- Нет. По одной сессии мне сложно судить.

   - Резонно.

   - Аня, откуда ты так хорошо знаешь, что кому нужно? Как ты понимаешь других?

   Судя по тону, этот вопрос его сильно интересовал.

   - Опыт? - с улыбкой сказала Аня. - Ты в курсе моей биографии и про бордель знаешь, верно?

   - Так, но...

   - Я никогда не спала с клиентами, у меня были определенные проблемы, но не в этом суть. Хотя, может, и в этом. Тетя привела меня, чтобы показать, что в отношениях нет ничего страшного. Смотреть на "общение" в борделе - та еще школа жизни. Некоторым нравились зрители - одна из причин, по которой я там оказалась. Это было нечто, я тебе скажу, но из-за специфики услуг мне показали верхнюю, открытую часть, прочее я узнавала постепенно в течение пары лет. Неважно. Там же мне предложили попробовать себя в роли Домины - прихоть очередного клиента, хотелось воспитать под себя новенькую. Меня перед сессией трясло, благо сказали всего за два часа, а не за сутки. Человеку понравилось учить и наставлять - так у меня появился первый клиент. Это было что-то, - рассмеялась Аня, вспомнив прошлое. - Мое знакомство с мужчинами началось в борделе в таком формате отношений. Сам знаешь, все судят на основе личного опыта, окружения, особенностей воспитания. Для меня эта специфика сыграла определенную роль, - усмехнулась Аня невесело.

   - Не понимаю, почему именно так, - произнес Алекс после недолгой паузы. - Ладно, допустим, что секс в таком возрасте, но...

   - Я не занималась там сексом, самое большое - участие рук, - отозвалась Аня. - Знаешь, не люблю вспоминать. Не было у меня никакого опыта общения с противоположным полом. Сначала дружба, а когда начался период взросления и влюбленности - погибли родители, начались проблемы.

   - Какие?

   - Со здоровьем, с гормональным фоном. Ты уверен, что тебе оно надо? - серьезно спросила Аня.

   - Не хочешь говорить?

   - Предполагаю реакцию, которая мне не нравится, - честно отозвалась Аня. - До сих пор нормально к этой части моей жизни отнеслись только Степан с Кимом, но они принимают людей полностью - со всеми достоинствами и недостатками.

   - Да? - шокированный голос.

   - Да. Такое их отношение непросто понять но, смотри, они принимают всех извращенцев, педофилов, маньяков - всех людей такими, какие они, есть, не оправдывая и не обвиняя, и судят только по личному знакомству и личному опыту. Просто в отношении явных антисоциальных элементов это видно четче, но проявляется ко всем.

   - Да, у меня такой толерантности нет, - согласился Александр.

   - Тем более.

   - Но все же хотел бы услышать всю историю, - мягко, но настойчиво сказал он.

   - И какой интерес меня обсуждать? - возмутилась Аня. - Я и так замечательная.

   - Не спорю, - улыбнулся он. - Что с тобой было?

   - Нарушение гормонального фона. Лечение возможно только после окончательного полового созревания, то есть от меня отмахнулись до восемнадцати, чтобы ответственности было меньше в случае чего. Нарушение жирового баланса - я была на двадцать килограмм тяжелее. Нарушение волосяного покрова - удаление ненужных волос было моим хобби почти десять лет, как и посещение больниц. На фоне смерти родителей, переезда в другой город к тете, имя которой было дома под запретом, это оказалось слишком для моей психики. Я спряталась в кокон, так было проще.

   - Еще бы.

   - Себя начала лепить после настойчивых пинков тети Оли. То, что есть сейчас, сформировалось лет в двадцать, причем физически, а эмоционально, как оказалось, не сложилось до сих пор. Такова моя грустная история, - закончила Аня с ноткой недовольства.

   Не любила она исповеди. Но самое интересное будет впереди - в вопросах. Только Степан задавал нормальные, на ее взгляд. Александр молчал. Аня выдержала минуты три - один трек по радио и спросила сама:

   - Все? Вопросов не будет?

   - Нет, - удивленно отозвался мужчина. - Вопросов как раз нет. Есть желание остановиться, чтобы прижать тебя и успокоить.

   Аня растерялась, такого еще не было. Подобным образом реагировала только тетя. Мыслей не было, как и понимания ситуации, просто вернувшееся ощущение детства и комфорта.

   Тут машина куда-то свернула. Пара поворотов - кованные автоматические ворота. Подземная стоянка.

   - Приехали, - негромко сказал водитель.

   - Не похоже на мой дом, - заметила Аня.

   - Это мой дом. Думаю, тебе не стоит оставаться одной. Кстати, так и не спросил, ты специально пришла на праздник к Фархату?

   - На самом деле - нет, - рассмеялась Аня. - Тут, называется, повезло. Я устроилась на работу, а там генеральный - бабник. "Нет" он не понимает, и я стала новой морковкой перед носом. В качестве широкого жеста он пообещал показать высший свет. Я и размечталась, а когда поняла, куда попала, долго пробовала не смеяться. Меня приглашала сначала Лаля, потом сам Фархат, то есть при желании все было бы проще. К тому же, но это моя маленькая месть, я просто представила начальника, как пришедшего со мной.

   Аня улыбалась, рассказывая историю, всю дорогу до квартиры. Большой удобный лифт. Широкий и чистый, даже не так - необычный подъезд, у многих в квартирах ремонты хуже. Обычная деревянная дверь. Александр вошел первым и включил свет в прихожей. Что же, вкус у него или у оформителя неплохой.

   - Да, думаю, такое отношение мало кого обрадует, - сказал Александр. - Я бы не оценил.

   - Но, полагаю, ты можешь услышать и понять "нет", как "нет", а не как закамуфлированное "да", тем более после сотни повторений.

   - Пап?

   В коридор вышел сонный Илья. Аня не просто удивилась, она испытала шок. Это называется "разрыв шаблона". Заспанный и в трусах Илья смотрелся иначе. Аня, подумав, отвернулась, краем сознания оценив плотное поджарое тело.

   - Ты у меня? - поразился Александр.

   - Да. Не вовремя?

   - Ничего.

   - Ясно.

   Илья ушел, а Аня, разувшись, повернулась к Александру и задумчиво сказала:

   - Это называется "разрыв шаблона", теперь поняла значение. Ты был прав, теперь воспринимать его как Илью, а не как Илюшу будет сложно.

   Александр неожиданно прижал Аню к себе и рассмеялся. Она не поняла причину смеха, но не отстранялась, хотя и расслабиться не получилось. Слишком неправильные, непривычные ощущения. Аня обдумывала ситуацию, в которой оказалась, и свое поведение, но пока ничего не решила.

   Снова все вверх тормашками. Сабы так себя не ведут. Александр - саб.

   Вечер открытий удался.

   - Аня? Все в порядке? Ты напряжена, - негромкий голос рядом создавал ощущение интимности и близости.

   - Думаю.

   - О чем?

   - Это как-то неправильно, - честно отозвалась она.

   - Илья интересней? Моложе? Перспективней?

   - Ты о чем? - не сразу сообразила она, а потом несильно ударила мужчину по спине. - Дурак, что ли? Я который раз рассказываю о себе, но, сдается мне, все впустую. Зачем спрашивать, если не слушаешь? - возмутилась она.

   Аня попробовала отойти, но Александр удержал.

   - Не понимаю, объясни.

   - Что объяснить? Рассказать еще раз?

   - Нет, причину объясни. Если не сравнение с Ильей, из-за чего такая реакция?

   - Помнишь ту часть, где я четко разделяю обычную жизнь и Тему. Объятия - это обычная жизнь, а ты - Тема, ясно?

   - И что?

   - Это нарушение привычного и естественного миропорядка.

   - О, как!

   - А ты думал! И никакого сравнения тебя с сыном нет в принципе. Я воспринимаю вас, как двух различных людей. Возможно, если бы я с самого начала знала о вашем родстве, отнеслась бы иначе. Но сначала познакомилась с Ильей, потом провела асфиксию, и только затем Руслан сказал, что это твой сын.

   - И он тебя не интересует?

   - Это кризис среднего возраста? - удивилась Аня. - Ни разу не стакивалась, поэтому любопытно.

   - Это опыт, - нерадостно сказал он. - Любовница предпочла меня сыну.

   - Ух ты! И как так получилось? - заинтересовалась Аня. - Давай, я посмотрю другие помещения кроме прихожей или это самое красивое место в доме?

   Мужчина рассмеялся:

   - Давай.

   Аня первым делом заинтересовалась санузлом, а потом с интересом осмотрела гостиную и кухню. А дальше с бутылкой вина, захваченной хозяином, они перебрались в его спальню.

   Устроившись на большой кровати, она отметила, что с мебелью в этой комнате была напряженка, точнее стандартный минимум: кровать, тумбочка, шкаф. Александр, устроившись с другого края, протянул бокал:

   - Приятное вино.

   - Спасибо.

   Аня села напротив, прислонившись к задней спинке кровати.

   - Рассказывай, - предложила она и попробовала вино.

   Сухое. Кисловатое на ее вкус, но Аня никогда не считала себя специалистом - ценителем. Мелкий глоток. Распробовать вкус. Ничего. Нормально.

   - Что рассказывать? - Александр крутил бокал в руке.

   - О чем хочешь.

   - Даже не знаю.

   Он снова отпил вина. Аня, отвлекшись от себя и своих переживаний, посмотрела на сидящего напротив мужчину и поразилась. На своей территории люди чувствовали себя комфортнее и увереннее, но Александр, наоборот, закрылся и отстранился.

   Он снял пиджак и остался в рубашке насыщенного синего цвета. Без часов. Но ремень на месте. То есть как бы открыт, но при этом застегнут на все пуговицы. Аня смотрела, думала и наконец спросила:

   - У тебя есть веревки для бондажа?

   - Есть, - удивленно отозвался он.

   - Поделишься?

   - Хочешь проинспектировать? - поддел он, легко поднявшись с кровати.

   Пару минут спустя на кровать легли свернутые веревки. Хорошее качество, почти новые. Разная длина. Аня глотнула еще вина и размотала одну из длинных. Приятный материал на ощупь.

   - Раздевайся, - сказала она. - Поверх одежды работать неудобно, по крайней мере - мне.

   - Хочешь связать?

   - Да. Я, можно сказать, только ради этого в гости пришла, - усмехнулась Аня. - Ты категорично против?

   - Нет, я почти что "за".

   Он задумчиво посмотрел на Аню и молча разделся. Она похлопала по кровати.

   - Попробуем другие варианты. На живот.

   Он, не споря, подчинился. Аня, лаская, начала медленно обвязывать ноги:

   - Неприятные воспоминания? - спросила она.

   - Ты о чем?

   - Дома я раздеваюсь, избавляюсь от ненужного. Ты же, наоборот, остался в броне. Или это не то место, которое ты называешь домом, или же что-то еще. Но, судя по квартире, ты тут бываешь довольно часто, значит - дело в ином, в Илье? Или в сравнении не в твою пользу?

   Александр дернулся, но Аня уже достаточно зафиксировала, чтобы попытка освободиться успеха не принесла.

   - Так что?

   - Ты хочешь сказать, что действительно не сравниваешь? - негромко спросил мужчина.

   - Правда. Знаешь, почему? Сегодня это стало особенно заметно. Твой сын меня боится, даже ни разу не увидев с Кимом. Меня завораживает его страх, это меняет мировоззрение, но при этом ни в каком качестве он меня не интересует. Меня не возбуждает ни страх в сексе, ни страх в Теме. Это просто демонстрация моей силы, моего преобладания. Поэтому - да, сравнивала вас только однажды. Но ты не испугался и не испытал отвращения, застав с Кимом, а для меня это важно, - негромко закончила она.

   Саб под ее руками неожиданно расслабился. Тело поплыло, и появилась возможность воздействовать сильнее.

   - Расскажи, - попросила Аня шепотом.

   Он вдруг хрипло рассмеялся. Коротко и резко.

   - Знаешь, сейчас я хочу совершенно другого, - с легким придыханием отозвался он.

   - Заводит подчиненное состояние? - Аня немного расстроилась.

   Ладно, сильно расстроилась. Это не просто слабости, это другое восприятие. К такому она не готова, снова ошибка...

   - Нет, - усмехнулся он. - Заводит твой мечтательный голос, твой вес на спине, твои нежные ручки на коже. Освободи.

   - Вот еще, - усмехнулась Аня и чуть поерзала на пояснице.

   Стало лучше. Не все так плохо, как она думала. Руками провела по его шее и спросила:

   - Даже так?

   - Ань, - негромко позвал он.

   - А я не сплю с сабами, - обрадовала Аня игриво.

   - Ты садистка.

   - Есть такое.

   - Ань...

   - Что? Хочешь еще пару узелков? - предложила она компенсацию.

   - Нет. Хочу тебя.

   - Вот и зря. Но, так и быть, могу порадовать...

   Аня поднялась и отошла на пару шагов. Алекс повернул голову и посмотрел на нее. Девушка игриво улыбнулась и, медленно стянув верх платья вниз, продемонстрировала замечательное белье и красивые чулочки.

   Зрачки расширились. Оценил комплект.

   - Зачем надела? - спросил вдруг ревниво.

   - Это все, о чем ты думаешь? - возмутилась Аня и уперлась руками в бока. - Это просто немыслимо - так относится ко мне!

   - Анют, а что я должен подумать, увидев тебя в таком виде?

   - Что так я выражаю свою женственность и хожу в таком виде на работу? - предположила она.

   - Ты так работаешь?

   Странную смесь эмоций по голосу распознать не смогла. Слишком много всего намешано.

   - Да, так я хожу на работу. Под платьем не видно, зато я ощущаю себя женственной и желанной. Мило, да?

   Аня повернулась вокруг своей оси. Алекс застонал:

   - Аня!

   - Что, Аня?

   - Пожалуйста...

   - Точно?

   Он вдруг невесело рассмеялся:

   - Я вообще не прошу, честно. Обычно распоряжаюсь. Убеждаю иначе. А с тобой - все не так, все непривычно.

   Серьезный и задумчивый голос показал степень его адекватности. Аня решила освободить. Достаточно.

   Алекс напрягся, так что потребовалось больше времени, чем хотелось бы, но Аня справилась. Спустя мгновение, она неожиданно оказалась на кровати, подмятая под Алексом.