Это ουσια, досл. «сущность», я везде перевожу как «субстанция». Об этом можно очень много спорить, но здесь это было бы неуместно. Сам Аристотель дает такие различения разных пониманий этого слова:

1)

«Субстанцией называются и простые тела, как напр., земля, огонь, вода и т.п., т.е. вообще тела, и составленные из них живые существа и небесные тела (δαιμονια, ср. комментарий у Швеглера, III 215) и части их. Все это называется субстанцией потому, что оно не высказывается о субстрате (ου καθ υποκειμενου), но всё [прочее высказывается] о нем».

2)

Второй смысл –

«причины бытия наличной в том, что не высказывается о субстрате, как напр., душа в живом существе» (14 – 16).

3)

«Еще [субстанцией называется] то, что является присутствующим в качестве моментов (μορια) в подобных вещах и ограничивающим [их], равно и обозначающим [их] определенную единичность (τοδε τι), с уничтожением чего уничтожается и целое, как напр., тело – с уничтожением поверхности, по словам некоторых, и поверхность – [с уничтожением] линии. И, по мнению некоторых, таково вообще число, ибо все становится ничем с его уничтожением и оно все ограничивает» (17 – 21).

4)

«Кроме того, чтойность, смысл чего есть определение, и что называется субстанцией для каждой вещи» (21 – 22).

К этим четырем дистинкциям А. прибавляет:

«Получается, следовательно, что о субстанции говорится двумя способами, – [как о] крайнем субстрате, который уже не высказывается [ни] о [чем] другом, и [как о] том, что есть определенная единичность и [существует] отдельно, [самостоятельно]; такова именно форма и вид каждой вещи» (22 – 26).

По-видимому, А. объединяет четыре понимания субстанции по два, так, что первые два указывают на υλη, на «последний субстрат», который уже не может быть ни для чего предикатом, вторые же два – на смысловую сущность, форму, эйдос, «вид» вещи. Ясно, что «усию» можно переводить по-русски и как «субстанция» и как «сущность». «Субстанцию» я предпочитаю потому, что А. как раз хочет оперировать с абсолютно данными вещами и склонен, в особенности в полемике с Платоном, придавать всяким «сущностям» почти фиктивное значение. Но тут, конечно, можно спорить. Немцы переводят различно, Hengstenberg и Бониц переводят «Wesenheit», излишне подчеркивая не-метафизический, чисто смысловой характер усии. Кирхман, хорошо подчеркивая один момент, упускает другие, – das Selbstständige. Швеглеру (III 215) перевод «субстанция» кажется спинозизмом, и он предлагает переводить «Reelles», «Ding», «Einzelwesen». Бендер и Рольфес переводят «субстанция».