Когда Дашини еще была маленькой, Порция взяла ее на четвертый уровень для крещения.

Порция издавна принимала этот ритуал как часть религии, давно уже умершей, и хотя о самом ритуале она мало что помнила и не могла толком объяснить, для чего это всё делается, но чувствовала, что теперь некоторая разновидность церемонии будет вполне уместна.

Она спустилась по лестнице и материализовала себя и Дашини у речного берега близ друидской деревни. Там она вызвала к себе народ, и поскольку она была для них богиней, они пришли. И она сказала: «Этот ребенок будет для вас как дочь, драгоценная и достойная любви. Возьмите ее, заботьтесь о ней и крестите ее, по прошествии семи дней вы вернете ее мне».

Она собралась уходить, но один из друидов почтительно спросил ее, что означает слово «крестить».

– Окунуть ее в воду? Что-то в таком роде? Сделайте ее святой.

По толпе прошел шепоток, а потом почтенный друид сказал:

– А разве она уже не святая?

Порция рассмеялась.

– Что ж, – сказала Порция, – она – святая казнь египетская, в этом можете не сомневаться.

Дашини крепко обхватила ногу матери, и Порции пришлось разнимать ее пальцы.

– Иди, детка, – сказала она, – иди и поиграй с милыми друидами. У них есть несколько хорошеньких волков – они тебе их покажут. А еще у них есть олень.

Дашини попыталась еще раз ухватиться за ногу Порции, но та отошла от девочки.

– Покажите ей Стаю Волков и Белого Оленя, – сказала она друидам. – Я скоро вернусь. Не позволяйте ей слишком уж озорничать.

С этими словами Порция ушла.

Дашини осталась одна, ее маленькие кулачки молотили по материи платья на ней, ее перья медленно сползли по ее спине.

Двое из друидов – Игрейни и Горлоис – подошли к ней. Дашини попятилась от них, но они опустились на колени в траве чуть поодаль от нее и поманили ее к себе. Некоторое время она стояла без движения, но друиды улыбались и продолжали манить ее. В конечном счете она подошла к ним со сжатыми кулачками, ее перья всё еще оставались поникшими.

Они повели ее в деревню в лесу, легонько положив руки на ее плечи, чтобы направлять в нужную сторону.

– Мы не умеем крестить, – сказал Игрейни, – но мы умеем играть.

– А потом мы можем пойти поплавать. – Горлоис показал на излучину реки и ветви плакучей ивы, достающие до воды. Там была и утка с утиным выводком. Была там и выдра.

Дашини переводила взгляд с одного друида на другого, но от застенчивости ничего не могла сказать.

– Кушать хочешь? – спросил Игрейни.

Дашини ничего не сказала, только слегка кивнула.

Горлоис улыбнулся.

– Кажется, у нас есть немного рагу, – сказал он.

Дашини разжала кулачки, перестала молотить ими по платью. Сначала она ухватила за руку Игрейни, потом Горлоиса. Когда они взяли ее за руки, она, неожиданно проникнувшись энтузиазмом, побежала в направлении деревни и потащила друидов за собой, потом оглянулась посмотреть, всё ли в порядке, но беспокоиться ей было не о чем, они поравнялись с ней, а потом Игрейни и Горлоис одновременно подбросили ее в воздух.

Дашини захихикала, а когда приземлилась, прокричала:

– Еще!