– Наши весёлые старты неуклонно подходят к концу! – Светлана Андреевна остановилась перед четвёртым сектором полосы заданий. – Наши трудолюбивые и отважные экспедиции достигли бескрайних и жестоких, но таких прекрасных просторов Крайнего Севера, обошли конкурентов, завоевали себе место под солнцем и даже успели немного подкрепиться, отогреться и восстановить силы! – с улыбкой добавила она под одобрительные смешки болельщиков. – Теперь им предстоит, пожалуй, самое главное.

Она торжественно взмахнула рукой, и её помощницы стянули с четырёх загадочных куч брезенты. Под ними оказались стопки кирпичей, деревянных брусков разной длины и толщины и несколько досок.

Светлана Андреевна повернулась к командам:

– Какое же освоение без заселения, верно? А потому последним заданием для наших участников станет возведение постоянного жилища! Разумеется, мы не будем просить вас построить настоящий дом в реальных размерах. Ваша задача – представить макет строения, в котором вам было бы комфортно жить в условиях Крайнего Севера. Этот этап только на первый взгляд требует силы, на самом деле проверке подвергнутся ваши знания, логика и интуиция. А судить их будет наш главный специалист по северным широтам, проживший и прослуживший там почти всю жизнь, – Андрей Денисович! Поприветствуем его аплодисментами!

Из толпы зрителей вышел высокий мужчина лет за шестьдесят, с небольшим животом, но всё ещё атлетически сложённый. Его тёмно-рыжая с проседью борода зашевелилась от растянувшихся в улыбке губ, а потемневшая от долгих лет работы под открытым небом кожа на лице собралась глубокими морщинами вокруг немного выцветших, но сверкающих силой и юмором серо-синих глаз.

– Это дедушка Алисы и папа тёти Светы, – шёпотом пояснил для Кости Толя.

Светлана Андреевна подождала, пока Андрей Денисович встанет с ней рядом, после чего снова обратилась к командам:

– На сооружение дома вам выделяется пять минут, по окончании которых никто не должен касаться макетов. Главное правило… – Прищурившись, она обвела пристальным взглядом ребят, и Косте показалось, что она на мгновение дольше задержалась на Маше и Алисе. – Лукоморскими силами пользоваться запрещается! Если во время осмотра макетов мы обнаружим следы их применения, команда будет дисквалифицирована! Всем ясно?

Костя вместе с остальными закивал. Действительно, если на этом этапе у кого-то и могло быть преимущество, то у снегурочек, способных скреплять кирпичи и доски льдом. От других лукоморских сил толку особого не было, даже сила и скорость богатырей тут без надобности – кирпичи и доски даже Алиса и Карина легко бы подняли.

– Тогда попрошу команды встать у строительных материалов, – распорядилась Светлана Андреевна. Дождавшись, когда все разбредутся по квадратному сектору, она добавила: – А чтобы вы не подглядывали друг за другом и никто никому не подсказывал, – она бросила насмешливый взгляд в сторону болельщиков, – я на время состязания возведу вокруг вас ледяные стены и буду сообщать время каждые полминуты. Если вдруг вам понадобится помощь, кричите! Все готовы?

Она передала мегафон и планшет Андрею Денисовичу, затем глубоко вдохнула и, сосредоточенно прищурившись, начала медленно поднимать перед собой руки ладонями вверх.

Костя с восторгом закрутил головой: из утрамбованного снега полезли ледяные стены шириной сантиметров десять, запирая команды со строительными материалами внутри одинаковых квадратов. Стены росли быстро, с весёлым мелодичным хрустом, и в считаные секунды достигли высоты двух метров. Они были полупрозрачными, позволяя различить цветные силуэты соперников в соседних квадратах, но разглядеть, что именно те строили, было невозможно.

– Время пошло! – долетел усиленный мегафоном голос Светланы Андреевны.

– Ну ладно, – хлопнул в ладони Толя. – Давайте быстренько накидаем идеи. Какой дом строим?

Костя окинул оценивающим взглядом груду дерева и кирпичей.

– Нужен настил, не ставить же дом прямо на снег.

– Согласен, – кивнул Толя. – Игорь, хватай доску, приставим их вместе.

Втроём они выложили на свободном участке две недлинные доски, получив квадрат со стороной примерно в полметра. Алиса тем временем начала отбирать брусочки для будущих окон, пояснив, что маленькие окна лучше, через них меньше тепла уходит. Её слова побудили ребят выстроить стены в два кирпича толщиной, потому что в доме с тонкими стенами на Севере точно не выжить.

Они быстро вошли в ритм, возводя каждый свою стену, затем недолго поспорили, какая крыша предпочтительнее. Плоскую отмели сразу, Игорь разумно заметил, что на ней будет скапливаться снег, попробовали треугольную, но доски не держались, а скреплять их было нечем. В итоге остановились на покатой, приподняв её над парадным входом, к которому Алиса приделала из брусков и двух дощечек крыльцо под козырьком.

Работали они споро, не отвлекаясь и не мешая друг другу, и закончили почти одновременно с сообщением Светланы Андреевны, что прошло три с половиной минуты.

Все четверо выпрямились и скептически осмотрели своё творение.

– По-моему, ничего, – наклонив голову набок, проговорил Толя.

– Да классно! – подпрыгнув, захлопала в ладоши Алиса.

Костя тоже хотел сказать что-то оптимистичное, но осёкся, заметив нахмуренные брови Игоря.

– Слишком просто, – пробормотал богатырь.

– Ну, я бы не сказал, что это было просто, – снисходительно усмехнулся Толя, отряхивая снег с перчаток. – Но мне кажется, мы неплохо справилась. Наверняка где-то ошиблись, откуда же нам знать, какие дома возводят на Крайнем Севере…

– Вот именно, – поднял на него взгляд Игорь. – Что в нашем макете такого северного? Ну дом и дом, с окошками и косой крышей, скажешь, на юге таких нет? Почему тётя Света делала упор, что экспедиции отправляются именно на Крайний Север? Можно же было и просто на санках покататься, и на гору взобраться, без этой легенды о покорении и заселении.

– Но так же интереснее! – заспорила Алиса.

Костя перебирал в памяти вступительные слова Светланы Андреевны к каждому этапу. Она действительно снова и снова повторяла про Крайний Север, подчёркивала, как трудно было нашим предкам покорять и осваивать этот суровый край вечной мерзлоты…

В голове что-то заскребло, какое-то смутное воспоминание. Что-то насчёт особенностей строительства домов на Севере. То ли он где-то об этом услышал, то ли где-то прочёл, но запомнил, потому что его всегда интересовало всё, связанное с архитектурой…

Внезапно Костя похолодел, будто одна из Вяземских засунула руку ему в грудь и сжала ледяными пальцами сердце.

– Сваи! – прошипел он, в последний момент вспомнив, что кричать нельзя, вдруг соперники услышат. – Дома на Севере строят на сваях, чтобы вечная мерзлота под ними не таяла, и они не заваливались!

Вся команда с разной степенью ужаса и оторопи на лицах опустила глаза на макет.

В чувство их привёл голос Светланы Андреевны:

– Четыре минуты! До конца этапа осталось шестьдесят секунд!

Толя, встрепенувшись, быстро повернулся к оставшимся строительным материалам.

– Один, два, три… Восемь. Восемь кирпичей. Пойдёт, – кивнул он и указал на Алису и Костю: – Вы! Хватайте каждый по четыре кирпича и вставайте по бокам от макета. Мы с Игорем его осторожно приподнимем, и вы быстренько сунете под доски кирпичи.

Времени на споры не оставалось. Костя и Алиса молча кинулись к оставшимся кирпичам. Подхватив и прижав четыре штуки к груди, Костя убежал к дальней стороне макета, а Алиса торопливо переставила свои поближе к доскам-настилу. Они опустились на колени и наклонились к домику, чтобы, как только его поднимут, установить импровизированные «сваи».

Игорь и Толя встали на одно колено для лучшей устойчивости, и брат Кати, переглянувшись с богатырём поверх макета, сказал:

– Поднимаем на счёт три. Медленно, чтоб ничего не завалилось, и сантиметров на пятнадцать, не больше.

Игорь молча кивнул – его рот был занят, он стягивал зубами с рук перчатки. Бросив их в сторону, Игорь просунул пальцы под края досок.

– Раз, два, три! – скомандовал Толя.

К счастью, их домик получился не очень большой, и кирпичи, подготовленные организаторами, были меньше стандартных строительных раза в три, но всё равно те несколько десятков, что ушли на постройку стен, весили, должно быть, килограммов сорок. Оторвать от земли такую тяжесть подростку и мальчику, пусть и богатырю, оказалось не так-то просто, а ведь важно было ещё и поднимать равномерно.

Алисин козырёк, оставшийся на снегу, немедленно завалился, но это было поправимо, Костя больше переживал за бруски в окнах и дверном проёме, которые могли сдвинуться от любого крена и вызвать обвал стен, что они уже не успели бы восстановить за оставшееся время.

Но вот между снегом и досками возник достаточный зазор, и Костя скомандовал:

– Хватит!

Толя и Игорь, покрасневшие от натуги, застыли, держа макет на весу. Костя торопливо схватил сразу два кирпича и просунул их под доски ближе к середине, подгоняемый объявлением Светланы Андреевны: «Тридцать секунд до конца!» Поставив ещё два по краям, Костя, практически распластавшись на снегу, заглянул в зазор, убедился, что Алиса тоже установила все свои кирпичи, и махнул рукой:

– Опускай!

Пока Толя и Игорь, не дыша, медленно ставили макет на импровизированные «сваи», Костя метнулся к остаткам строительных материалов и схватил в охапку разномастные дощечки.

– Помоги мне построить лестницу перед входом! – бросил он Алисе.

Вскочив, та оббежала Игоря и плюхнулась на колени рядом с Костей. В четыре руки они принялись выкладывать перед едва заметно покосившимся, но всё же устоявшим парадным входом стопку из дощечек.

– Десять секунд! – Ледяные стены вокруг них с громким хрустом начали опускаться, трескаясь и крошась.

Верхняя дощечка коснулась парадного входа, Алиса подхватила со снега два упавших брусочка.

– Пять секунд! – начала финальный отсчёт Светлана Андреевна. Ледяные стены опустились уже ниже метра. – Четыре! Три!..

Алиса поставила бруски вертикально по бокам «крыльца», Костя установил на них дощечку-козырёк, и в следующую секунду Толя подхватил девочку, а Игорь бесцеремонно схватил Костю за воротник куртки, отдёргивая от макета.

– Всё! Время вышло!

Плюхнувшись задом на снег, Костя шумно выдохнул – он и не заметил, что уже какое-то время не дышал, – и оглянулся. От полупрозрачных стен, скрывавших команды друг от друга и от болельщиков, остались лишь холмики ледяной крошки. Они немного мешали обзору, и он поспешил подняться. Одного взгляда хватило, чтобы на его лице разлилась довольная улыбка: да, их «сваи» были повёрнуты под разными углами, а ступеньки лестницы были разной ширины и заметно скособочены, но все остальные макеты стояли прямо на снегу! К тому же не все они выглядели надёжными жилищами, на что немедленно обратил внимание главный судья.

Андрей Денисович остановился перед макетом первой команды, похожим на возведённое из кирпичей иглу, макушка которого под собственным весом обрушилась внутрь, и сокрушённо покачал головой. После чего прочёл коротенькую лекцию о том, что эскимосские иглу – жилища временные и возможны только в зимний период, завершив её словами:

– Даже на Крайнем Севере снег летом тает, к вашему сведению, и что же, предлагаете экспедиции под открытым небом ночевать?

Другие две команды в крайности не ударялись и возвели стандартные домики, но и к ним у северного старожила нашлось немало замечаний, начиная от размера окон у четвёртой («С такими дырищами в стенах вы больше улицу обогревать будете!») и заканчивая тонкими стенами у второй. Однако макет второй команды вышел, пожалуй, самым красивым, с ровными стенами, симпатичной пристройкой и треугольной крышей. Костя заподозрил, что тут не обошлось без домового Марка: не в том смысле, что его лукоморская сила как-то скрепила доски, а просто потому, что он интуитивно знал, под каким углом их поставить, чтобы они держались.

Наконец Андрей Денисович неторопливо обошёл макет Костиной команды. Уже по тому, как шевелилась его борода и как он щурился, было понятно, что он улыбается.

– Криво, конечно, – добродушно проворчал он, останавливаясь напротив парадного входа. – И от свай тут одно название, но мы всё-таки судим не архитекторов, а вложенную в макет идею… – Андрей Денисович величаво кивнул дочери. – Четыре балла этой команде.

Толя победно вскинул к небу кулаки:

– Да!

Счастливая Алиса запрыгала на месте. Игорь самодовольно задрал подбородок с таким видом, будто они победили в этом этапе исключительно благодаря ему, и Костя даже не стал его одёргивать, вместо этого благодарно помахал Ланским, скандировавшим «Молодцы!».

Таким образом, к итоговой викторине их команда с восемнадцатью баллами делила первое место в рейтинге с четвёртой. Первая отставала от них на три балла, а Жанне, Коле, Диане и Марку пришлось заранее смириться с поражением: с их тринадцатью баллами они могли бороться разве что за третье место.

Поэтому для Кости не стало неожиданностью, когда Толя без колебаний попросил у Светланы Андреевны самый сложный вопрос – сейчас пришло время рисковать и либо обеспечить себе победу, либо довольствоваться утешительными призами.

Стало так тихо, что Косте почудилось, будто он слышит шорох белых ресниц Светланы Андреевны, опустившей глаза к планшету.

– Что подарил сокол Ивану – купеческому сыну? – громко и чётко озвучила вопрос она.

Алиса просияла и затараторила:

– А я знаю, я знаю эту сказку! Он подарил ему чуд…

Костя, действуя по наитию, зажал ей рот ладонью, обрывая на полуслове. Гораздо позже он поразился, как сильно эти весёлые старты изменили отношение к нему младшей Вяземской, ведь даже сейчас вместо былого страха в её голубых, как кристаллики неба, глазах отразилось одно лишь возмущение. Но это было потом, а пока он шепнул ей:

– Это вопрос на четыре балла! Он с подвохом!

Сердито сощуренные глаза девочки распахнулись, и Костя ясно прочёл в них растерянность: Алиса поняла, что, даже зная, о какой сказке речь, она не помнила ответ конкретно на этот вопрос про подарок сокола.

Но это было не страшно, потому что помнил Костя.

Убрав ладонь от лица Алисы, он поймал на себе взгляд Никиты и, не удержавшись, ухмыльнулся недовольно поджавшему губы другу, ведь именно тот поведал им с Жанной сюжет «Чудесной рубашки» во время их вылазки в лес в начале осенних каникул. А Костя позже, заинтересовавшись его неожиданными ходами, прочёл и саму сказку.

Должно быть, выражение его лица говорило само за себя, потому что Толя тоже в предвкушении заулыбался, и даже Игорь позволил себе усмехнуться уголком рта.

– Вы готовы отвечать? – спросила Светлана Андреевна, намекая, что положенные на обдумывание пять секунд истекли.

Не сдерживая победной улыбки, Костя уверенно ответил:

– Сокол подарил Ивану – купеческому сыну богатырского коня!