Всякий раз, когда я рассматриваю перо из хвоста павлина, мне делается дурно!
Сам по себе термин «половой инстинкт», а тем более «инстинкт продолжения рода», вводит нас в заблуждение. Сексуальное поведение само по себе, конечно, способно приводить к деторождению, но животные, движимые инстинктом продолжения рода, не думают о том, что они занимаются производством потомства.
Животными руководит вовсе не идея продолжения рода, а то, что с ними происходит на нейрофизиологическом уровне: сексуальное возбуждение, сексуальная доминанта и т. д. Появление потомства – это в каком-то смысле побочный продукт их полового поведения, о котором они до поры до времени даже не в курсе.
Да, ради продолжения рода эволюция и запрограммировала в животных определённый паттерн сексуального поведения, но вот в известность о своей цели она их не поставила. В случае же человека сексуальность и вовсе отделилась от инстинкта продолжения рода:
• во-первых, мы, в отличие от других животных, знаем о возможных последствиях своей половой активности и, за исключением редких случаев, пытаемся этих последствий избежать;
• во-вторых, мы, в отличие от большинства животных, способны получать благодаря своей сексуальной активности сильное чувственное удовольствие, а также испытывать более сложные чувства, сопряжённые с сексуальностью: любовь, благодарность, привязанность, эмоциональная близость, ревность, стыд, вина и т. д.;
• в-третьих, наша сексуальность жёстко отформатирована системой воспитания: нас воспитывают в представлении о том, что такое «нормальная» сексуальность, но вместе с тем нас также вольно или невольно информируют и о многообразии возможного сексуального опыта;
• в-четвёртых, социокультурная матрица определяет не только сексуальную жизнь половых партнёров, но и общественную, так скажем, форму их отношений: заключение брака, брачный договор, предполагаемая браком моногамия, права на детей и т. д.;
• в-пятых, сексуальность имеет в нашей жизни не только физиологическое, социальное и этическое измерения, но ещё и эстетическое: стандарты красоты, мода, художественные произведения, эротика и т. д.
Животные не знают, зачем и ради чего они пускаются «во все тяжкие». Они просто не могут не испытывать сексуального возбуждения, если на них воздействуют специфические стимулы и их собственный гормональный фон. И вот Чарльз Дарвин как раз обратил внимание на эти «специфические стимулы».
«Всякий раз, когда я рассматриваю перо из хвоста павлина, – писал Чарльз Дарвин одному из своих корреспондентов, – мне делается дурно!» В самом деле, согласно знаменитому принципу естественного отбора, в эволюционной гонке должен побеждать сильнейший, но огромный хвост снижает шансы павлина на выживание…
Как эволюция могла допустить, чтобы животное отрастило себе такую, по сути, калечащую его штуку? Он ограничивает птицу в передвижении, делает её лёгкой добычей для хищника. Что это вообще за безумие?!
Но Дарвин нашёл ответ: перо павлина, как и множество других странных штук в животном мире, – это, как писал он много позже, «хороший пример того, что наиболее утончённая красота может служить половым очарованием и ни для какой другой цели».
Всё дело в том, что эволюция не слишком беспокоится о выживании конкретной особи… Её, как показал другой знаменитый эволюционный биолог Ричард Докинз, интересует не особь, а ген: именно гены ищут своего продолжения в веках. И хотя огромный хвост павлина не повышает шансы конкретной птицы на выживание, но его красота делает самца более привлекательным для самок.
То есть павлин, может быть, и рискует жизнью из-за нефункциональности своего оперения, но вот его гены как раз-таки наоборот – получают определённое преимущество. Если для самки павлина – павы – красивый хвост оказывается мощным возбуждающим стимулом, то дело в шляпе: гены более хвостатого самца обеспечат себе воспроизводство.
Я не понимаю, почему женщины хотят получить всё то же самое, что есть у мужчин. Ведь у женщин, кроме всего остального, есть и мужчины.
Какое чувство павлин пытается вызывать у павы своим хвостом? Сексуальное возбуждение. Павлины, подобно тетеревам, токуют на ограниченном участке территории. Самки обходят эти квадранты, и, если павлин своим хвостом так воздействует на её чувственность, что она «теряет голову», пава сама входит в квадрант этого павлина, т. е. вверяет себя ему.
Она – пава – делает этот выбор, и, чтобы она на него решилась, павлин должен произвести на неё неизгладимое впечатление. Конечно, люди не павлины, но здесь важен принцип. Мужчины точно так же пытаются произвести на женщину впечатление: кто-то широкими жестами, кто-то готовностью идти на риск, кто-то интеллектуальными способностями и чувством юмора.
В общем, каждый мужчина пытается произвести на женщину сильное эмоциональное, чувственное впечатление по-своему, но именно в этом поведении и проявляется его половой инстинкт.
Половой инстинкт – это не желание продолжения рода, а попытка вызывать у женщины восхищение! Последующие сексуальные отношения, приводящие к беременности, – это уже вишенка на торте, сам «торт» половой потребности – это попытки мужчин восхитить женщину, и их – женщин – желание испытать восхищение мужчиной.
Исходно сексуальность по самой своей природе эгоцентрична: она предполагает желание получить удовольствие любой ценой. Она ревностна и конкурентна, ей свойственны экзальтация и бьющие через край чувства. Она может выражаться специфической принципиальностью, претенциозностью и даже жестокостью.
И это понятно, если не рассматривать данные проявления полового поведения в аспекте культуры, морали или личности: в основе нашего сексуального влечения, нашей чувственной страсти лежит требование эволюции увеличить количество наших генов за счёт своего потомства.
Поэтому мы будем ревновать, требовать к себе любви и внимания, надеяться, что нами будут восхищаться, нас будут желать. Да, на сознательном уровне мы прямо так не думаем, но сознание лишь верхний этаж огромного здания мозга, который создавался эволюцией на протяжении миллионов лет для решения её главной задачи – выживания наших генов.
Впрочем, тому же половому чувству мы обязаны и множеству прекрасных вещей, и целому вееру положительных человеческих качеств:
• именно оно, с одной стороны, способно сделать нас нежными и великодушными, заботливыми и благородными, готовыми на жертву и на подвиг;
• с другой стороны, именно сексуальность вдохновляет художников, поэтов, музыкантов, а также стимулирует интеллектуальное самосовершенствование.
Ведь всё это так или иначе делает мужчин красивыми – читай «привлекательными» – в глазах женщин. А женщины обретают не только внешнюю, но и внутреннюю красоту – их удивительную способность видеть, понимать и ценить прекрасное и великое.
ПРИМЕЧАНИЕ
«Чего хотят женщины и мужчины?»
Мы привыкли думать, что это женщины нуждаются в восхищении. И правда, любой женщине, я думаю, приятны уместные комплименты, внимание и тому подобные вещи. Но ждут ли они восхищения как такового?
Хочется ли женщине, чтобы мужчина пал перед ней на колени и, потеряв дар речи, робел, не смея к ней прикоснуться? Да, здесь очевидно что-то не так…
Женщине важно видеть, что мужчина испытывает к ней интерес и комфортным для неё способом его проявляет, – это правда. Но куда важнее для неё, что это за мужчина.
Женщине важно самой восхищаться мужчиной, и уж только потом она ждёт от него восхищения её привлекательностью и красотой.
Поэтому мужчина эволюционно, биологически и отчасти даже социокультурно нацелен на то, чтобы производить эффект, восхищать женщину своими достижениями, победами, ресурсами, которыми он обладает, силой, решительностью и т. д. и т. п.
Но теперь посмотрим на это с другой стороны. Всё получается красиво и складно, пока мы рассматриваем теорию; практика зачастую вносит в происходящее, мягко говоря, свои коррективы.
Допустим, у вас уже есть отношения, фазу «кружения головы» и её «потери» вы уже прошли. Дальше что? Чего дальше хотят мужчина и женщина? Может быть, удивлю: воспроизводства прежних, тех, самых первых, чувств.
Брак – это риск. Я думаю, что это большой и славный риск, если вы отправляетесь в приключение с одинаковым настроем.
Мужчина хочет, чтобы женщина по-прежнему восхищалась им: видела и ценила в нём его ум, его доброту, его достижения, успехи и вообще всё, чем он пытался её очаровать, когда у них всё только начиналось.
Думаю, многие женщины слышали от своих мужчин: мол, ты хоть понимаешь, как мне тяжело, какая у меня трудная или опасная работа, сколько всего я тащу, чего мне это стоит и т. д.?
Зачем они это им говорят? Просто когда тобой больше не восхищаются, ты пытаешься хоть как-то создать для этого повод – мол, смотри, сколько я всего делаю, восхищайся мной!
К сожалению, форма оставляет желать лучшего, но вы вдумайтесь: он просит о восхищении, он просит, чтобы она увидела, какой он герой и молодец, и тем самым сообщила ему о том, что любит его.
Думаю, вам часто приходилось слышать это словосочетание – «комплекс неполноценности». Но, согласитесь, наверное, не из мужских уст… Однако же правда состоит в том, что самооценка – это то, что для мужчины необычайно важно, и самооценка мужчины невероятно уязвима.
Мужчине важно, чтобы им гордились близкие, родные, а тем более его женщина. Если он этого не чувствует, он становится недовольным, раздражённым, злобным. Если же мужчина становится злобным, он теряет по крайней мере социальный ум, поэтому дальше с ним даже и не договориться.
Ну, а что с женщинами? Чего они хотят?
• Как показывают исследования эволюционных психологов, в частности Дэвида Басса, они хотят видеть в своём мужчине проявление ума и доброты, что делает мужчину хорошим отцом, который способен обеспечить женщину и позаботиться о ней и её потомстве.
• С другой стороны, как показывают исследования другого эволюционного психолога, Джеффри Миллера, они хотят испытывать восхищение: мужчина должен выглядеть в её глазах сильным, решительным, мощным, статным, что говорит о том, что у него есть хорошие гены для её потомства.
Разумеется, всё это, по сути, бессознательные желания, заложенные в нас эволюцией. На уровне сознания и мужчина, и женщина думают об этом как-то иначе, ведь наше сознание создаётся той культурой, в которой мы воспитываемся. Однако же на более глубинном уровне наши потребности именно таковы.
Именно по этой причине, если, например, мужчина перестаёт восхищать женщину, это её буквально деморализует. Если же она начинает испытывать к нему презрение или отвращение – это вообще конец.
Почему, например, многие женщины ждут от своих избранников каких-нибудь «романтических глупостей» – не просто цветов к празднику, а чего-то такого необычного, особенного? Мужчины недоумевают: зачем ей эта ерунда? Живём же хорошо, что ещё надо?!
Мужчина не понимает, что подобный поступок сделает его «восхитительным» в глазах женщины, покажет, что он способен на что-то особенное, что выделит его из числа других мужчин.
Рядовой человек, который счастлив в браке, намного счастливее гения, живущего в одиночестве.
Но это ещё не всё. Да, женщина сначала хочет восхититься, но потом почувствовать и интерес к себе. Так что второе, чего хочет женщина, – это чувствовать интерес к себе, свою важность, ценность для мужчины, свою желанность – именно поэтому она ищет в нём не только романтики, но и решительности его «харизмы».
Тем, что мужчина тогда, в начале отношений, стал ухаживать за ней, проявлять знаки внимания, интересоваться ею, выделил её из числа других женщин, он стал её завоёвывать. И конечно, это приятно, ценно, и это женщине хочется чувствовать всегда.
Но когда предмет страсти завоёван, происходит то, что происходит… Смельчаков-разведчиков не отправляют на завоёванные территории. Мужчину интересует то, что находится за пределами его владений, – он ведь, в конце концов, рождён завоевателем. Впрочем, при таком подходе на завоёванных и оставленных землях скоро будет с большой вероятностью лишь выжженное поле.
Половой инстинкт, с точки зрения эволюции, – это, конечно, инстинкт продолжения рода, но для нас с вами, обычных людей, это желание восхищения. Мы хотим восхищаться партнёром, мы хотим вызывать у него восхищение, испытывать желание и быть желанными.
А сексуальная активность (секс как таковой) и рождение детей лишь следствия той игры чувственных страстей, которые порождаются половым инстинктом.
Мужчина пытается впечатлить женщину; женщины хотят, чтобы мужчины их впечатляли. Или, иначе говоря, мужчина впечатляется женщиной – её красотой, привлекательностью – и пытается произвести на неё впечатление, а женщину это или впечатляет, или нет. От этого будет зависеть её поведение: она или будет испытывать к нему чувство восхищения, или нет.
В этой игре полов скрыта проблема: желание вызывать восхищение можно было бы назвать желанием взять «верх» – заставить потенциального партнёра восхищаться (так сказать, «сбить наповал»), но у вас есть это желание только в том случае, если вы сами в этот момент испытываете восхищение своим партнёром, т. е. смотрите на него как бы «снизу вверх».
Это внутреннее противоречие, скрытое в самой основе сексуального влечения, и порождает в нас чувство страсти, т. е. в определённом смысле сумасшествие – нечто иррациональное, неподвластное разуму, нечто эмоционально травмирующее, а с другой стороны, возносящее на вершину блаженства. В общем, есть свои плюсы и минусы.
Однако же эти минусы многократно становятся сильнее, когда на половой инстинкт наслаивается социальный…