1

4 декабря президент колледжа Белла Хьюберт Крамли объявил, что отпускает всех студентов домой пораньше, из-за разгула ковида в кампусе. 7-го числа — в годовщину Перл-Харбора — он огласил, что весенний семестр будет состоять только из дистанционных занятий.

Родди Харрис в ужасе.

— Для вас, литераторов, это нормально, — жалуется он Эмили. — С незапамятных времён большая часть письменного творчества создавалась в замкнутых помещениях. Но разве мы не должны следовать за наукой, как сказал великий доктор Фаучи?[32] Ради Бога, а как же лабораторное время? Биолаборатории? Химические и физические лаборатории? Как насчёт них? Это наука!

— И это пройдёт, дорогой, — говорит Эм.

— Да, но когда? И что делать до тех пор? Мне нужно обсудить это с Хэмишем.

Хэмиш Андерс — глава кафедры естественных наук, и Эм сомневается, что выпады Родди — а это именно выпады — сильно его тронут. Они с Родди по-прежнему играют активную роль в жизни своего колледжа, но их положение по большей части почётное. Она осознаёт это и довольна своей работой, заключающейся в чтении заявок на участие в писательском семинаре, особенно после того, как не стало Хорхе Кастро, путавшегося у неё под ногами. Это занятие помогает Эм держать себя в форме. И иногда в грудах мусора попадается драгоценный камень. Но её беспокоит кое-что ещё.

— В этом году не состоится рождественская вечеринка, — говорит она, — Мы не пропускали её с 1992 года — почти тридцать лет! Какой позор.

Родди даже не задумывался об этом.

— Ну… это не официальная изоляция, дорогая. Так что люди могут прийти, — он замечает, как она закатывает глаза. — Хотя бы несколько человек.

— Я сомневаюсь. Даже если кто-то придёт, как они будут есть канапе и пить шампанское в масках? — тут ей приходит в голову ещё одна мысль. — А «Звонарь»? Эти олухи, выступающие против элиты и считающие себя репортёрами, будут в восторге!

«Звонарь» — это название студенческой газеты.

Эм обводит руками воображаемый заголовок:

— Вечеринка старых профессоров в то время как Америка пылает в лихорадке! Как тебе такое?

Родди не может удержаться от смеха и Эм присоединяется к нему. Зима не идёт на пользу старым суставам и костям, и они испытывают обычные недомогания, но в целом чувствуют себя неплохо. Настоящая боль вернётся, они знают это по опыту, но в то же время Питер Стейнман очень их выручил.

Конечно, нужно думать наперёд, и они уже начали составлять список подходящих вариантов. Родди любит повторять, что Бог не дал бы им мозги, если б не хотел, чтобы они ими пользовались. Нельзя сказать, что кто-то из них верит в Бога или счастливую загробную жизнь, — тем больше причин продлить эту жизнь как можно дольше.

— Вдобавок ко всему никакой рождественской вечеринки! — восклицает Родди, — Чёрт бы побрал эту чуму!

Она обнимает мужа.

2

Неделю спустя Эмили заходит в гараж, где Родди занят наклеиванием идентификационных стикеров на 2021 год[33] на номерные знаки их универсала «Субару». Рядом стоит фургон с бело-голубыми номерами соседнего штата. Родди время от времени заводит его, подзаряжая аккумулятор, но фургоном они пользуются только в особых случаях. Висконсинские инвалидные номера не краденные, ведь об украденных номерах, как правило, сообщают. Родди изготовил их в подвальной мастерской, и мог бы обдурить любого, пытающегося отличить номера от настоящих.

— Почему ты без пальто? — спрашивает он.

— У меня родилась идея, — отвечает она, — и мне не терпелось поделиться. Думаю, это хорошая идея, но судить тебе.

Родди выслушивает жену и объявляет, что это не просто хорошая, а великолепная идея. По сути, гениальная. Он обнимает её, может, слишком крепко.

— Полегче, здоровяк, — говорит Эм, — Ишиас спит. Не буди его.

3

Ежегодная рождественская вечеринка Харрисов всё-таки состоялась. Её провели в субботу перед Рождеством. Посещаемость лучшая за все последние годы, и никто не носил маску. Некоторые завсегдатаи вечеринок приехали из других штатов (один даже из Бангладеш), но большинство живут неподалеку. Был президент Крамли, а также писатель, преподающий в этом году литературу — Генри Стрэттон (Эмили никогда бы в этом не призналась, но ей приятно думать, что эту должность вновь занимает белый мужчина).

Разумеется, эта вечеринка проходит в «Зум», но с «изюминкой», благодаря которой Родди назвал идею Эм не только великолепной, но и гениальной. Они не могут угостить едой и напитками участников вечеринки в Мэне, Колорадо или Бангладеше, но живущих здесь, в этом городе — ещё как могут, особенно тех, кто проживает в «викторианском ряду», между колледжем и парком.

Чета Харрисов воспользовалась веб-сайтами кафедр английского языка и естественных наук для поиска желающих подзаработать этой ночью, объяснив в чём заключается работа. Предлагаемая оплата невелика (Харрисы не испытывают нужду, но и не богачи), но желающих нашлось немало. Эмили считает, что дело в новизне. Множество сотрудников кампуса — даже несколько преподавателей! — записываются на службу в качестве рождественских эльфов. В ночь вечеринки они наготове, в шапках, как у Санты, и с накладными бородами, как у Санты. Некоторые добавляют к образу чёрные сапоги и цепляют на нос очёчки а-ля Санта. Каждый из рождественских эльфов, как антипод хеллоуиновских попрошаек, доставляет небольшой поднос с канапе местным участникам вечеринки. Плюс упаковку пива «Айрон Сити» вместо шампанского.

Вечеринка имеет оглушительный успех.

Рождественский эльф также приходит и на Ридж-Роуд 93, в дом Харрисов — на этом настояла Эмили. Родди впускает её. Это чертовски привлекательная эльфийка с копной светлых волос и весёлыми карими глазами над белой бородой. Красные брюки Санты подчёркивают длинные ноги, Родди тайком любуется ими (но не слишком тайком для Эм). Эмили проводит эльфийку в гостиную, где стоят оба ноутбука Харрисов — так удобнее для «Зума», дорогая. Эм берёт тарелку с канапе, Родди принимает упаковку «АС».

На экранах ноутбуков поддатые Генри Стрэттон и его девушка из своего викторианского дома (когда-то там проживал Хорхе Кастро и его «друг») распевают «Приходит в город Санта-Клаус».

— Ты, наверное, самая симпатичная эльфийка на свете, — говорит Родди.

— Будь настороже, он как акула, — добавляет Эмили. Эльфийка смеётся и обещает последовать совету. Эмили показывает на дверь. — Тебе нужно ещё куда-нибудь?

— В пару мест, — отвечает эльфийка, показывая на свой велосипед, стоящий в конце дорожки. К багажнику эластичным шнуром примотан холодильник, в котором, вероятно, ещё две завернутые в пленку тарелки с канапе и две шестибаночные упаковки пива. — К счастью сейчас достаточно тепло для езды на велосипеде. Профессор, это была фантастическая идея!

— Спасибо, дорогуша. Очень любезно с твоей стороны.

Эльфийка искоса бросает на Эмили застенчивый взгляд.

— Я посещала ваш курс о ранних американских писателях за год до того, как вы ушли на пенсию. Потрясные лекции.

— Рада, что тебе понравилось.

— А в этом году я наконец-то решила подать заявку на участие в семинаре. Ну, вы знаете — писательский семинар? Вы, вероятно, наткнетесь на мою работу, если будете читать их для мистера Стрэттона.

— Да, но если ты запишешься на осенний семестр в следующем году, думаю, у нас будет кто-то новый. — Эм понижает голос, — Мы пригласили Джима Шепарда. Хотя я сомневаюсь, что он согласится.

— Это было бы чудесно, но я, наверное, не пройду отбор. У меня не очень хорошо получается.

Эм изображает, будто затыкает уши.

— Не желаю слышать, что писатели говорят о своей работе. Важно то, что работа говорит о писателе.

— О, думаю, это очень верно. Ну, мне пора. Наслаждайтесь своей вечеринкой!

— Конечно, — говорит Эм. — Как тебя зовут, дорогуша?

— Бонни, — отвечает эльфийка. — Бонни Даль.

— Ты всегда ездишь на велосипеде?

— Кроме как в непогоду. У меня есть машина, но я люблю велосипед.

— Очень полезно для здоровья. Ты живешь поблизости?

— У меня небольшая квартирка в доме возле озера. Я работаю в библиотеке Рейнольдса и подрабатываю — от случая к случаю — когда могу.

— Если в ближайшем будущем ты захочешь подработать, возможно, ты могла бы мне кое с чем помочь. — Эм гадает, ответит ли Бонни «чудесно» или «потрясно».

— Правда? Это было бы чудесно!

— Ты ведь дружишь с компьютерами? Должна, раз работаешь в библиотеке. Я с трудом могу включить свой ноутбук без помощи Родди. — Эмили лжёт с обезоруживающей улыбкой.

— Чинить не умею, но работаю с ними, конечно!

— Можно твой номер, на всякий случай? Но ничего не обещаю, имей в виду.

Бонни с радостью соглашается. Эм могла бы добавить номер в контакты своего айфона в мгновение ока, но, не выходя из образа компьютерного «чайника», она царапает телефон на салфетке с изображением танцующего и явно нетрезвого Святого Ника и надписью «СЧАСТЛИВОГО ПРАЗДНИКА!»

— Счастливого Рождества, Бонни. Возможно, мы ещё увидимся.

— Круто! Счастливого Рождества!

Девушка уходит по дорожке. Эмили закрывает дверь и смотрит на Родди.

— Красивые ножки, — замечает тот.

— Мечтай дальше, Лотарио[34], — отвечает она и оба смеются.

— Не только эльф, но и начинающий писатель, — говорит Родди.

Эм фыркает.

— Потрясно. Круто. Чудеееесно. Сомневаюсь, что она сможет написать что-то оригинальное, даже если приставить ей пистолет к виску. Но нас ведь интересуют не её мозги. Так?

— О, не говори так, — отвечает Родди, и они снова смеются.

У них есть небольшой список возможных кандидатов на следующую осень, и эта рождественская эльфийка будет неплохим дополнением.

— При условии, что она не веган, — говорит Родди. — Нам не нужна ещё одна их этих.

Эмили целует его в щёку. Ей нравится грубоватое чувство юмора Родди.