление их предписаний и инструкций⁶³. Начали свои переговоры виртуальные дипломаты в Аэфории и других онлайновых странах. Ко времени, когда поезд Десаи въехал в Пакистан и стал двигаться к побережью, все облачные⁶⁴ искусственные интеллекты, задействованные в CHERT, перешли в состояние ожидания. Пусть это было нелепо, но она ощущала, будто спешит наперегонки с поездом, и будто и эта конкретная CHERT и вся миссия экстренного реагирования на урлийскую ситуацию — некий трофей, который к рассвету будет заранее выигран либо утерян.