Лис приехал раньше, вошел в кофейню, занял свободный столик.

Ирина Ильинична появилась почти сразу же. Туманов наблюдал, как женщина идет прямо к нему.

Встал, отодвинул стул.

Женщина устроилась, улыбнулась.

Мать Василисы ему нравилась, за исключением единственного минуса — она на кой-то черт вышла замуж за отца. Зачем? Лис не задумывался прежде. А теперь почему-то вопрос всплыл.

— Как ваши дела? Васенька говорит, все у вас хорошо, — начала она.

Лис усмехнулся. Поболтать потянуло? Ну что ж. Ради Конфетки он поболтает. Десять минут свободных есть.

— Раз говорит, значит, так и есть, — кивнул Лис.

Ирина Ильинична дернула плечом. В этом жесте Елисей прочел нервозность.

Реально? Странно все как-то.

— А вы поболтать, или о серьезном будем разговаривать? — хмыкнул Туманов.

Мачеха убрала солнечные очки, которые закрывали добрую половину лица.

Лис не был идиотом, определенным минимумом располагал. И распознать лиловый синяк даже под слоем косметики вполне мог.

— Откуда такая красота? — прищурился парень.

Он просто ждал ответа. Уже догадывался, каким он будет. Но все равно ждал.

До последнего надеялся, что ошибся.

— Я не знаю, к кому обратиться, чтобы все это уладить мирным путем, — дрогнувшим голосом произнесла мачеха.

— Ирина, млять, Ильинична! — негромко рыкнул Лис. — Какого хрена? Мирным? Он вас отделал, как грушу! Это же он?

Женщина нервно улыбнулась.

— Тебе не нужны мои проблемы, — мотнула она головой.

— Поэтому и вы пришли ко мне? Чтобы накинуть проблем. Так? Значит, говорите все, как есть! — потребовал Лис.

— Максим… он очень сильно изменился за эту неделю, — всхлипнула мать Василисы.

— Он всегда был дерьмом, вы просто смотрели на него другими глазами, — возразил парень. — Рассказывайте, если хотите, чтобы я вам помог.

* * *

Туманов вышел из кофейни. Снег валил стеной, видимость почти нулевая. Но не холодно. Снег моментально под ногами превращался в серую жижу. Лис смотрел на это все будто со стороны.

А сам думал.

Не удивил его рассказ мачехи. Зато развязал руки.

— Ну, что ж, — хищно оскалился Туманов, проследил взглядом за машиной такси, на которой уехала Ирина Ильинична.

Стал бы он действовать, окажись на ее месте не мать его любимой Конфетки? Да кто знает. Но Лис будто ждал именно этого момента. И даже не поквитаться, а так, просто свершить долбаную справедливость.

Сев в тачку за руль, Лис достал телефон из кармана.

Он не собирался злоупотреблять связями и знакомством. Но сейчас ситуация такая, что можно. И даже нужно.

— Здравствуйте, Елисей Туманов беспокоит. Помните? Отлично. Нужно встретиться.

Короткий разговор закончился. Лису продиктовали адрес и время. Через два часа. И ехать сравнительно недалеко. Успеет забрать Василису и оставить ее у мамы с Михой в ресторане. Поужинает, заодно побудет под присмотром.

* * *

— О чем задумался?

— Не бери в голову, сладкая. Так, ерунда, — шепнул Лис.

Василиса, сонная и смешная, прижималась к нему. А он никак не мог отключиться.

В голове роились всякие мысли. В основном, хреновые.

— Из-за мамы? — догадалась Василиса.

— Как же мне охота въебать ему собственноручно, — признался Лис.

Руки неимоверно чесались. Но с гребаным Максим Максимовичем действовать теперь нужно иначе. Он вырос, потому и методы «подросли».

— Ты все сделал правильно, любимый.

Ну вот, пара слов, а он уже счастлив. Вернее, одно. То самое.

— Спи, сладкая, — пробормотал Лис, перебирал длинные пряди, а сам гипнотизировал мобильный телефон. Тот не подавал признаков жизни.

И вдруг экран ожил. Лис торопливо протянул руку и ответил не звонок.

Встал, прошел к окну и внимательно слушал все, что ему говорит абонент.

— Понял, — отрывисто произнес он и добавил: — Спасибо! Буду должен.

— Нет, будем считать, что мы закрыли наши долги. Всего хорошего, Елисей, — раздался твердый ответ.

Лис сбросил вызов.

За спиной раздались негромкие шаги. Василиса приблизилась, обняла его со спины, оплела руками, прижалась щекой между лопаток.

Лис улыбнулся. Ну вот, все он правильно сделал. Ему есть ради кого идти на риск и продумывать все шаги наперед.

— Расскажешь? Как все прошло? — негромко попросила Василиса.

Ему бы хотелось заняться с ней совсем иными делами. А не разговорами. Но понимал, что раз уж пообещал держать ее в курсе дел, значит, так и поступит.

* * *

После встречи с Ириной Ильиничной Лис сделал два звонка.

Один — Аркадию.

Разговор с личным водителем отца вышел сложный. Пришлось сознаться, каким идиотом Лис был в юности, и как сожалеет об этом. Даже извинился за свои «косяки».

Словом, пообщались по-мужски. Перетерли все.

Второй звонок Лис сделал новым знакомым.

Как говорится, все, что ни делается — к лучшему. И даже если для этого Лису пришлось поваляться в клинике и пострадать.

Иронично, конечно. Но зато правдиво.

Оказалось, что тетка, которая стала виновницей аварии и раздробила ему ногу, была не простой. Сама работала в финполе на невысокой должности, зато ее отец исправно трудился в прокуратуре на высоких постах.

Аварию замяли, дело придержали, по бумагам ничего не произошло. На тот момент Лиса все устраивало. Иметь в должниках таких людей оказалось на руку. Возможно, именно это знакомство и вселило чрезмерную уверенность отцу.

Максим Максимович невыгодно вложил часть средств. А когда нашел выход — женить Лиса на дочке магната, то план прогорел. Туманов остался без денег и пошел на крайности.

Ирина Ильинична, новая жена, наряду с руководством интерната распоряжалась и счетами, на которые регулярно поступали деньги от частных пожертвований.

Туманов придумал удачную, на его взгляд, мошенническую схему. Решил «одолжить» часть денег из фонда жены.

Следы побоев на лице мачехи стали свидетельством отказа.

Ирина Ильинична не хотела выносить конфликт из семьи. Но и за свою безопасность боялась.

Потому и пришла к Лису.

Обо всем этом Елисей подробно рассказал Василисе. И не только об этом.

Рассказал о помощи, которую попросил у Надорова — генерального прокурора, отца той самой женщины на красной иномарке, сбившей Лиса.

Услуга за услугу. Лис забывает о долге. Взамен получает крепкое дело о мошенничестве, которое не задвинут в отдел «висяков», всех участников схемы раскроют и надолго закроют.

— Вот такой расклад, — усмехнулся Елисей. — Я сделал все, чтобы отцу влепили срок. Как-то не по понятиям, да?

— Ты все правильно сделал, Лис, — возразила Василиса, обхватила ладошками его лицо, улыбнулась. — Он всю жизнь использовал людей. Можно сказать, что наступил момент расплаты. Твою маму использовал, мою маму, хотел и тебя выгодно продать.

— Знаешь, я бы не стал ничего делать, если бы он не ударил Ирину. Это как-то все расставило по местам.

— Думаю, Аркадий помог тоже из-за мамы.

— Ну и не только, — хмыкнул Лис, — были у нас с ним старые терки. Все решили мирно. Но он, да, помог очень сильно. Многое слышал, записывал. Даст показания. Отцу не выкрутиться без потерь.

— Вот и хорошо, — улыбнулась Василиса. — Ты у меня лучший, Елисей Туманов.

— Жду, не дождусь, когда и ты станешь Тумановой, — переключил Лис тему разговора.

* * *

Елисей никак не решался выйти из машины. Смотрел на серое здание с небольшими окнами, и на тех массивные решетки.

Жутковатое место.

И сейчас Лису нужно было войти именно туда.

Это нужно было сделать. Иначе нельзя. Туманов ведь не трус, а за сделанное ответит.

Пропуск ему подготовили. Благодаря связям Надорова, пропустили без проблем, провели по коридорам.

И вот Лис оказался в небольшой комнате без окон с металлической дверью и охранником.

Туманов усмехнулся. Если вот так выглядит комната, куда приводят посетителей, то как же там у задержанных?

Лис ощутил укол совести. Зря он так, да? Нужно было действовать помягче.

Однако тут же вспомнился синяк Ирины Ильиничны. А еще Лис прекрасно помнил, как плакала мать. Давно, в детстве. Но в памяти эти момент прочно застряли. И всю сознательную жизнь Елисей делал вид, будто не знал, не понимал, был ребенком.

Но нет. Все он прекрасно понимал.

Максим Максимович Туманов монстр, который должен жить среди ему подобных.

В клетке.

А еще Лис не сомневался, что если бы уступил отцу, у того рано или поздно возник бы новый план. И кто стал бы следующей жертвой его игр? Василиса?

Вот ради этой девчонки Елисей и поступил так, как поступил.

Сыграл на опережение.

Металлическая дверь со скрипом отворилась.

Лис смотрел, как конвоир пропускает отца.

— Пять минут, — поставил в известность и вышел.

Наручники так и остались на запястьях Туманова-старшего.

Человек, что сидел сейчас на стуле перед Лисом лишь отдаленно напоминал того Максим Максимовича Туманова, которого Лис видел в последний раз. Ни дорогих костюмов, ни часов, ни лоска. Ничего не осталось. А выползла вся гниль, что пряталась внутри.

— И какой план, сынок? — прищурился отец. — Нужно же действовать. Здесь как бы не курорт.

Лис усмехнулся, а отец продолжал:

— Все эти обвинения «липа». Любой толковый адвокат развалит дело. Ты, главное, найди мне толкового. Понял? У меня есть контакты. Позвони. Завтра же меня выпустят под подписку.

— Предлагаешь мне нанять тебе адвоката?

— Не предлагаю, — мотнул головой, — ты, мать твою, выйдешь сейчас из этого гребаного СИЗО, достанешь мой, сука, телефон, и позвонишь всем, кому можно и нельзя! Возьми и сделай!

— А дальше что? Тебя выпустят. А дело развалят?

— Ты долбоеб, сынок?! Я же четко говорю! И сигарет мне передай через конвоира. Эти падлы вообще стыд потеряли, — шипел отец.

— Все будет не так, — хмыкнул Лис и скрестил руки на груди, — ближайшие пять лет ты отдыхаешь, мотаешь полный срок, а после мы поговорим. А еще, папа, — Лис намеренно выделил обращение, усмехнулся, — я прослежу, чтобы у тебя не было никаких плюшек. Ты обычный, млин, человек, а не бог! Ты не можешь вершить судьбы других.

— О, как ты заговорил, тварь!

— Кого вырастил, того вырастил, — хмыкнул Туманов.

— Забыл, кто тебя с койки вытащил? На ноги поставил? Кто докторов нанял? Перелет заграницу организовал? Думаешь, бесплатно все это прошло??!

— Думаю, что платил ты дедовским капиталом. Тем самым, который достался от брака с мамой. Ничего своего у тебя нет, — возразил Лис.

— Не вздумай меня кинуть, засранец, — прошипел старик, — тащи свой зад за адвокатом! И тогда мы обсудим наши с тобой дела. Просто сделай, как тебе говорят, пацан!

— Все сказал? — хмыкнул Лис и поднялся со своего стула. — Теперь послушай меня еще разок. Я нихрена не стану делать, чтобы вытащить тебя. И знаешь почему? Потому что именно я тебя сюда упрятал. Сиди, блядь, наслаждайся гребаной властью! И на будущее. Не смей трогать мою семью. Или же последние сутки здесь тебе покажутся курортом.

— Слышь, ты, утырок сопливый, — заговорил разъяренно отец, — угрожать мне вздумал!

— Ты меня услышал, — четко произнес Лис и ударил кулаком в дверь. — Мы закончили!

Конвоир тут же открыл двери, пропустил Лиса.

Отец что-то кричал ему вслед. Но Туманов не обращал на его визг и маты никакого внимания.

Все, он донес нужную информацию. Дальше отцу самому решать, лезть на рожон, либо сидеть тихо.

На всякий случай Туманов еще раз позвонил прокурору.

— Да не денется он никуда. Ему назначили адвоката. Тот мне должен. Мы все обсудили. Отсидит полный срок.

— Какие-либо варианты есть?

— Если только нанять толкового адвоката. Но его услуги стоят очень дорого. А как ты понимаешь, все счета твоего отца заморожены. Связи наверняка остались, но я прослежу, чтобы он ими не воспользовался. И у финпола есть к Максим Максимовичу целый список вопросов. Дочка работает в этом направлении, как ты и просил, — подвел итог Надоров.

— А что с мачехой?

— Ирина Ильинична согласилась сотрудничать. К ней вопросов нет. Должность тоже останется за ней.

— Вас понял. Спасибо, Дмитрий Петрович, — поблагодарил Лис.

И выдохнул. Что ж, получается, схема работает. И эту страницу жизни Лис может смело перевернуть.

* * *

— Ребята, а не сказать ли мне тост?

Ресторан был закрыт до завтра. Из посетителей были исключительно «свои» — приглашенные Василисой и Елисеем гости.

Торжество, по современным меркам, было скромным, зато компания веселая и никого лишнего.

Со свадьбой не спешили. И Лиса это злило. Зато Василису все устраивало, было время на подготовку. В итоге за несколько месяцев, что невесте шили платье, обсуждали меню, выбирали фотографа и решали прочие, по мнению двух мам, Ирины и Лары, важные приготовления, Лис успел оформить сделку на покупку квартиры.

Да, двушка. Но на ближайшие три-четыре года им вполне хватит. А после Туманов постарается решить вопрос.

Зато район, где располагалось их новое жилье, был спокойным, спальным, с детским садом и школой неподалеку. А еще радовала планировка и квадраты. Словом, двушка у Лиса и Василисы была добротная.

А больше всего радовало то, что квартира куплена без чьей-либо помощи. По-настоящему личная собственность. Этим Лис и гордился.

Василиса пищала от восторга. Особенно, когда увидела просторную лоджию с видом на парк. Можно любоваться закатами, а не чужими окнами соседней высотки.

И вот, наконец, у них свадьба. Пригласили пацанов из университета, из автосервиса. Василиса позвала товарищей по команде, тренера. И хорошо, что Лис уже всех знал, так бы вспылил на почве ревности.

Был и весь персонал ресторана во главе с мамой и Михаилом.

А свидетелями стали подружка Василисы по универу и Серый.

И сейчас Федьку потянуло на тост.

— А не сказать, — рассмеялся Лис, — лучше с девушкой потанцуй.

Федор отмахнулся, настоял на своем. Хоть и стреляла в него взглядом подружка невесты. Но, походу, Серому она не очень «зашла».

— Я все-таки скажу, — возразил Серов, — если кто-то не знает, то на месте этого придурка должен был быть я.

— Губу закатай обратно, — заржал Лис, обнял любимую крепче. Ага, сейчас прям! Размечтался!

А гости рассмеялись. Почти все знали, что Лис увел девчонку у друга. Что ж поделать любовь, она такая, да.

— Жаль, что такая классная девчонка выбрала не того, — подмигнул Серый, продолжая злить Лиса. Но тот не поддавался на провокацию.

— Кто-то стремиться получить в табло, — пригрозил Лис.

Ладно, поддавался.

— Так вот, я, конечно, сожалею, что Василиса ошиблась с выбором. Но! — посмеивался Федя. — Это ведь любовь, да? Ребят, если серьезно, я за вас охренительно рад. Вась, ну и если вдруг он накосячит, помни, что я рядом.

— Пошел ты, — хмыкнул Лис, поднялся из-за стола.

А вот рукопожатие было крепким. Потому что Серов, несмотря на все подъебки, был настоящим другом.

— Сам пошел, — парировал Федор. — За вас, брат. И…. Горько!

Вот эта часть Лису нравилась больше всего.

Целоваться с любимой Конфеткой он обожал.

За столом прокатились крики одобрения. По традиции, считали вслух.

Василиса, разумеется, смущалась. Лис кайфовал. А что? Имеет право. У него такая жена красивая, что сложно удержаться и не целовать.

* * *

Василиса психовала.

Бесило все вокруг. И погода слишком дождливая. И чай уже остыл. И пирог подгорел. А она хотела приготовить Лису на десерт что-то вкусненькое, когда тот вернется домой после работы.

И задерживался Елисей, хотя уже должен был давно быть.

Словом, раздражалась Василиса по пустякам.

Впрочем, нет, не по пустякам. По делу.

Девушка зло швырнула чертову коробку в мусор.

— Да и хрен с ним! — пробормотала и пнула ведро ногой.

В этот самый момент входная дверь открылась. Лис открыл своим ключом.

— Конфетка, чего в темноте сидишь? — раздалось из коридора.

— Впадаю в спячку, — буркнула она.

Лис вскоре появился на кухне.

Василиса вздохнула. Даже не обернулась к нему. Так и стояла, глядя на парк.

— Что с настроением? — шепнул Елисей.

Он сам подошел, обнял ее за плечи, притянул к себе.

Василиса выдохнула. Накрыла ладонью мужское запястье.

Да, что-то ее слегка занесло. Никто ведь не виноват, что у нее не входит ничерта!

Даже Лис не виноват. Она одна.

Бракованная, наверное. Неумеха. Неудачница.

— Тест сделала, — не сразу, но все же ответила Василиса.

— Да забей, сладкая, — принялся уговаривать Лис. — Значит, не время. Все у нас будет. Обещаю.

— Да просто…, — в запале начала она, но сдулась, растеряла всю злость, выдохлась, — хочешь, разведемся? Тебе нужна здоровая жена, а не с браком.

— Вот не люблю я рукоприкладство, но сделаю исключение. Пороть тебя надо, Василиса, — пригрозил Туманов.

Вася шмыгнула носом. У нее классный муж. Но что-то у них идет не по плану.

Вот уже пять лет они женаты. Бизнес Елисея процветает. Наряду с автосервисами работает и автосалон.

Квартиру они не сменили, просто купили соседнюю и расширились.

У Василисы появилась собственная машина.

Вместе они каждый год улетают в отпуск. А еще исправно откладывают деньги на всякое нужное. Словом, в плане финансов все у них в семье отлично.

А в плане детей — пока тихо. И ведь ни разу, ни разочка они не предохранялись. Вообще не думали о средствах контрацепции.

Василиса уже была у врача, даже у нескольких. Лис тоже проверился по собственной инициативе.

И никаких отклонений ни у них с мужем нет.

И детей тоже нет.

— Чем пахнет? — спустя пару минут обнимашек и молчания, спросил Лис.

— Пирогом. Он подгорел, кстати.

— Уверен, ты наговариваешь. Вкусно поди. Просто ты решила посадить меня на диету, — поддел ее Елисей.

— Зачем тебе диета? Мне нравится твой пузик, — рассмеялась девушка.

По факту, никакого пузика у Лиса и близко не было. Но он слегка подрос, поправился. Держал себя в форме, да. Но Василиса часто и много готовила. А Лис уплетал все ее кулинарные шедевры.

— Не верю. Докажи! — потребовал Лис.

Василиса не стала возражать. Ужин подождет. Все равно его нужно разогреть, уже остыл.

— Раздевайся, Королевич, — фыркнула она.

— Как пожелаешь, сладкая, — заулыбался Туманов.

Спустя несколько минут, Василиса уже не думала ни об отрицательном тесте, ни об остывшем ужине.

* * *

Все повторилось. И пирог, и дождь, и опоздание Лиса с работы.

Но были и отличия.

Во-первых, Елисей позвонил, предупредил, что уже мчится домой, и с минуты на минуту будет. Голодный, уставший, но с грандиозными планами.

Во-вторых, Василиса не стала выбрасывать тест. Наоборот, сделала второй, а потом еще и еще.

В итоге пять разных полосок, палочек, коробочек лежали в ряд на подоконнике.

Василиса, как и в прошлый раз, не стала включать свет. Смотрела на парк, на аллеи, по которым торопливо шли прохожие. Кто-то спешил. Кто-то прогуливался.

— Я дома! — прокричал из коридора Лис, а Василиса с трудом заставила себя стоять неподвижно.

Ей хотелось двигаться, прыгать, визжать от восторга.

Но девушка ждала, когда любимый подойдет к ней.

— А ты чего в темноте? — осторожно спросил он, подошел, обнял, прижал к себе. — Слушай, сладкая, я тут поузнавал. Говорят, можно смотаться в одну тихую деревню. Там какая-то шаманка живет. Что думаешь? Устроим выходные на недельку? Давненько никуда не выбирались.

— А зачем?

— Расслабимся. Ты у меня паришься по пустякам. Нельзя так, конфетка, — вздохнул Лис.

Василиса и сама понимала. В последнее время она слишком сильно нервничает по каждому поводу. Нельзя так, да. Лис прав.

— Если хочешь, можем съездить отдохнуть. Только ни к какой шаманке мы с тобой не поедем, — пряча улыбку, предложила Василиса.

— Да я тоже не особо верю. Пацаны на работе говорили, кому-то помогло, — начал Лис, да осекся, — Василиса?

— Что? — уже открыто улыбалась она мужу, повернулась к нему.

— Василиса-а-а.

— Да что такое? — хихикнула она.

— Не молчи, сладкая. Иначе выпорю!

— Да конечно! — рассмеялась Василиса.

— Ты? Мы? Правда?

— Похоже на то. Или же все пять тестов бракованные, — взвизгнула Василиса и повисла на шее у мужа.

— Охренеть! Ну вот, а ты разводиться собралась. Хренушки! Ясно?! Слово такое забудь, — смеялся Лис, поднял ее, принялся кружить. — Черт! Я идиот.

Осторожно поставил ее на пол и даже руки разжал.

— Эй, верни все, как было! — возмутилась Туманова.

Лис послушно вновь подхватил ее и поднял над полом так, что Василиса оказалась выше любимого.

Обняла его за шею, потерлась носом о его нос.

— Обожаю тебя, мой любимый муж, — улыбаясь, призналась она.

— А я тебя, сладкая, — ответил он. — Отметим это дело? Или тебе нельзя пока?

— Шампанское нельзя, а вот заняться любовью можно.

— Сейчас все будет, конфетка, — пообещал Лис и утащил ее в их спальню, из которой они далеко не сразу вернулись.

А позже, поужинав, устроившись в гостиной на диване, решили, что можно поделиться с близкими такими хорошими новостями.

Сначала позвонили Ларе, а после Ирине. Обе женщины всплакнули на радостях. Пришлось успокаивать, созваниваться уже по видеосвязи, причем, со всеми одновременно.

Лис недовольно кривился, закатывал глаза, жестом показывал Василисе, что пора закругляться с затянувшимся разговором с мамами.

Черту подвел Михаил. Выглянул из-за спины Лары, помахал рукой.

— Все, девочки, остальное при личной встрече.

— Завтра? Мы тогда к вам на ужин, да, Миш?

— Хорошо, — кивнул отчим Лиса и вернул телефон Ларе.

Звонок завершился, Василиса вздохнула.

Нет, она любила мам и Михаила, но в эту секунду ей хотелось остаться наедине с Лисом. Осмыслить, утрясти в голове новую реальность.

— Обалдеть, у нас будет мелкий, — будто прочитал ее мысли, заулыбался Лис и крепко ее обнял, притянул к себе. — Или мелкая. Как думаешь?

— Не знаю, врачи расскажут, — счастливо вздохнула Василиса и накрыла ладонью мужскую грудь, где билось сердце ее любимого.

И кто бы мог подумать, что все сложится именно так? В первую встречу она его высмеяла, ударила. Более того, он вызывал у нее исключительно брезгливость и отвращение. Она не воспринимала его всерьез. Считала тупым избалованным мажором.

А сейчас?

Сейчас ближе Елисея у нее никого нет. Да, есть родня, друзья, коллеги. Но Лис — это ее любимый человек, ее муж, отец ее ребенка, ее Королевич.

Они вместе, и вместе строили планы на будущее. Василиса была уверена в этом мужчине. Знала, что он всегда рядом.

— Теперь ты счастлива? — негромко шепнул Елисей.

— Я стала счастливой, когда встретила тебя, Лис, — совершенно серьезно призналась девушка.

— И по этой причине ты мне впечатала с ноги по морде? — хохотнул муж.

— Признайся, что именно в тот день ты и влюбился в меня, — хихикнула Василиса.

— С первого взгляда, сладкая, увидел и поплыл, — улыбался Туманов.

Несмотря на шутливый тон, Василиса знала: он говорит правду.