Я знала, что о романе, тем более курортном, Зойка не помышляла. После смерти Джека она закрыла для себя тему отношений с мужчинами. Мы с Марго много раз пытались поговорить с ней и осторожно выяснить, что же произошло там, в Америке. Как случилось, что молодой красивый Джек внезапно умер? Но Скарлетт грустно молчала и уходила от ответов.

Зойка была красива и за годы, проведенные в Америке, приобрела особый шарм. Еще живя в Нью-Йорке, она начала интересоваться искусством и архитектурой, часто посещала музеи и выставки. Одевалась просто, но с шиком, не бросавшимся в глаза, в отличие от Марго, которая любила все яркое и блестящее. Стиль Зойки можно назвать «неброская роскошь». Даже ее квартира была в этом стиле: бежево-серые тона с оттенком пыльной розы, комфортные диваны и кресла, открытое пространство, мягкие шторы на окнах, множество продуманных деталей, создающих особый уют и обжитость, хотя Зойка жила в этой квартире не так давно. Купила она ее случайно, вскоре после возвращения в Москву. Я позвонила ей сразу же, как только узнала, что соседка по лестничной площадке продает квартиру. Через три месяца, сделав ремонт, она стала жить рядом со мной, чему мы обе были бесконечно рады.

Интерьер квартиры настолько пришелся по вкусу многим нашим друзьям, что ее стали приглашать для консультаций, а потом предложили работу в известной компании. Каждый проект, за который она бралась, становился для нее не просто работой, а возможностью воплотить мечты и идеи в реальность. Все замечали, как умело она комбинирует цвета и материалы, создавая пространства, в которых каждый элемент оказывался на своем месте. Ее имя было на слуху в профессиональных кругах. Подход, сочетающий в себе классические и современные элементы, привлек внимание известных архитектурных бюро, которые стали приглашать ее для работы над престижными проектами. Каждый новый проект приносил ей не только профессиональное удовлетворение, но и расширял круг знакомств, давая возможности для роста.

Она много путешествовала, изучала различные культуры, черпала идеи и перенимала опыт у лучших дизайнеров. Поездки позволяли ей привносить в свои проекты уникальные детали и интересные решения, что делало ее работы поистине неповторимыми.

За несколько лет ее репутация выросла настолько, что вскоре Скарлетт, как называли ее теперь все, стала одним из самых востребованных дизайнеров интерьеров.

Она интересно и насыщенно жила, но личной жизни не было совсем. За все на свете нужно платить. Зойкина плата за успех оказалась такой. Ее дни были расписаны по минутам: встречи с заказчиками, подбор материалов, контроль за строительными бригадами. Она создавала пространства, каждое из которых было отражением ее безупречного вкуса. Порой ловила себя на мысли, что словно растворяется в этих проектах, теряя связь с реальностью. Она бежала по кругу, стремясь спрятаться от пережитой боли.

Вечером, за ужином, глядя на Зойку и Яниса, все было понятно. Они постоянно дотрагивались друг до друга, как бы случайно, невзначай, и улыбались какой-то только им понятной загадочной улыбкой. Лица светились, глаза сияли. Я была лишней, и меня это не обижало. Сейчас для меня важнее был звонок от Сергея, и все мысли были связаны только с ним.

Параллельно, все свободное от мыслей о Сергее время я пыталась продумать разговор с Андреем. Обижать или унижать его тем, что влюбилась в другого мужчину, желания не было. Но как объяснить человеку, с которым тебя связывали отношения, что чувства угасли? А если еще честнее, что их никогда и не было? Как объяснить, что совершенно не сработала теория «главное, чтобы тебя любили». Что вместо желания приучить себя, пришло нечто новое, яркое, захватывающее и желанное, имя которому Сергей.

Вдалеке, на горе, светилась огнями телевышка. Звездное небо манило, в голове мелькали варианты, а я все пыталась найти единственный, который будет для Андрея не столь болезненным. Да и можно ли такой найти?

Может, начать издалека? Вспомнить приятные моменты, поблагодарить за все, что было между нами? Или лучше сразу перейти к сути, не тратя время на пустые разговоры? В итоге я решила сказать, как есть, не приукрашивая и не оправдываясь. В конце концов Андрей заслуживал правды, какой бы горькой она ни была. Да и я заслуживаю того, чтобы освободиться от груза, терзавшего душу, и начать новую главу. Но как только я начинала представлять его растерянное лицо, полное обиды и боли, все планы рушились. Я понимала, что разговор будет сложным, и совершенно не была к нему готова.

– Привет, – Андрей ответил сразу.

Просто и лаконично, как всегда. Но за краткостью я чувствовала его настороженность, будто он что-то подозревал. Решимость, с которой я строила планы, улетучилась, оставив место вине.

– Привет, – ответила я, стараясь говорить уверенно, но дрожь в голосе выдала волнение.

Последовала короткая пауза, словно Андрей выжидал, давая мне шанс выложить все, что накопилось. Я молчала, утопая в потоке мыслей.

– Как дела? – спросил он наконец.

Обычный вопрос, который в обычной ситуации не вызвал бы никаких эмоций. Но сейчас казался мне пыткой. Как я могла ответить «хорошо», зная, что собираюсь разбить ему сердце?

Я глубоко вздохнула, собираясь с духом.

– Мне нужно с тобой поговорить, – тихо сказала я, и это было началом конца.

Тишина затягивалась, каждая секунда казалась вечностью.

– О чем? – в вопросе звучала обреченность. Он будто знал, что сейчас произойдет что-то плохое, и готовился к удару.

Я закрыла глаза, пытаясь унять дрожь.

– Мне сложно, – запинаясь сказала я. – Мне очень сложно это говорить, но… я встретила другого человека.

Слова вылетели, словно пули, пущенные в цель. Я ждала бурной реакции, взрыва эмоций, но в ответ была лишь тишина.

Прошло несколько минут, прежде чем Андрей ответил.

– Ясно.

Одно слово, но в нем было столько боли и разочарования, что мне стало физически плохо. Я чувствовала, как разбивается его сердце, и понимала, что виновата в этом. Я предала его доверие и разрушила надежды.

– Знаю, что это ужасно, – попыталась я оправдаться. – Я не хотела, чтобы так получилось.

Но слова звучали жалко и неубедительно.

– Не стоит, – прервал меня Андрей. – Прощай, и будь счастлива.

Экран телефона погас, оставив меня наедине с чувством вины и сожаления. Я понимала, что сломала важное, не зная, получится ли что-то с Сергеем.

На террасе было свежо, и я укрылась пледом. Издалека доносился плеск волн. Легкий ветерок шелестел в листьях оливковых деревьев на склоне. Еще недавно, глядя на звездное небо, я с ужасом думала, что меня украли инопланетяне. А сегодня – с надеждой, что Сергей смотрит на те же звезды и тоже думает обо мне…

Уснула я всего на несколько часов, кое-как успокоив себя тем, что ВСЁ, ЧТО НИ ДЕЛАЕТСЯ, – К ЛУЧШЕМУ… Возможно завтра, как учила Скарлетт, все будет хорошо.

Проснувшись на рассвете, решила заняться йогой. Необходимо было успокоиться и привести мысли в порядок.