Испытание Пустотой

Пустота мертворожденных идей. Пустота безыдейной обыденности. Песок на ступенях, образующий маленькие вихри под натиском ветра. Пустота внешнего мира, медленно становящаяся пустотой внутренней. Тонущий в мареве горизонт, погружающееся в море крови кровавое же солнце. Внутренняя пустота, постулирующая пустоту внешнюю.

— Ты далеко зашел…

— Да, и я не собираюсь останавливаться.

— Посмотрим.

Жрец-хранитель стоит на ступенях, загораживая собой проход внутрь Зиккурата. Не все так просто, даже уготованные тебе дары не даются в руки сами собой.

— Тебе предстоит испытание, если хочешь идти дальше.

— Какое?

— Испытание Пустотой.

— И в чем оно заключается?..

Ответа не будет, не жди. Пустота не порождает ответов, лишь забирает и поглощает их. Впрочем, закономерно в Пустоте ты не услышишь и вопросов. Жрец-хранитель исчезает, а вслед за ним исчезает и Зиккурат, и алая каша горизонта, и светило, и город, застывший внизу, и моя тень, и, кажется, я сам растворяюсь в пространстве, чтобы навеки стать ничем — Пустотой, растворяющей время и пространство.

В Пустоте ничего нет — кажется, это простая и понятная мысль. И тем не менее Пустота сложна по своей структуре. Она воплощает в себе отсутствие тел, идей, вещей и энергии. Она подразумевает отсутствие великого множества — и это множество приходится держать в голове, чтобы не сойти с ума.

В Пустоте я осознаю, что мой побег или мой поход — какая разница? — напрочь лишен какого-либо смысла. Ведь бежать не от чего и идти некуда. Все мои цели и мотивации — плод моего же воображения. На самом деле ничего этого нет. Ни эпидемии, ни Зиккурата, ни загадок, ни разгадок. Есть Пустота, в которой какой-то ее наделенный сознанием кусок, ее искрящаяся частица, внезапно осознала себя чем-то большим, чем просто частица, и придумала структуру, и задала свое место в ней. Создала антураж и привязки. Написала сценарий, и теперь действие за действием, акт за актом разыгрывает его.

И тогда тебе незачем куда-то бежать. Проникать вглубь лабиринта. Распутывать клубок. Потому что все это — лишь перверсии Пустоты. И ничего этого нет на самом деле.

— И тем не менее…

— Что?

— Если я мыслю, если я осознаю себя, значит, я уже отличим от Пустоты, значит, я могу материализоваться…

— И что?

— Будучи материальным, я могу создавать нематериальное, например, иллюзии…

— Иллюзии — это вариации Пустоты.

— Именно.

Мы далеки от своих идеалов. Или наши идеалы далеки от нас. Мы создаем призраки, иллюзии, чтобы слиться с Пустотой. Но сливаясь с ней, мы испытываем Страх, потому что такое слияние чревато для нас развоплощением. Потерей ориентиров. Духовным распадом.

Человек обречен быть в вечном поиске, иначе он — воплощенная Пустота. Ты можешь создать что-то конечное? Тогда тебе нечего делать в этих мирах, уходи отсюда.

Только борьба живого ума, созидательная фантазия позволяет преодолеть Пустоту. Наполнить мир образами и их отпечатками.

— Твой ответ?

— Я хочу искать.

— Тогда иди.

Испытание пройдено, и я медленно иду вглубь темных зал, освещенных тусклым факельным светом.