– Есть способ отключить границу? – спрашивает Брук.

– Может быть. Это был твой последний вопрос, – жестко говорит он, не спуская глаз с ее обнаженного тела.

Ну нет уж, это определенно был уклончивый ответ.

– Мне надо что-нибудь конкретное о том, как работают ошейники или граница. Как нам ее отключить? Или мы закончили.

Брук тянется за платьем.

– Ладно. Хорошо. Ошейники отключить нельзя, только она это может. И я. Так же, как отключил ошейник Коди. Но да, есть способ отключить границу.

Брук всегда задавалась вопросом, почему ошейник Коди больше не нужно заряжать и он не взорвался. Но она сосредотачивается на второй части ответа.

– Как?

– Больше никаких вопросов. Снимай.

Брук смотрит на его шрамы. Люди обычно стесняются шрамов, но эти похожи на порезы от ножа, а не на хирургические. Почему он так взбесился? Только когда Митч шагает к ней, она выходит из задумчивости.

– Нет, я сама, – говорит она.

Митч отступает.

Брук расстегивает бюстгальтер и позволяет ему соскользнуть по рукам на пол. Она стоит перед Митчем, опустив руки по бокам. Он осматривает ее с ног до головы, не торопясь, словно смакуя.

Есть способ отключить границу. Надо узнать больше.

– Ты уверен, что хочешь только смотреть? – шепчет Брук, изо всех сил стараясь, чтобы ее голос звучал соблазнительно, но внутренне содрогается. – Ответь на другие вопросы, и я позволю тебе потрогать.

Митч хмыкает, поворачивается, хватает футболку, продевает руки в рукава и натягивает ее через голову.

– Может, позже, когда я вернусь, – говорит он и выходит из комнаты.

Он сегодня еще вернется?

Одеваясь, Брук слышит, как Митч заводит двигатель. Она выглядывает в окно спальни и видит, как машина срывается с места, оставляя за собой шлейф гравия и грязи. Брук спешит в гостиную, где Дерек и Кинси сидят на противоположных концах дивана, как пациенты, ожидающие новостей от врача.

– Есть только один пульт, и он у Грейс. Он все это время врал, – объявляет Брук.

– Это объясняет наличие пистолета, – говорит Дерек. – Зачем ему пистолет, если есть пульт? Что-нибудь еще?

– Есть способ отключить границу.

– Да, и… – подгоняет ее Кинси.

– Я не смогла вытянуть из него как. Он испугался. Мне нужно больше времени.

– У нас нет времени. Свадьба завтра, – шепчет Кинси.

– Он сказал, что сегодня еще вернется. С ней, – понижает голос Дерек.

– Если ты отвлечешь Грейс, а Кинси не попадется ей на глаза, я попытаюсь добиться от него большего.

– Как мне ее отвлечь? Она бьет меня током каждый раз, когда я подхожу слишком близко, – говорит Дерек.

– Не знаю, например, забери у нее пульт. Просто уложи ее, – отвечает Брук.

– Можешь уложить меня, – говорит Кинси Дереку.

Ее кокетливый тон ошеломляет их обоих.

Брук смотрит на Кинси. С чего вдруг она это сказала? Но Кинси пожимает плечами.

– Что такое? Просто к слову пришлось.

Дерек закатывает глаза. Наверное, он уловил намек на незрелую влюбленность Кинси.

– Я почти вдвое старше тебя. Ты же знаешь, да? Я тебе в отцы гожусь.

– И что?

– Ты слишком молода для меня.

– Мне двадцать три!

– Когда ты родилась, мне уже продавали спиртное.

– Ладно, ладно, давайте сосредоточимся на задаче, – говорит Брук. – Когда они вернутся, ты займешься делом, Дерек.

– Мне придется обезоружить Грейс, прежде чем она доберется до пульта или вытащит нож, – бормочет он, проводя рукой по волосам.

Он смотрит в потолок и качает головой.

– Я знаю, это кажется невозможным, но, если Митча в этот момент не будет рядом, у тебя получится.

Это глупо. Дурацкий план, который слишком сильно зависит от случайности и удачи. Дерек прав. Ему нужно выхватить у Грейс и пульт, и нож, а если у него не получится, он труп. Но они в отчаянном положении.

– Ты должен подобраться достаточно близко, чтобы сначала схватить пульт. А без пульта она просто старуха с ножом, – говорит Брук.

– В этот момент я бы убрал ее, без проблем. Я все продумал. Пока Митч может рассказать, как отключить границу, у нас есть шанс.

– Да, – воодушевленно соглашается Брук. Даже если это призрачный шанс, хорошо бы попробовать. – Я уговорю Митча отправить Кинси на улицу или что-нибудь в этом роде, а потом посмотрю, что еще смогу разузнать.

– Как будто я домашняя собачка, – бормочет Кинси.

Брук разворачивается к ней:

– Ты первая на очереди умирать. В чем проблема?

Кинси пожимает плечами и смягчается.

– Да, прости.

Она была такой стойкой последние несколько дней, такой здравомыслящей. Как будто снова стала прежней Кинси. Только иррациональной. Вероятно, она пытается справиться с мыслью о смерти, но все же зачем пытаться затащить Дерека в постель? Как будто мало других забот.

Дерек идет к двери, говорит, что надо еще раз проверить что-то снаружи. Дескать, возможно, есть простой способ отключить границу, который они пока не нашли.

Его нет. Брук и Тайсон уже это проверили, но она не мешает ему уйти.

– Что на тебя нашло? – спрашивает Брук у Кинси, когда Дерек уходит.

Кинси пожимает плечами, и по ее щеке течет слеза.

– Я не готова умереть.

– Ты не умрешь, – лжет Брук. Нет смысла усугублять положение, говоря правду. – Но все равно, зачем ты наговорила это Дереку?

– Не знаю. Наверное, просто хотелось близости, хоть с кем-нибудь. Необязательно сексуальной, хотя это было бы неплохо. Он наверняка хорош в постели, ты же знаешь, что я в этом разбираюсь. И еще я скучаю по маме.

Брук вздыхает и протягивает к ней руку. Какая странная нить мыслей.

– Ты не одна. Я здесь.

Кинси кладет голову Брук на колени и плачет.