Образованные и трудолюбивые продолжают делать то, что им велено, но более не получают того, что заслуживают.

Современная версия пути по умолчанию появилась после Второй мировой, в период беспрецедентного экономического роста. Этот подъем обеспечил стабильные рабочие места с высоким доходом, выгодными предложениями и карьерными возможностями, подарив среднему классу новый уровень благополучия и комфорта. Профессор Радж Четти обнаружил, что 9 из 10 людей, родившихся после Второй мировой, жили в лучших экономических условиях, чем их родители. Со временем люди стали ожидать постоянного улучшения своей жизни. Джон Стейнбек в своей книге America and Americans в 1966 году подметил это настроение:

«Более недопустимо, чтобы ребенок жил в тех же условиях, в каких жили его родители; он должен быть лучше, жить лучше, знать больше, одеваться богаче и, если возможно, работать по другой профессии, чем его отец. Эта мечта уже стала национальной».

К моменту моего выпуска в 2007 году идея, что жизнь должна строиться вокруг стабильной корпоративной работы, уже стала общепринятой. И все забыли, что всего 100 лет назад большинство людей трудилось на фермах.

Питер Тиль, представитель поколения, родившийся после поколения бэби-бумеров, размышляет об этой ментальности в своей книге Zero to One: «Тем, кто жил в благополучные времена, трудно представить, что такие карьеры могут не подойти их детям».

Менеджер активов и писатель-миллениал Джим О'Шоннесси считает главной ошибкой его поколения предположение, что пути, которые работали в прошлом, будут эффективны всегда:

«Это была ошибка моего поколения и наших родителей. Мы решили, что период с 1946 по 1980 годы стал новой нормой. Но это не так! Идея, что можно проработать всю жизнь на одной работе, вырастить семью с двумя детьми и прикупить золотые часы, – это была аномалия».

В то время было ошибкой отклоняться от стандартного пути, как отмечает Тиль: «Если ты был рожден с 1945 по 1955 год, все вокруг тебя улучшалось в течение 18 лет, и это не было твоей заслугой».

Спустя десятилетия после эпохи я выпустился и решил, что лучшим путем к успешной жизни будет стабильная карьера в большой компании. Теперь я понимаю, что это было лишь отголоском того времени. Пути, которые привели людей к успеху в прошлом, были результатом уникальных экономических и исторических обстоятельств, но теперь их больше не существует.

Компания, в которой мой отец проработал 41 год, подтверждает это. Первые 20 лет его карьеры продажи росли на 14 % ежегодно, а в следующие 21 год упали до скромных 4 %. Отец пришел в растущую, развивающуюся компанию, а ушел из большой и застойной фирмы.

К 30 годам я начал подозревать: я что-то упускаю. Как и почти все, кого знаю, я был холост, снимал квартиру и жил далеко от родного города. Те, кто завели семьи, рвали на себе волосы от расходов на детские сады, страховку и домработников. Мы ворвались во взрослую жизнь с уверенностью, что сможем повторить образ жизни родителей, но столкнулись с более сложной реальностью.

В начале карьеры я этого не осознавал. Более того, меня увлекла идея, что работа – это не просто средство для существования, а сама жизнь.