14 мая, 17:03 по Анадырскому поясному времени

Восточно-Сибирское море

Такер лежал на животе на втором этаже каменного здания и прижимал к плечу приклад АК–12 – щека у ложа, глаз смотрит в коллимационный прицел с увеличением.

Со своей выгодной позиции он наблюдал за длинной цепочкой покачивающихся огоньков на выгнутой дугой лестнице. По его подсчетам, их было от восемнадцати до двадцати. Определить точнее было трудно, поскольку пляшущие тени постоянно заслоняли огоньки, однако одно можно было сказать точно.

«Их слишком много».

Нужно как-то проредить это стадо.

Какое-то время назад, вскоре после того как в небе послышался рев реактивных двигателей, наверху началась стрельба. Взрывались гранаты. Часто трещали автоматы. Опасаясь худшего, Такер вместе с Кейном и Марко отступил в лабиринт строений. Тут раздался новый звук – ворчание небольших двигателей, гулкое, с отголосками. Кто-то двигался вниз по ледяному склону. Это предположение подтвердил град мелких ледяных осколков, срывавшихся с края склона, затем там расцвели огни фар.

После этого Такер спешно нашел этот высокий насест.

В прицел он увидел бойцов штурмовой группы в знакомых маскхалатах арктической расцветки и бронежилетах.

«Определенно, русский спецназ…»

Впрочем, у Такера с самого начала не было никаких сомнений в этом.

Бывший спецназовец нахмурился, понимая, что нельзя позволить русским увидеть вблизи замерзший водопад – а также то, что скрывалось за ним. Руководствуясь этой целью, Такер нажал на спусковой крючок.

Резкий грохот ужалил его в ухо, однако он сохранил сосредоточенность. Один солдат рухнул на землю, получив пулю в голову. Такер навел автомат на следующего в цепочке, однако фонарики погасли, практически разом. Лишь несколько пятен света еще оставались какое-то мгновение, но и они исчезли. В последних отсветах Такер разглядел смутные тени, опрометью бегущие по лестнице и спрыгивающие со ступеней.

Он поморщился, поражаясь быстроте реакции. Российский спецназ, элита элит… Такер выждал еще мгновение, однако фонарики больше не зажигались. По-видимому, солдаты были экипированы приборами ночного видения.

«Но в эту игру можно играть вдвоем».

Надев очки, Такер нажал кнопку. Окружающий мир вернулся оттенками зеленого и серого цветов. Отвернувшись в сторону, Уэйн выпустил вслепую очередь из трех патронов. Вспышки выстрелов, усиленные прибором ночного видения, обожгли глаза. Звук в замкнутом помещении напомнил хлопки лопающихся софитов.

На что и рассчитывал Такер.

Ему нужно было заманить как можно больше солдат в этот лабиринт, подальше от водопада. Перекатившись в сторону, он спрыгнул в отверстие в полу, покидая свое убежище, и отбежал подальше от здания, в котором находился.

Такер не мог сказать наперед, сколько спецназовцев войдет в лабиринт, но нужно ему было быть готовым ко всему.

«И не мне одному».

Уэйн нажал другую кнопку на приборе ночного видения. Изображение на экране изменилось. В углу поля зрения появились еще два видеопотока, один от камеры, закрепленной на жилете Марко, другой – на жилете Кейна. Ковальски, прибыв со своей группой в Северодвинск, притащил с собой все оборудование, изготовленное по специальному заказу Такера.

Уэйн прикоснулся к ларингофону. Связное оборудование действовало в дуплексном режиме и в настоящее время было переключено на диапазон УКВ, довольно прилично работающий под землей в зоне прямой видимости. Установив канал связи со своими собаками, Такер изложил им свой план.

– Мальчики, начинаем охоту!

17:30

Туров притаился рядом со старшим лейтенантом Брагиным. Потеряв одного из своих людей, командир спецназа горел жаждой мести. Брагин связался со своим заместителем. Остальные девять человек благополучно укрылись в каменном городе. Они действовали молниеносно. Даже несмотря на прибор ночного видения, Туров практически сразу же потерял всех из вида.

Старший лейтенант заставил Турова укрыться в небольшом приземистом строении, вместе с Сычкиным и Ефимом. Михайлова и Надира остались снаружи, устроившись слева от двери. Еще один спецназовец встал на колено справа.

Туров поднял взгляд вверх. Там, на ледовых полях, стрельба на месте первой стычки за посадочную полосу затихла до отдельных редких выстрелов. Как и предполагалось, коммерческий ледокол оказался неподготовлен к противодействию полноценному штурму. Группа лейтенанта Осина имела приказ запереть экипаж на корабле и ждать, когда «Иван Ляхов» закончит исправлять повреждения и прибудет к месту.

Тем временем Брагин выкрикивал слова приказаний, направляя три пары своих солдат на поиски врага, а еще пятерых оставляя для обороны занятого плацдарма.

Михайлова повернулась к старшему лейтенанту.

– Не надо! – предупредила она, глядя Брагину в глаза. – Оставьте свои основные силы здесь. Стрелок был один. Он явно пытается завлечь ваших солдат в этот сумрачный лабиринт.

– Один он был или нет, – резко парировал Брагин, – я не оставлю вражеского снайпера за спиной!

– В таком случае направьте туда двух человек, чтобы отвлечь его внимание. А остальных оставьте здесь. – Михайлова выглянула в дверь. – Раз стрелок стремится заманить нас туда, мы должны обратить свой взор в противоположную сторону.

Старший лейтенант вопросительно посмотрел на своего начальника. Тот кивнул, полагаясь на суждение Михайловой.

– Скорее всего, она права. Пока что держи своих людей при себе, до тех пор пока мы не оценим ситуацию.

– Ну тогда хотя бы разрешите отправить против стрелка трех человек, – возразил старший лейтенант. – Один отвлечет его внимание, двое его прикончат.

Туров задумался. У Брагина был большой опыт ведения боевых действий в городских условиях. Он воевал в различных горячих точках. Не было причин спорить с ним.

– Выполняй! – приказал Туров.

Брагин передал новое распоряжение своему заместителю. Тот бегом отправился к своим подчиненным.

Заглянув в дверной проем, Надира махнула рукой, привлекая внимание Михайловой и Турова. Она указала на огромный замерзший поток воды. Солнечный свет, просачиваясь из тоннеля вверху, отражался ото льда и, усиленный приборами ночного видения, превращался в ослепительное сияние. Однако Надира указывала не туда, а на основание застывшего водопада. Поверхность льда по мере удаления от тоннеля темнела – но затем внизу снова становилась яркой.

– Что-то освещает лед с противоположной стороны, – прошептала Надира.

– И свет становится ярче. – Михайлова повернулась к Турову. У нее на лице появилось злорадство. – Кто-то сюда идет.

17:35

Грей спешил к выходу из тоннеля. Луч его фонарика уже освещал ледяную стену в конце.

Сердце бешено колотилось у Пирса в груди. У него перед глазами стоял образ Джейсона, упавшего ему в объятия, пораженного острым шипом на конце отростка хищного растения, подобного удару гарпуном. Грей понимал, что если русские одержат верх, молодому программисту не будет спасения – спасения не будет никому.

Приближаясь к выходу из тоннеля, он прислушивался, ожидая услышать новые взрывы гранат, подобные тем, что привлекли их с Сейхан внимание. До него доносились редкие звуки выстрелов – но и только.

«Неужели все уже закончилось?»

Добравшись до ледяной стены, Грей замедлил шаг. Приблизившись к узкому проходу позади каменного трона, он остановился. Чутье подсказало ему: что-то тут не так.

– В чем дело? – спросила Сейхан, подойдя к нему сзади.

Грей поднял руку, сообразив, что же заставило его ощетиниться. Он помедлил мгновение, укрепляясь в своем предположении. После чего сделал единственное, что ему оставалось. Просунув фонарик в щель, швырнул его на открытое место – после чего развернулся, прикрыл ладонью фонарик Сейхан и оттолкнул ее в сторону.

У него за спиной послышались крики, подтвердившие его худшие предположения. Началась беспорядочная стрельба, пули заколотили по льду.

Поняв замысел своего напарника, Сейхан погасила фонарик.

Мгновение назад какой-то уголок подсознания Грея, отточенный годами службы в армии, а затем доведенный до совершенства десятилетием работы в «Сигме», отметил то, что за троном слишком темно. Также его слух не уловил никаких звуков, свидетельствующих о присутствии Такера и двух его собак. Этот страдающий манией преследования уголок, постоянно находящийся в состоянии повышенной готовности, мгновенно сложив эти элементы вместе, закричал: «Тревога!»

К тому же полная темнота позволяла предположить, что незваные гости использовали приборы ночного видения. Вылетевший из щели фонарик показался бы этим чувствительным устройствам яркой фотовспышкой, на какое-то время ослепив тех, кто ими пользовался. Ну а если бы предположение Грея оказалось ошибочным, единственными последствиями стали бы разбитый фонарик и пара перепуганных собак.

Но Грей оказался прав.

Он вытолкнул Сейхан с противоположной стороны ледника, за трон, покрытый резными изображениями морских обитателей. Им ни в коем случае нельзя было отступать обратно к своим товарищам, подставляя их под огонь.

Воспользовавшись кратким замешательством, Грей выскочил из-за трона на открытое место. Он бежал, низко пригибаясь, на тот случай если кто-то из врагов находился с этой стороны и не смотрел туда, куда он бросил свою импровизированную световую гранату. У него за спиной на полу все еще крутился фонарик, обеспечивая им с Сейхан достаточное освещение, чтобы добраться до края каменного лабиринта.

Однако всего через несколько шагов, когда они нырнули между двумя зданиями, окружающий мир погрузился в густую тень. От отдаленных бликов отраженного солнечного света толка было мало. Грей быстро шел вперед, касаясь одной рукой стены, другую выставив перед собой.

В их группе единственными, кто имел приборы ночного видения, были Такер и его собаки. Мысленно выругавшись, Грей укрылся в дверном проеме и попытался связаться со своими товарищами по рации, но услышал лишь треск статического электричества. Он провел ладонью по каменной стене.

«Слишком много камня!..»

К нему склонилась Сейхан, ее голос прозвучал едва слышным шепотом:

– Что дальше?

17:37

Валя мысленно выругалась. Сетчатка ее глаз все еще горела.

«Как они догадались?..»

Ее прибор ночного видения был сдвинут на лоб. Один из солдат уже погасил валявшийся на земле фонарик. Чтобы у всех смогли отдохнуть глаза, были включены красные лампы, направленные на землю. Спецназовцы рассыпались по окраине подземного города, укрываясь от возможного огня снайперов.

Брагин уже отправил трех человек следом за двумя убегающими врагами, однако все понимали, что выкурить их из каменного лабиринта будет непросто. Сознавая это, старший лейтенант приказал своим людям только оцепить это место до тех пор, пока не будет выработана стратегия дальнейших действий.

Однако Валя не собиралась ждать, особенно после того, как ей удалось мельком взглянуть на одного из убегавших. Эта стройная фигура и даже манера бежать прочно запечатлелась у нее в сознании. Валя была готова начать свою собственную охоту, захватив с собой только одну Надиру. Но в прошлом ей уже доводилось действовать чересчур поспешно, и она дорого за это заплатила.

Вот только другие до сих пор не усвоили этот урок.

– Эти двое появились из какого-то укромного закутка, – нетерпеливо обратился к Турову архиерей. – Несомненно, это место имеет большое значение, поскольку по обеим сторонам от него возвышаются два каменных трона. Речь идет о чем-то очень важном.

– С этим придется подождать, – ответил капитан первого ранга.

– Ждать нельзя, – стоял на своем Сычкин. – Мы должны узнать то, что удалось выяснить нашим врагам. И нужно сделать это до того, как восстановится связь, нарушенная солнечной бурей. Как только это произойдет, мы должны будем первыми объявить об этой находке и предъявить на нее права России. Все остальное не имеет значения.

Туров застонал, не скрывая своего раздражения. Определенно, архиерей вывел его из себя.

– Так идите туда сами. Захватите с собой Ефима. Я выделю вам трех человек, но не больше. Первым делом нам нужно нейтрализовать врагов здесь.

Сычкин усмехнулся, демонстрируя обилие зубов. Он открыл было рот, собираясь сказать что-то еще – возможно, выразить злорадное торжество, – однако одного взгляда на выражение лица Турова хватило, чтобы он решил промолчать. Торопясь воспользоваться этим нежданным подарком, архиерей поспешил к Ефиму и Брагину. Выслушав его, старший лейтенант вопросительно посмотрел на своего начальника.

– Пусть идет, – махнул рукой Туров. – Так он, по крайней мере, не будет путаться у нас под ногами.

Брагин кивнул, соглашаясь с этим суждением, и отдал приказ троим своим солдатам сопровождать архиерея и его верзилу-помощника.

Валя проводила взглядом, как они удалились. Протиснувшись позади трона, пять человек скрылись за ледяным занавесом. Через несколько секунд там вспыхнул свет, и Валя поняла, в чем дело. Маленькой группе предстояло спуститься глубоко под землю, где царит кромешный мрак, – а приборам ночного видения для работы требуется хоть какое-то освещение, если только не использовать специальную инфракрасную подсветку. Однако Валя знала, что Сычкин удовлетворится только тем, что увидит своими собственными глазами.

Постепенно свет померк – группа удалилась от входа в подземный тоннель.

– Мы готовы, – подошел к Вале Туров. – Сначала откроем огонь из гранатометов, загоняя наших врагов в затягивающуюся сеть. Затем солдаты выследят их с помощью инфракрасных прицелов.

Валя кивнула, согласная с таким планом.

– Я так понимаю, вы пожелаете сопровождать нас, – продолжал капитан первого ранга.

Валя улыбнулась:

– А вы попробуйте меня остановить.

Она проследовала за Туровым к собравшемуся штурмовому отряду. Два спецназовца уже приготовили к стрельбе реактивные гранатометы.

В ожидании начала обстрела Валя посмотрела на ледяную стену, на мгновение проникнувшись любопытством.

«Черт возьми, что там находится?»