Мне хотелось ее поскорее успокоить и я почувствовал, как мои губы снова растягиваются в улыбке. За сегодняшний день я улыбалась столько, сколько не улыбался за всю жизнь.

— Мне снова придётся тебя развернуть, не хочу говорить с тобой на такие темы и не видеть твои глаза.

И мы снова провернули этот трюк с разворотом.

Смотря ей в глаза, я произнес:

— Значит ты у меня собственница? — я наблюдал, как ее щеки заливает румянец. Это выглядело очаровательно. — Элин, так звали мою мать. И больше никого с таким именем я не знаю. Всю жизнь я боялся и избегал близости, не понимая себя. У меня никогда не было отношений ни с кем. В тот день, когда ты так хотела меня, мне надо было тебя остановить. Двигаться я почти не мог, но в каком-никаком сознании все же пребывал. Конечно же я прекрасно знал, кто так хочет моего тела. Ты закрыла мне глаза, но забыла про наше обоняние. Я знал, что это ты. И не мог допустить, чтоб ты добилась своей цели. Сказать честно, ты была близка к тому, чтобы я позволил тебе все. Произнося имя, я надеялся, что ревность охладит тебя. Результат превзошел мои ожидания. Прости, не хотел причинять тебе боль. Но тогда мне казалось это правильным.

— Элин, твоя мама? — произнесла она, а в голосе слышалось недоверие.

— Да. И я согласен с тобой. Я тоже не хочу тебя делить с кем-то еще. Отныне ты моя, а я твой, — не удержавшись я снова припал к ее губам.

Какая же она вкусная, сладкая моя вишенка. Я посасывал то губы, то язык, имитируя акт любви и с каждым движением, я хотел ее все сильнее.

Не прекращая поцелуя, я перевел руки на ее бедра, положил ноги поверх своих. Не торопясь, поглаживая, подобрался к ее попе и приподняв, резко прижал к своему паху.

Сладострастный стон сорвался с ее губ, я прижал ее к себе еще сильнее. Зарываясь пальцами в ее волосы, произнес:

— Чувствуешь, как ты действуешь на меня? Я хочу тебя, хочу тебя безмерно.

Я смотрел в ее глаза, они стали еще темнее от страсти. Губы припухли от поцелуя и были приоткрыты, продолжая манить.

Когда же эта поездка кончится?

"Сантер!" — рыкнул я, представляя его.

"Что?"

"Когда остановка на ночь?"

"Уже, просто вы никак не доедете до нас"

"И не доедем. Мы остаемся позади вас. Завтра утром догоним. И проследи за своими, почувствую кого, загрызу без сожаления"

"Я надеюсь, у вас по взаимному согласию?"

"Не сомневайся"

“Какой заботливый,” — хмыкнул я про себя.

Я направил своего коня в сторону, уходя глубже в лес.

— А разве мы не догоним генерала?

— Нет, но они не далеко от нас, — сказал резче, чем требовалось и уже мягче добавил, — разве ты хочешь, что бы все слышали твои громкие стоны? — я видел как Гейла смущается и отводит взгляд от моих глаз.

Я много чего хотел сказать на ее такую реакцию, но боялся, что если начну, то уже не остановлюсь и возьму ее прямо здесь, на своем коне.

Мой зверюга подсунул на мои мысли очередную картинку.

"Ну и извращенец. Отстань," — сказал я ему, — "нам нужна красивая поляна."

Фыркнув на мои слова, зверь скрылся.

Проехав еще чуть-чуть я нашел то, что хотел.

***

Гейла

Уткнувшись в его грудь я пыталась прийти в себя, но тщетно. Мысли путались, я плохо понимала где я. У меня была лишь одна цель, и этой целью был он. Я хотела его так сильно, что не могла думать ни о чем другом.

Он аккуратно отодвинул меня от себя, слез с коня, а следом снял и меня.

— Постой пока.

Я наблюдала, как он привязывает лошадь достает вещи и уходит куда-то мне за спину. Повернувшись, увидела перед собой прекрасное дерево. Его огромная, раскидистая крона спускалась вниз и доходила чуть ли не до земли. Я подошла ближе. Бесчисленное количество тонких, извилистых веток, а на них листочки, тоже узенькие и слегка изогнутые. Ветви дерева легко шевелились на ветру, создавая тихую музыку. Неподалеку от дерева я увидела небольшое озерцо:

— Как же здесь красиво, — выдохнула я, — ты знал об этом месте?

— Нет, это вышло случайно, — он расстелил тонкий матрас под деревом, — иди сюда, садись.

Так я и сделала. Он отошел, а я наблюдала, как лучи заходящего солнца осветили верхушки деревьев и падая на воду, ложились красивыми бликами, делая ее золотой.

Прекрасный вечер, с прекрасным мужчиной, подумала я и прикрыла веки от наслаждения. Я почувствовала как он подошел, открыла глаза и ойкнула. Он стоял неподалеку, в руках у него была длинная, не толстая веревка. Лицо его было темным, он смотрел на меня пристальным взглядом, в котором то и дело загорались желтые всполохи. Я почти физически ощущала его желание, стремление обладать мной. Это одновременно и заводило и пугало.

— Ты обещала доверится мне, — его голос был хриплым, с рычащими нотками.

Человек и зверь соединенные одной целью. И эта цель я.

— Я верю, — тихо произнесла.

— Подойди ко мне.

Я встала и не торопясь подошла. Взяв меня за подбородок, он посмотрел мне в глаза:

— У тебя очень красивые губы, — я почувствовала как его большой палец медленно движется по моей нижней губе, — я очень часто представлял их. Хочешь узнать о чем я мечтал?

— Да, — выдохнула я.

— Я мечтал увидеть, как они обхватят мой член, они бы так соблазнительно смотрелись на нем. Как думаешь моя мечта может сбыться?

От его голоса и яркого видения, которое предстало перед моими глазами, волна возбуждения прошла по моему телу, оседая внизу живота.

Я не ответила. Просто не могла вымолвить ни слова.

— Но это потом, сначала я тебя поцелую.

В этот момент он притянул меня к себе и впился в мои губы жёстким поцелуем. Это был поцелуй подчинения, он не ласкал, он брал меня своим ртом. А я сгорала от тех чувств, которые он рождал во мне. Поцелуй длился до тех пор пока я не обняла Медека и не начала судорожно снимать с него одежду.

— Нет, — рыкнул он и отстранился от меня, — сначала ты, раздевайся.

От его слов очередная волна возбуждения прокатилась по мне.

Намеренно дразня, пуговку за пуговкой я расстегнула платье, а после медленно сняла его через голову. Я не отводила от его лица глаз и видела, что каждое мое движение было обласкано его взглядом. Он не торопил, нет. Он как хищник притаился и ждал.

Ботинки тоже полетели в сторону, следом за ними и сорочка. Я осталась обнаженной, легкий ветерок холодил разгоряченную кожу.

— Сядь на матрас, на колени, — приказал он.

Я подчинилась.

Он обошел вокруг меня и присел за моей спиной. Я хотела обернуться и посмотреть, но он не позволил. Обхватил мою голову ладонями и прошептал мне на ухо:

— Сиди и не двигайся, не вертись, ничего не говори. Я запрещаю. Говоришь только когда я спрашиваю. Ты поняла?

— Да, — тихо произнесла я, не понимая, чего ждать.

Предвкушение и страх переплелись во мне. Он обещал, что мы научимся доверять друг другу, я хотела этого тоже.

— Если будешь плохо себя чувствовать, обязательно скажи мне, мы сразу прекратим, — уже мягче произнес он мне на ушко.

От его голоса и дыхания волна возбуждения пронеслась по телу, а вместе с ней и осознание того, что он не причинит мне боли. Он был внимателен и заботлив. Но не успела я об этом подумать, как прозвучало резкое:

— Ты поняла?

— Да, — снова тихо выдохнула я.

Я чувствовала, как он легкими движениями расплел мне волосы. Мягко помассировав мою голову пальцами, нежно поцеловал в макушку. Как же приятно.

В следующее мгновение он встал передо мной, держа в руках мою красную ленту. Яркий образ предстал перед глазами, как он сидел с моей лентой в одной руке, а в другой… Очередная волна возбуждения прошла по моему телу. Неосознанно я подалась вперед.

— Открой глаза, — услышала его команду, я и не заметила, как прикрыла их.

Тут же распахнув, увидела, что, красная лента из его рук куда-то пропала, вместо нее он держал веревку.

— Прикоснись к своей груди, — очередной его приказ.

Неловко поднесла свою руку и легко коснулась.

— Сожми ее, — продолжает он, — представь, что это я касаюсь тебя.

Я сжала, легкий стон сорвался с моих губ. Не знала, что у меня настолько чувствительная грудь.

— Смотри в мои глаза, не отвлекайся!

Снова не заметила, как закрыла их.

— Ещё, ещё прикоснись, покажи, как тебе нравится.

И я касалась, ласкала и сжимала. Он смотрел внимательно. Страсть расплескалась в его очах, дыхание было частым и прерывистым. Я видела, что он тоже был возбужден, но не подавал виду. Под его взглядом мои прикосновения распаляли меня все сильнее. Я закусила губу, чтобы не стонать.

— Хорошо, — послышался его хриплый голос.

Сделав шаг вперёд, он приблизился и присел передо мной на колени:

— Опусти руку, — я подчинилась, — не бойся, я не причиню тебе боли.

О какой боли он говорит, я и забыла думать об этом, только желание было у меня в крови и ничего большего.

Легко касаясь он повесил на меня веревку. Положил на шею ровно, так, чтобы концы были одинаковые. Аккуратно придерживая одной рукой, вытащил мои волосы. Сделал узел на уровне моих плеч, затем еще один на уровне моей груди. Я видела, что он старается не касаться моей кожи, но иногда его руки подрагивали, выдавая волнение. Эти редкие прикосновения проходили яркими волнами возбуждения от которых мне хотелось накинуться на него и снова начать срывать одежду, но я сдерживалась. Понимала, что он не даст мне это сделать. И я обещала слушаться. Смотря вниз я наблюдала дальше, помимо его рук, ловко вяжущих узлы, я видела свою грудь. От тяжелого дыхания она то опускалась, то поднималась. Соски торчали, манили прикоснуться к ним.

— Привстань, — голос его звучал спокойно.

Как он это делает? Я же видела, что он возбужден. Я подчинилась. Его руки скользнули между моих бедер. Это было неожиданно и неописуемо, я поняла, что хочу этих прикосновений еще и еще. Я сгорала от них. Но его руки заменила двойная веревка, врезаясь, она раздвинула мои губы, соприкоснулась с клитором. Она раздражала и возбуждала одновременно.

— Мммм, — так и сорвался с моих губ стон то ли удовольствия, то ли протеста.

Медек встал и зашел мне за спину, я почувствовала как он повел веревку вверх, вдоль моей спины. На уровне шеи он сделал еще один узел и вывел концы веревки вперед. Несколько раз он вел веревку то вперед, то назад, распределяя её по бокам, обводя грудь. Как и прежде, его легкие прикосновения к моей коже возбуждали, а трущаяся между ног веревка, доставляла дискомфорт смешанный с удовольствием. Да, она распаляла, но не доводила до того, чего я так желала. Продолжая наблюдать, я давила стоны. Теперь же, я наблюдала как один из ее концов, он фиксирует на бедре моей ноги. Со вторым поступил так же, несколько раз обмотал вокруг ноги и завязал. Теперь каждый конец веревки обвивал мои бедра, как чулки.

Чуть-чуть отклонился назад, разглядывая, его глаза лихорадочно блестели.

— Какая же ты…, - протянул он, — желанная. Не верю, что ты передо мной в таком виде. Я столько раз представлял это и считал несбыточной мечтой. Но есть ещё кое-что.

Он достал ленту из кармана и все также, стараясь не прикасаться, повязал поверх груди. Красный шелк хорошо очерчивал грудь и набухшие от возбуждения соски.

Встал и обошел.

— Ты моя, — послышалось позади меня, я почувствовала дыхание на своей шее, — мой подарок судьбы.

Подцепив пальцем веревку на моей спине слегка потянул. Одновременно приподнялась моя грудь, а та часть веревки, которая проходила между ног сдавила мой клитор. Я громко застонала.

— Дааа, — вторил он моему стону.

Я наблюдала, как он обошел и встал передо мной. Невольно опустив глаза увидела его, выпирающий через ткань, член, подняла взгляд на него с немым вопросом.

Но он ничего не ответил, лишь легким движением, едва касаясь, обвел мою грудь одним пальцем, поверх красной ленты. Легкая волна удовольствия прокатилась по всему моему телу. А затем он захватил пальцами одной руки сосок, а другой обхватил мою грудь и сжал, он ласкал и сжимал ее также, как я ранее, он доводил до грани экстаза, но не давал упасть в него. Мои громкие стоны оглашали окрестности, умоляя не останавливаться и прося большего. В какой-то момент его руки заменили его губы. Он сосал то один мой сосок, то другой, оставляя влажный след на ленте. Это было невыносимо, я была готова сорваться. Но он снова отстранился. Хотелось расплакаться от того, что не получила желаемой разрядки. Ведь я была так близка. Невыносимо! “Мой невыносимый,” — пронеслась в моей голове мысль.

Он заглянул мне в глаза и охрипшим от возбуждения голосом произнес:

— Гейла, чего ты хочешь?

Я молчала не в состоянии выдавить ни слова.

Он встал нависая надо мной и еще раз произнес:

— Чего ты хочешь?

А меня всю трясло от возбуждения. Как он не понимал, что в таком состоянии я не могу произнести ни слова. Я посмотрела ему в лицо и снова не увидела ни одной эмоции. Лишь глаза выдавали насколько он возбужден. Он ждал. Нет! Он требовал:

— Ну, я жду, — поторопил он меня.

— Я хочу тебя, — выдавила из себя.

Он хмыкнул.

— Я дам тебе то, что ты хочешь, но сначала…

Я как зачарованная наблюдала как он расстегивает пряжку ремня, а затем пуговицу за пуговицей ширинку. На свободу вырвался его возбужденный член

— Ты исполнишь мою мечту. Ты понимаешь о чем я?

Я кивнула, инстинктивно облизнув губы.

— Вслух, Гейла.

— Да, я понимаю.

— Тогда возьми его в рот, возьми настолько глубоко, насколько можешь.

Он приблизился ко мне и ткнулся мне им в губы.

Я с сомнением посмотрела ему в глаза и произнесла:

— Я не умею.

— Я тебе помогу, — поднеся свою руку к моей голове, он зарылся своими пальцами мне в волосы и притянул ближе к своему вздыбленному члену, — смелее.

Легонько поцеловав, я прикоснулась к нему пальцами. Упругий, но в тоже время твёрдый, он приятно ощущался в руке.