К нам в заповедник приехали юннаты из Москвы. Вечером мы возвращались с ними с кордона Липовая Гора. Ребята хотели посмотреть на кабанов, но увидели только бесконечное множество их старых и свежих следов, порои и купалки в колеях дороги. Уставшие юннаты шли шумным табунком, как и кабанчики ходят, растянувшись по дороге, играли в «ассоциации». И все цепочки ассоциаций сходились к кабанам: «дорога-грязь-следы-копыта-кабан». «Земля-порой-рыло-кабан». «Дерево-смола-чесалка-щетина-кабан».

А кабанов все нет. Разочарованные юннаты устали, никому уже не хочется таиться и прислушиваться. И вдруг – хрюканье, визг, рев. Навстречу нашему табунку – табунок кабанов. И тоже не таятся – идут, кричат. Мы остановились сразу, один парень даже уселся на дорогу, устроились дети как в театре: кабанов смотреть!

А тут на дороге затарахтела машина. И кабаны затихли, будто исчезли. Никто не хрюкнет, не хрустнет сухая ветка под копытом, никто не заденет шумный, будто жестяной, дубовый лист.

– Ну-у, прогнали наших кабанов!

Но нет. Машина проехала, и через минуту снова зашумело стадо – хрюк, визг, рев, треск, грохот. Нормальные кабаньи звуки. Юннаты были в восторге. И я в восторге – от способности толстых и коротконогих кабанов исчезать в лесу, ходить неслышно. Я так не могу.