Брэди никогда еще не выглядел так хорошо, и Мина никогда в жизни не была так рада его видеть.

Она прыгает ему на руки, и он выглядит удивленным. Когда они вообще в последний раз прикасались друг к другу? После секундного замешательства он включается в происходящее и поднимает ее, кружит в воздухе. Она целует его, и это приятно, как оказаться дома. Он ставит ее на землю.

– Как ты себя чувствуешь, Мина?

Брэди смотрит на ее окровавленное платье. Справедливый вопрос, вероятно, без всякой задней мысли.

– Кровь не моя. И это долгая история, расскажу в другой раз, но я жива и здорова, просто измучена и мечтаю вернуться домой. Я должна сказать, Брэди… насчет нас, я должна извиниться за все.

Он берет ее лицо в ладони и нервно сглатывает.

– Только «да» или «нет». Поняла?

Мина кивает, и слеза стекает по ее щеке на теплую руку Брэди.

А вдруг он ее не простит? Что, если теперь, когда она готова быть с ним, по-настоящему ценить его, решит отступить?

– Ты все еще… любишь меня? – давится словами он.

– Да. Боже мой, да! Дело никогда не было в этом. Дело было в потере Пакстон, а затем в потере себя и…

– Мне достаточно «да», Мина, – шепчет он. – Давай оставим прошлое позади и будем вместе двигаться вперед. Строить новую жизнь.

Как она могла быть так строга к нему все эти годы? Почему он остался и терпел? Мина больше никогда не будет воспринимать его как что-то привычное.

Их догоняют Дерек и Брук, Брэди и Дерек пожимают друг другу руки. Своего рода воссоединение. Брэди, кажется, озадачен тем, что столкнулся здесь с Дереком, но после этого Мина представляет Брук.

– Она знала Пакстон, – говорит Мина, улыбаясь.

С широко открытыми глазами Брэди смотрит на Брук.

– Как?!

– Я расскажу тебе все, клянусь, но сначала давай выберемся отсюда.

– Да, надо еще позвонить в полицию по поводу того дома на Джей-стрит. Вытащить оттуда Карли и ее отца, – говорит Мина.

– И я должна найти Джесси, – говорит Брук Дереку.

– Конечно, обязательно. А потом?

Брук наклоняет голову набок.

– Ты о чем?

– Что будет с нами?

– Наверное, просто начнем жить по-настоящему.