Каждый год, именно в эту минуту, жители острова всегда вспоминали первые рассказы о церемонии, услышанные в детстве. Дети спрашивали взрослых, почему в колокол бьют ровно сто восемь раз – магия чисел завораживала их.

– Тот, кто стремится к счастливой жизни, должен усмирять свои желания, – говорил классу учитель Каваками.

Согласно учению буддизма, удары колокола в новогоднюю ночь помогают людям обрести умеренность в своих сердцах. Чтобы не желать сверх меры, нужно воспитывать в себе мудрость и умение видеть границы возможного.

И хотя Сохара был очень рассудительным учеником, истинный смысл слов учителя Каваками он постиг лишь в зрелом возрасте. Желания не могут становиться требованиями. Необходимо научиться ждать и тщательно обдумывать каждый свой шаг. Те, кто не понимали этого, оказывались перед простым выбором: покинуть остров или остаться. Но нигде они не обретали покоя, и в конце концов их охватывала либо тоска, либо уныние.

Семьдесят один, семьдесят два. Невыразимое чувство близости овладевало жителями острова в сезон сбора семян камелий и изготовления масла. Только что отжатое масло имело удивительный аромат свежего печенья. Расчищая граблями подлесок, люди собирали спелые плоды и складывали их в синие мешки и соломенные корзины. Все жители в возрасте от десяти до семидесяти лет участвовали в погрузке урожая на тележки и отправке его на фабрику, где машины выполняли самую сложную работу. Старожилы рассказывали, что их предки, не дожидаясь, пока спелые плоды, как яблоки, упадут на землю, взбирались на деревья сами, словно ловкие обезьяны. В былые времена на острове от масла оставался лишь пряный аромат, кожура плодов и память о тяжком труде. Но они всегда гордились своим драгоценным маслом, которое славилось на весь мир. Все жители острова, включая тех, кто покинул его в гневе, как Ямада, либо с досадой, как дочь Кодамы, либо с безразличием, как сын Судзуки, помнили восхищение, с которым каждый год встречали золотую струйку масла, вытекающую из пресса.

Требуя от любви больше, чем дозволено, мы приговариваем себя к дурной жизни, будь то на острове или где-то еще. Поэтому надо уметь управлять своими страстями – это единственное, что нам подвластно, и единственное, что действительно имеет смысл. Новогодняя церемония – удары колокола, бой барабанов, ожидание – из года в год напоминала об этом.

Восемьдесят два, восемьдесят три. Сохара бил в барабан и смотрел на лица людей, чьи желания были ему известны: безответная любовь, общение, забитая раковина, розы в саду, незаметно склеенный чайник, расстроенное пианино, велосипед, ставший продолжением состарившегося тела. Сохара смотрел на их лица и понимал, что эти люди сегодня спасли его от разорения и отчаяния. Они сделали это без лишнего шума, и каждый дал столько, сколько смог.

Возможно, стремиться к радости необходимо, но создавать ее следует постепенно. Нельзя чего-либо требовать с отчаянной страстью. Так можно лучше всего подготовиться к неожиданным поворотам судьбы. Только так можно жить на столь крошечном острове.

Девяносто. Дети бегали по кругу, родители держали младенцев на руках, а старики, укутавшись потеплее, пили горячий сакэ и вели оживленные беседы.

Девяносто два. Мир необъятен, но Сохара жил на клочке земли площадью всего несколько квадратных километров, куда почти невозможно попасть извне. И все же он понимал – всегда это знал, – что именно эти границы придавали его жизни особенный вкус. Гармонии чувств способствуют не только успехи, но и лишения.

– Счастье – это не только исполнение желаний и достижение целей. Счастье – это еще и то, что мы не можем получить ввиду обстоятельств или запретов, – сказал однажды ночью Сохара жене.

Тогда Йоко была беременна, и они ждали чудесного момента рождения дочери, готовясь вместе с ней вступить во взрослую жизнь. Йоко согласилась с Сохарой и запомнила это.

Девяносто шесть, девяносто семь. Новогодняя ночь оказалась очередным подтверждением этих слов. С приездом Токи стало ясно, что счастье заключалось во всем том, о чем отцу так и не пришлось рассказывать дочери. Главной составляющей душевного покоя вновь оказывалось то, что не произошло. Девяносто девять.

Вместе с сотым ударом колокола стихли разговоры. Все вокруг погрузилось в тишину. Сто два. Сто три. Сто четыре. Сто пять. Маленькая Рейна-тян приготовилась, и пока кто-то призывал к тишине, дождалась сто седьмого удара колокола и воскликнула:

– Дзикува!

Полночь опустилась на землю, и вместе с ней наступил Новый год. Вот-вот начнутся праздничные песнопения. Сто восемь.